Алиса в...

— Назови хоть одну причину по которой я не должен убить этого тупого коня. — Потому что я очень прошу тебя об этом. — Это все? — Да, и если ты его убьешь, семья Каваллоне уже не будет нашим союзником. — И что? — Это сильная семья, Кея. Пожалуйста, потерпи. Всего десять дней. Или, возможно, меньше. — А потом? — А потом прибудет Вария. И я постараюсь уладить дела с Занзасом. — Ты думаешь, что похлопаешь ресницами и он тоже начнет млеть? — Тоже? Как кто? — Как все эти травоядные, которые около тебя вьются. — А тебе не нравится? — Не нравится. — Кея, пойми, если бы вокруг были одни хищники, я бы сошла с ума. Мне тебя одного вполне достаточно. — Чтобы сойти с ума. — Ну… в какой-то мере, да. Но я имела в виду, что просто достаточно. — Хм… — Пообещай, что не будешь нападать сильно на Дино-сана. — Как получится. — Кея, умоляю. — Попытаюсь. Довольна? — Ага. Хочешь печенья? — Тсуна, разве честно подсылать меня каждый раз, когда тебе что-то надо от Кеи? — Нет. А кто говорил, что я честный? *** — Почему он ему отказал? — Потому что у них все сложно. Очень сложно. Шамал — эгоистичный мудак, но крутой киллер, когда его не одолевает периодическая придурковатость. А еще у него иногда просыпается странное подобие отцовского инстинкта по отношению к Хаято. То ли потому, что Гокудера на него самого похож, то ли потому, что у матери Хаято — ее звали Лавиной, кстати — и Шамала что-то было. — Было? — Да. Дружба. Они были друзьями. Прям друзьями-друзьями. Правда, Шамал прям умирал за Лавиной и, скорее всего, каждый или не очень каждый вечер дрочил на ее светлый образ, но это неважно. — Я до сих пор поражаюсь, как в тебе уживается такая периодическая пошлость и «Ками-сама, я в юбке, как стыдно!». — Сам в шоке. Так тебе рассказывать дальше? — Да. Но, если можно, без подробностей о том, кто и на кого каждый вечер дрочил, хорошо? В целом, мне не стыдно, я еще и не такого могу рассказать, но хотелось бы немного другой конкретики. — Да откуда там конкретика? Просто все сложно. Шамал пытается учить Хаято жизни, правда, своими идиотскими методами. Хаято сопротивляется. В итоге — конфликт. Сложенный из подростковых психов Хаято, помешательства Шамала на зеленоглазых и светловолосых пианистах, мертвой Лавины и… Короче, список ингредиентов длинный. — Сделаем вид, что я все поняла. — Сделай. — А что сейчас-то? — А сейчас надо как-нибудь прижать Шамала и рассказать, что динамить Гокудеру вредно для здоровья. *** — Слушай, Тсуна, а откуда обычный японский мужчина знает секретный стиль меча? Или как он там называется… — Он называется Шигуре соэн рю. А остальное… В том-то и подвох, Алиса, что обычный не знает. Но кто тебе сказал, что Тсуеши-сан — обычный? — Ясно. Скандалы, интриги, расследования. *** — Вот просто лежать, да? Почему у Реборна нет таких тренировок? — Когда мне было четырнадцать и где-то там на горизонте маячила Вария, Реборн учил меня контролировать свой гипер. То есть, просто тупо сидеть, генерировать пламя и как можно дольше быть в режиме посмертной воли. — Вау, не знала. — Мы столько живем в одном теле, а ты ничего обо мне не знаешь! — А ты обо мне много знаешь? — Ладно, ничья. *** — Шамал, что за фигня?! — Что тебе от меня надо, вредительница? — Почему я вредительница? — А кто убил пять моих москитов? — Не люблю кровососов. Не быть мне Беллой Свон. — Савада… Ты правда надеешься, что если так грозно на меня посмотришь, я стану плюшевым зайкой? — Нет. Но если Гокудера-кун пострадает из-за твоих методов обучения… я оторву тебе яйца, Шамал. — Жестко. — Другие аргументы он обычно пропускает мимо ушей. Хотя знаешь… кажется, переходный возраст этого тела все-таки на меня влияет. — На меня