lost our future.

Не то, чтобы Мин верил в предназначение. Ему было, скорее, просто фиолетово на судьбу. Многие мечтали, говорили что-то о том, что природа знает все лучше нас, но Юнги всегда считал это сущей чушью. Люди должны сами выбрать: согласиться и остаться со своим соулмэйтом, либо же подохнуть где-то в переулке от ханахаки. Блондину было все равно, какой выбор осуществит. Ведь это будет зависеть не только от него. А вообще, он уже устал от всего, и даже был бы не против просто плыть по течению. Странно, говорят, что соулмэйты чувствуют друг друга изнутри. Но у Юнги внутри только пустота, и, время от времени, просыпался тихий скрежет и тоска. Но были ли это чужие эмоции? Парень не знал. Когда внутри у тебя живет частичка другого человека, уже сложно отличать свои чувства от остальных. Наверное, поэтому люди и влюбляются с первого взгляда, как говорили многие. Из-за того, что этот человек ему уже давно знаком и полностью ощупан внутри, потому что знал его с того самого времени, когда на теле появилась метка с именем. Ким Тэхен. Именно это имя появилось у Юнги на правой ключице, неприятно покалывая и источая чересчур много жара. Блондин не любил жару. Он бы предпочёл провести время в окутывающем с головы до ног холоде. Хотя, за это время, Мин уже и успел смириться, что-то тепло будет преследовать постоянно. Но он думал так до того самого момента, когда полгода назад ощутил лишь холод на ключице. Возможно, оно и к лучшему. Просто плыть по течению тоже было очень неплохо. Так он и делал. И делал бы до того момента, как столкнулся с каким-то парнем посреди снующих людей. Смуглая медовая кожа, живые глаза и выразительные губы. Парень был выше и крепче него, хотя что-то внутри подсказывало, что его соулмэйт младше. Юнги остановился, дыхание стало прерывистым, а метку зажгло буквально ледяным холодом. — Я не буду тебе мешать, Тэхен. — Мин отшатнулся от парня, чувствуя, как вымораживает его лёгкие изнутри. — Спасибо, Юнги. — чуть слышно, шепотом, чтобы не услышал никто, кроме Мина. Парень грустно улыбнулся и прошёл мимо, стараясь не задеть блондина плечом. А Юнги лишь усмехнулся и пошёл дальше. Он понял, что значит быть отвергнутым соулмэйтом, только тогда, когда за поворотом его скрутило от внезапной боли в лёгких. Он понял, что значит быть разрешившим отвергнуть себя, только тогда, когда дыхание нещадно перехватило ледяными тисками, что сдавливало изнутри. Он понял, что значит быть отвергнутым влюблённым человеком, только тогда, когда из его глотки вырвался первый нежный лепесток, окутанный вязкой кровью.

Видимо, ему суждено было выбрать второй вариант.