Глава 264. Арриго
16 марта 2026 г., 22:44
***
— Ты нужен мне, — с нажимом повторил Траун. — Но зрячим ты гораздо полезнее. Кстати, — чисс резко сменил тему, — тебе есть где жить? В конце концов, не будем же мы спать на одной постели по очереди. — Нет, я старался держаться от Корусканта подальше. А в свете последних событий боюсь, что найти жилье будет непросто. Но я могу улететь на «Немезиду» или «Вершитель». — Ты останешься на планете, — безапелляционно произнес Траун. — Уже слетал. Хватит пока. Владимир? — капитан посмотрел на чисса. — Выдели Джему квартиру в личное пользование от СБИ. Хотя бы на первое время. — Сделаем, — кивнул Террибилис, — без особого размаха, но жить там будет можно. — Добро. Действуйте, — Траун уже почти развернулся, чтобы вернуться к своим голограммам, но остановился и снова положил руку на плечо Джеминайи: — Я рад, что ты вернулся. Делай так всегда. Джем ничего не ответил, даже не усмехнулся, лишь коротко кивнул и хлопнул своей ладонью по руке Трауна у себя на плече, словно подтверждая сказанное. Дверь закрылась за клоном, капитаном и ногри. В кабинете остались Траун и Рукх. — Повелитель? — ногри явно хотел что-то спросить. — Твоя задача — охранять, а не задавать вопросы, Рукх, — ровно ответил чисс на невысказанные вслух слова. — Слишком много знаний ещё никому не принесли счастья. Рукх молча поклонился.***
Джеминайя не взял с собой Зору, мотивируя это тем, что Хабарух справится с ролью его провожатого. Кай слегка насупилась, но возражать не стала, а Владимир определил её на время в свои помощницы. Спидер СБИ плавно летел по воздушным трассам Корусканта, а у Джема стало очень неспокойно на душе, но он списал это на нервы. Хабарух, уже привыкший сопровождать клона куда бы тот ни пошёл, тихо сидел рядом, но Джеминайя чувствовал, что ногри искренне радуется предстоящей встрече с Леей. Лея… Джем понял, что его мысли находятся в сумбуре перед встречей. Захотелось побыть хоть немного наедине с самим собой, чтобы навести порядок в голове. Он снял ленту с глаз и посмотрел в окно транспорта. Пролетали корускантскую площадь, которая была практически пуста, несмотря на ясный день. На стоянке спидеров Джеминайя заметил очень хороший и дорогой транспорт, который стоял в гордом одиночестве, и поискал глазами такого беспечного владельца. Не нашёл. — Хабарух, — попросил Джем, — скажи пилоту, пусть сядет на площади. Мне нужно немного побыть одному. Можешь не сводить с меня глаз. Ногри кивнул, стукнул по переговорному устройству внутри и запросил посадку. Транспорт СБИ плавно сел рядом с брошенным спидером, и теперь только эмблема службы безопасности будет отгонять местных граждан с недобрыми мыслями. Джеминайя открыл дверь и вышел, Хабарух последовал за ним, но снаружи нарочито привалился спиной к корпусу транспорта, всем видом говоря, что подождёт тут. Джем кивнул. Площадь была полупуста. Поискав ближайшую лавку, Джеминайя направился к ней. Сел и глубоко вздохнул. Поднял голову и посмотрел на небо. Где-то там, в середине системы, на борту «Химеры» уже остыло тело бывшего Императора Палпатина. Ушла веха истории, почти тихо, почти без помощи со стороны. Умер человек, который так много обещал Генриху, а дал лишь падение и забвение. Джем думал, что после этой смерти на душе у него полегчает так же, как и после того, когда выяснилось, что не Траун, а Тиггелинус был виновен в гибели его отряда. Но это было не облегчение, а скорее освобождение от всех прошлых оков. Прошлых обид. Застарелого гнева и бессильной ярости. Больше не на кого было злиться, некому мстить, некого ненавидеть до боли в костях, до воя, до крика. Измотанная душа успокаивалась, а ставшее привычным глухое одиночество отступало. «Не один, — произнёс про себя Арриго. — Я перестал быть один. Смогу ли я стать…» — Не думал, что смогу встретить тут военного, да ещё в такое время, — молодой мужской голос вырвал Джеминайю из задумчивости. Он опустил голову и посмотрел на говорившего. — Покорнейше прошу меня извинить, — говоривший, одетый в длинные, развевающиеся одежды, церемонно поклонился Джему, вытянув руки перед собой и соединив пальцы. — Я прервал твоё уединение. — Вы с Сарапина, — ответил Джем, узнав национальную одежду. — Вы прилетели из-за гибели сенатора? С кем имею честь? — клон встал. — Я — Второй Князь Сарапина Амаритад эст Амариссим, — мужчина ещё раз поклонился. — Представься и ты. Полная белая форма говорит мне, что ты в ранге гранд-адмирала, но я не вижу планки звания. Джеминайя стал присматриваться к князю, в конце концов, не каждый день к тебе на улице так запросто подходит монаршая особа, да ещё заговаривает первой. Невысокий, около ста семидесяти-ста семидесяти пяти сантиметров, излишне худощавый, что удачно скрывалось объемными одеждами, длинные распущенные волосы до пояса с золотыми украшениями и синие, лучистые глаза. Глаза, которые смотрели спокойно и внимательно, с