тоже. — Что-то незаметно. — Просто я хорошая актриса, может быть. — Просто ты такой же танк, как и Хибари. Я понял, почему вы так друг другу приглянулись. Вы одной крови. *** — Хаято выглядит так, словно побывал в Аду. — Ад — это крутое место, к твоему сведению. — Так, Рокудо Мукуро, я тебя раскусила, возвращай мне Тсунаеши. — У Рокудо Мукуро другие занятия появились, поэтому Тсунаеши ему пока неинтересен. — А, точно. — Савада… — Да? — Знаешь, прости. Я, кажется, вел себя иногда как придурок. — Интересное начало. — Это не начало. Это просто извинение. — Ну просто так просто. Хаято, а почему ты так выглядишь, будто тебя в костер кинули? — А… это? Неважно. — Ладно. Кстати, я тут самолетики с желаниями запускаю. Хочешь со мной? — Самолетики? — Ну да. Я пыталась делать журавликов. Попросила Кею научить. Он притащил пятьсот листов, сделал журавлика и сделал вид, что научил. А потом заставил делать журавликов. А потом сказал, что у меня руки явно не из плеч растут и из пятисот не забраковал только одного… того, который сам делал. Кея странный. — Вам делать нечего? — Нет, есть что. Но делать фигню интереснее. *** — Тсуна… По-моему этот мальчик, Базиль, немного наркоман. Глотает таблетки и его аж до пламени дождя вставляет. — До пламени вставляет… Я эту фразу запомню. А вообще здесь, блин, все наркоманы, Алис. Ты не замечала? *** — То есть, мне просто надо свалить его с ног? Я знала, что моя сногсшибательная красота мне пригодится. — Твоя что? Тсуна, у тебя завышенная самооценка. — У меня нормальная самооценка, Реборн. Хибари считает меня красивой, Ямамото — идеальной, семпай — самой экстремальной девчонкой на свете, а Гокудера-кун от меня вообще в ауте! Базиль, я ведь красивая, правда? — К-конечно, Савада-доно! — Видишь? — Мадонна, до чего я вообще докатился?! Хвастаюсь перед Реборном популярностью у парней… — Да-да. И это при живой-то жене, Тсунаеши! *** — Кстати, Базиль. Ты в курсе, что драться с девочками неприлично? — Неубедительно, Тсунаеши, после седьмого нокаута. — Заткнись, Реборн. Базиль-кун, давай помогу подняться? *** — Привет, Хибари. — Что с голосом? — Реборн со своими дурацкими тренировками. Я заболел… апчхи! А можно я у тебя спрячусь? А то на улице холодно, а Хаято дома нет. — Когда-нибудь, я забью тебя до смерти, Савада. Только ты мог заболеть перед появлением Варии. — Не забьешь. Сам сказал, что я один в мире такой. — И прекрасно. Второго такого мир не выдержит. — Пф… апчхи! Прости… *** — Пей. — Спасибо, Кея… Знаешь, я вот все думала, чем в Японии лечат простуду. Ну, в плане народных методов. Наконец-то узнала. — Это ты так пытаешься найти хорошие стороны? — Ага… У меня получается быть оптимисткой? — Нет. Возвращайся обратно в реализм. Он лучше с тобой сочетается. — Ну ладно… — А чем в России простуду лечат? — Таблетками. А в плане народных средств, в принципе, тем же. Имбирь, мед. Вареньице еще можно. Чай. Куриный бульончик. — Почему вы с Савадой поменялись? — Он не хочет есть окаю. Боится, что ты его отравишь. — Его никто и не заставляет. — Логииапчхи! Прости. Кстати, Кея, а можно я у тебя останусь? Утром уйду, честное слово. Просто мне и так паршиво, а еще Реборн что-то учудит. — Можно. — И не надо так смотреть. Я в курсе, что с забитым носом очень смешно разговариваю. — Ты всегда так разговариваешь. Я привык. *** — Алис… ну вот почему именно на кровати Хибари Кеи, а? — Потому что он разрешил. И вообще, я всегда, когда болею, боюсь быть одна. Не знаю, почему. Среди возможных безопасных вариантов — только Кея. Он хороший. И вообще, он вон в кресле спит. Что ты дергаешься? — Оно и видно… — Мелкая, ты почему не спишь? — Не спится. Кея, как приличные японцы борются с