долей любопытства, но, взглянув в них Джем, ощутил острый укол опасности, словно ему в спину, под левую лопатку, вонзили ядовитую иглу. — Меня зовут Генрих Велка, — ровно произнёс Джеминайя, плавно поведя головой, изображая поклон. — В должности гранд-адмирала по велению Повелителя Митт’рау’нуруодо. — Генрих Велка? — переспросил князь, никак не изменившись в лице, и лишь глаза стали словно холоднее. — Где я мог слышать это имя? Оно кажется мне знакомым. — Вряд ли вы когда-то его слышали, ваша светлость, — холодный свинец Джеминайи выдержал синий лед князя, но чувство опасности под лопаткой стало отчётливее. — Я много лет был известен под другим. — А, я вспомнил, — мягко, не размыкая губ, улыбнулся Амаритад, но глаза его оставались такими же ледяными и неподвижными, — по Голонету был недавно репортаж о Руфаане Тиггелинусе и гибели какого-то отряда под командованием генерала Генриха Велки. Гранд-моффа обвиняли в подмене документов и попытке убийства этого генерала руками тогда ещё капитана Трауна. Верно? Джеминайя стоял молча, пытаясь подобрать слова, чтобы не обложить этого аристократишку последними словами на хаттском, да и не хотелось связываться с охранником князя, который маячил позади него. — Это так, — Джем ответил ровно, также не дрогнув ни единым мускулом на лице и не изменив выражение глаз. — Прими мои поздравления в том, что правда вышла наружу, и ты был реабилитирован. После стольких лет, генерал, — опять улыбнулся князь, но теперь его взгляд потеплел, хоть и не перестал быть цепким и пронзительным. — Прошу простить. Мне нужно идти. — Думаю, мы скоро снова встретимся, Второй князь, — Джеминайя коротко кивнул, выдерживая всё-таки этикет в разговоре с аристократом. — Я в этом абсолютно уверен, Дж… Генрих. Амаритад ушёл, Фума последовал за ним, а к Джему подошел Хабарух. — Кто это был? Мне показалось, что он тебе не понравился. — Сарапинский князь, — отмахнулся от ногри клон. — Полетели к Лее. Что-то мне подсказывает, что надо ей рассказать о нашем разговоре.***
В альдераанских покоях клона и ногри встретил Цзян Мин: — Нам сообщили о вашем прибытии, — майор коротко кивнул. — Генерал, Хабарух. Прошу, вас ожидают. На шорох открывающейся в холл двери Лея подняла взгляд и плавно встала, за ней последовала Оноретта. Девушка была одета явно для приема гостей, в тяжёлое белое платье с серебряной вышивкой, юбкой в пол, тугим верхом и неглубоким декольте; королева была в одеянии похожего кроя, но золотого цвета. Джеминайя и Хабарух прошли до середины, остановились. Джем поклонился, прижимая руку к груди; ногри рухнул на колени и уперся лбом в пол. — Встань, — велела Лея, и Хаба поднялся. Джем видел, что девушка с трудом сдерживает радость от встречи с давним другом, но его нужно представить королеве. Дворцовый этикет вспомнился и ощущался острым камешком в сапоге посреди приема. — Лея, — начала Оноретта, — представь нас. Теперь нам придётся соблюдать все приличия. — Конечно, — девушка выпрямилась, вскинула подбородок и сложила руки пред собой. — Ваше Величество, королева Оноретта Хонест, урождённая Виллерман, разрешите представить вам генерала Генриха Велку. Верного соратника моего супруга, Повелителя Митт’рау’нуруодо. Джем снова коротко кивнул, Оноретта присела в реверансе и протянула руку, ладонью вниз: — Рада знакомству, генерал. Наслышана о вас. — Интересно, в каком ключе, — улыбнулся Джем, касаясь губами руки королевы. — Ещё хочу представить моего верного телохранителя и — смею надеяться — друга, Хабаруха. Ногри на этот раз сдержанно поклонился. — Всё? — искрясь нетерпением, спросила Лея. — Можно теперь обойтись без этого церемониала? — Можно, — разрешила Оноретта, и девушка шагнула к Хабе и Джему, положила каждому на грудь руку и произнесла: — Я так рада вас видеть. Вас обоих. Мне столько надо вам рассказать и вас расспросить. Как он? — карие глаза поднялись на Джеминайю, и он почувствовал, что сердце забилось быстрее. — Всё с Рау в порядке. Весь в вечных делах, — Джем усмехнулся. — Да и я вроде как прозрел. Надеюсь, насовсем. — Это просто замечательно, — Лея улыбнулась и мягко провела ладонью по щеке Джеминайи, линии челюсти, подбородку. — Я… я так рада. Девушка смотрела в металлические глаза мужчины и видела, как они словно светятся, чувствовала, что яркая звезда внутри него становится чем-то иным. Не всеразрушающей силой, а созидающей энергией. От этого в груди стало невероятно тепло. Кончики пальцев дрогнули и почти коснулись губ Джеминайи, но Лея быстро одернула руку и смущенно отвела взгляд. На мгновение повисла тишина. — Вы, наверное, по делу, — нарушила неловкое молчание Оноретта. — Давайте присядем и поговорим. — Да, Лея, — поддержал королеву Джем. — К тому же я хочу спросить: тебе знакомо имя Амаритад эст Амариссим? — Мне кажется, — немного зло ответила девушка, — что это имя скоро будет звучать на Корусканте чаще, чем Митт’рау’нуруодо.