бессонницей? — С помощью катаны или сюрикенов. — А как же тонфа? — Можно и тонфа. *** — Реборн! Вот обязательно было меня караулить прямо у школы?! И вообще, я хотела к Мукуро зайти, посмотреть, как там Хром! — Домой пошли. — Тиран… *** — Папа? Ты чего такой серьезный? — Незваный гость пришел раньше, чем планировалось. — Это правда, Емицу? — Ками-сама, а без этих шифровок никак? Нельзя прямым текстом сказать, что Вария в Намимори и нам всем пиздец?! Взрослые люди, аркобалено и внешний Вонгольский советник! А ведете себя, как дети. — Тсуна! — Что? Ну, простите, не сдержалась. Надоели ваши секреты! И вообще, я пошла к себе! Ужинать не буду, всем спокойной ночи! — Черт! Вария же в городе! Ламбо! — А… моя дочь знает, что я… — Давно. Ты тормоз, Емицу. *** — Ну и почему мы сбежали в окно? — Потому что выходить через дверь после той пафосной сцены — это не очень. — Позер. — Знаю. — Стоп. Тсуна, ты же говорил, что Ламбо и без нас защитят от Леви. — Да мало ли… к тому же, там Вария появится в полном составе офицерском. Посмотришь на них. *** — Никогда не думал, что увижу его снова. Занзас… — Мне кажется, или Реборн взволнован? — Занзас сильный. — Мне уже нравится этот человек. Его Реборн опасается. Он умный, раз догадался про кольца так быстро. Он сильный… — Савада Тсунаеши… Умри! — А еще он немногословный. И прическа у него стильная. — Тебе нравятся страшные люди, Алиса! — Остановись, Занзас. С этого момента я беру ответственность за все происходящее. — Ага, берет он. А разгребал, как всегда, я! *** — Прямой приказ от Девятого, да, Занзас? Интуиция у него обострилась? Ну-ну… — Мне кажется или Савада офигительно злая? — Тебе не кажется, Гокудера-кун. — Битвы один на один? Я не хочу… — Я помню, Алис. И я обещал, что мы попытаемся с ним поговорить. Ну а если не получится… по максимуму проинструктируем ребят. — Вы смеетесь, мусор?! Эта девка — кандидат в боссы? — А вот смех его мне не нравится. Слишком громкий. — Ты имеешь что-то против меня, Занзас? — Да вашу мать! Если эти двое продолжат меряться пламенем, мы сгорим нафиг! — Меряться пламенем. Что-то я не о том думаю… Это явно переходный возраст. — Тебе тридцать. *** — А что это за девушки? — Это не девушки. Это су… кхм, существа без совести. Они все время против меня! То Занзаса поддерживают, то Бьякурана. — Это паранойя. — Возможно. — Бесите. — Что? — Бесите, говорю. И да, я, в принципе, не против драк в школе, но Кея узнает и пооткусывает вам головы. А Ямамото все оставшееся порубает на части и скормит соседским собачкам. Ладно, мне завтра в школу. Я домой. Приятно было познакомиться, господа. — Ты только посмотри на лица варийцев! *** — Реборн всегда мне говорил, что эффект неожиданности — это очень круто. — Поэтому мы пришли без приглашения к варийцам напару с Мукуро и Кеей? — Да. — Вои! Ты что тут делаешь?! — И-ши-ши, а наследница и правда без мозгов, раз сюда сунулась! — Что ты вякнул, мерзкое травоядное? *** — Блин, Занзас! Какие у тебя хранители агрессивные! Я в гости пришла, а они не пускают! — Какого черта ты сюда приперлась, мусор?! — Ну сказала же, поговорить! Можно? — Решила отдать мне свой набор колец и попросить быстрой смерти? Валяй, я сегодня добрый. — Эталон доброты… — Ну почти. Мы можем поговорить? А то там мои хранители отвлекают остальных, а мне не хочется сильно их напрягать. Я присяду? — Все япошки такие бесяче-вежливые? — Да. — Садись. — Спасибо. При первой встрече ты мне показался менее дружелюбным. — Я все равно тебя убью, Савада, поэтому какая разница? — Меня? — Тебя и твоих щенков. — А, вот как… Хм, Занзас, раз уж я скоро умру, то можно я тебе покажу один фокус? Только мне для этого нужна твоя половина кольца неба. — Мусор… — Я серьезно! Я покажу тебе фокус и все. Занзас, в конце концов, я безоружная школьница и если тебе не понравится фокус или я не верну кольцо, ты сможешь меня пристрелить из своих пламенных пистолетов. *** — Примо… — Здравствуй, Дечимо. Я рад, что ты жив. — Да я живее всех живых! Кстати, а это Алиса. Хотя, наверное, ты знаешь… — Рад знакомству. — Взаимно. Тсунаеши, объясни мне, что происходит. — Ну… как бы мы у меня происходит встреча с предком. Это из-за кольца. Воля всех боссов Вонголы живет в кольце Неба. — А почему я здесь? — Потому что ты и я — одно и то же. — Дечимо, что тебе нужно? — Примо, помнишь, ты говорил, что я достоин принять истинную силу кольца и твою волю? Я до сих пор достоин этого? — Да. — Верни кольцу Неба форму. Мне действительно это нужно. — Форму? — Я потом тебе все расскажу, Алис. *** — Ну как-то так. Лови, Занзас! — Во что ты его превратила? — В кольцо. Которое, кстати, в несколько раз мощнее того, что было. Правда, оно вроде как слушаться будет только кровного наследника Примо. Например, меня… — Зря ты это сказал… *** — Что это? — А ваша соплячка крута. Просто так босс за пистолеты не берется. *** — Да Занзас! Если ты не перестанешь палить, я тебя заморожу, как и Девятый! — Мусор!!! *** — Все? Теперь мы можем поговорить? — Говори, Савада. И начни с того, откуда ты знаешь про лед. — Я все знаю, Занзас. В этом и прикол. Я провидица. И знаешь, что будет в будущем? А я знаю. Несмотря на подсуживание Червелло, ты проиграешь. И тебе не поможет ни аркобалено Тумана в хранителях, ни Моска, ни то, что ты убьешь девятого моими руками. Тебе не поможет, Занзас. А потом ты будешь офигенно зол. Прикончишь Червелло, которая попробует тебя дисквалифицировать, и вызовешь своих людей. Но снова ничего не выйдет. Потому что на моей стороне два аркобалено, самый сильный человек в Италии, два очень крутых иллюзиониста… ну и много всего прочего. Но да, будет момент, когда ты отберешь у меня все кольца, но Небесное тебя не примет, потому что ты не сын Девятого. — Ты… — Я тебя убедила в своих способностях? Можешь меня убить, но это мало что изменит. Тимотео останется, кольцо тебя не примет… И тебя обвинят в убийстве кандидатки и тогда тебя будут считать еще большим отбросом. И никогда не позволят выбиться в боссы Вонголы. И вообще, Занзас, нафига тебе эта геморройная Вонгола?!! У тебя есть Вария! Ты тут босс, тебе все подчиняются и уважают! — Да, а Вария подчиняется Вонголе. — Что? — Мне сейчас показалось, или он подкинул хороший вариант? — Не показалось. — Лечи глухоту, мусор! — Ладно, давай поговорим спокойно. Ты же умный человек, Занзас. И я не хочу тебе специально пакостить. Честно. Поэтому я сюда пришла и рассказала. Мои предсказания сбываются всегда, в отличие от того, что говорят тупые Червелло. Но я хочу тебе предложить решить все мирно. Вот что ты хочешь за то, что я у тебя в любом случае уведу это гребаное кольцо? — А ты золотая рыбина, исполняющая желания? — Типа того. Но только для тебя. Так что? — Я хочу, чтобы мой наследник стал одиннадцатым. — Э… а причем тут я? — Савада, ты настолько тупая? — То есть… эээ?!! З-з-занзас, ты чего?! Я же это…. — Забью до смерти! — Вои, по-моему, он пришел спасать твою девичью честь. — Не смешно! Кея! Занзас! Ааа, Скуало, ты не хочешь их остановить, пока они все не разгромили?? Все-таки твоего босса бьют! — Не хочу. Он и сам справится. Хотя этот кусок мусора неплохо дерется. Вои! Откуда вокруг такой соплячки столько сильных людей?! — Они сами как-то появляются. Я не знаю. Слушай, а Занзас правда такой конченый извращенец, что… — Нет, конечно. — Тупая шутка. — А этот пацан поверил. — Вижу… Кея, прекрати!! *** — Занзас… а как насчет того, что Вария больше не будет подчиняться Вонголе, а просто станет отдельной свободной семьей? Ведь ты же ненавидишь Девятого и ненавидишь это подчинение. Мы можем все поменять. — И ты уверена, что после этого я откажусь от кольца? — А я тебе еще и кольца подгоню. Чуть слабее, конечно, чем кольца Вонголы, но тоже весьма сильные. Тебе и твоим хранителям. А еще эксклюзивные коробочки специально для вас. — Что? — А, прости. Пока это неизвестная вещь. Просто у меня есть знакомый ученый. Аркобалено Верде. Он занимается разработкой необычного оружия. Тебе понравится. — Офигительно подкупаешь, Савада. Был бы я Маммоном, визжал бы, как сучка. — То есть, это нет? — То есть я хочу поговорить с этим арокбалено. — Окей, все устрою. А… а как же кольца? — Ты думала, я правда тебе так легко их отдам? — Да нет, ты же не идиот. Но давай тогда хотя бы проигравший не будет истерить в конце, а? — Договорились. — Ты все-таки хороший человек, Занзас. Ах да, это я заберу с собой. Все-таки, я это кольцо сделала. — Куда пошла, мусор?!! — Пока-пока! — Так… а теперь главное найти Верде и уговорить его встретиться с Занзасом. — Это реально? — Нет. Но когда это кого-то волновало? *** — Кея, вот зачем ты подрался с Занзасом? Кто тебя просил? Ты знаешь, какие у тебя теперь ожоги на спине. Кошмар… — Тц… — Ой, прости, больно, да? Прости. И все-таки зачем? — Объяснить, как не надо шутить. — Объяснил. Герой. Оба идиоты. — Возмущаешься так, как будто я тебя бил. — Не меня… — Слушай, даже мне жалко бедного парня. Ты зачем его мучаешь? — Я мучаю? Я наоборот смазываю мазью ожоги. И вроде пытаюсь сделать не больно. — Я не об этом. — А о чем? — Алис, у тебя хорошая фантазия? — Ты же знаешь, что нет. — Я знаю, что хорошая. Вот представь, пожалуйста человека, который тебе приятен. Привлекателен. Физически, эмоционально… в общем, по всем фронтам. — Зачем? — Представь. — Хорошо. И что? — Надеюсь, ты представила не Кею. — Надейся. Так к чему это было. — К тому, что дальше надо представлять. Смотри… Вечер. Большая комната. Ты сидишь без рубашки, а рядом находится тот самый человек, который тебе приятен. Он смотрит на тебя, касается тебя и сидит так близко, что можно почувствовать его дыхание. — Ты никогда не пробовал работать в сексе по телефону? — И такое было. — Серьезно? — Чего только не сделаешь на спор с Бьякураном… — Кхм. А к чему картинка была? — К тому, что ты просто это представила, а у тебя уже мурашки побежали. А С Кеей это сейчас происходит наяву. И самое поганое, что самому ему прикасаться к человеку нельзя. Вот такая несправедливость. — Ты — извращенец. А я просто обрабатываю ожоги. — Мелкая! — А? — Куда ты опять провалилась? С Савадой трепалась? — Да. Прости. — О чем на этот раз? — Честно? — Как хочешь. — О тебе. Тсуна говорил, что я тебе нравлюсь. — А без Савады это не заметно? — Да нет, заметно, но… Ладно, неважно. Кея, не лезь больше к Занзасу. Он действительно просто пошутил про ребенка, а ты уже полез все и всех камикоросить. — Он меня взбесил. — Кея… Я не хочу, чтобы ты снова где-то пострадал из-за меня. — Это мое дело, где и за кого страдать, мелкая. Успокойся и помолчи. — Ладно. *** — Тсуна. — Что? — Мне вот интересно, почему ты такой спокойный. — А каким я должен быть? — Ну... ты ж вечно истеришь, а тут еще и повод такой. Я думала, ты вообще чокнешься, если Кея поцелует меня. А ты только в глаз ему засветил и все. — Была такая мысль, но знаешь, я вот так и знал, что этим все и закончится. Я б на его месте тоже не выдержал, честное слово. Потому что то, что происходило, действительно самое настоящее издевательство. Он еще долго продержался. Но все равно больше так не делай. Иначе я все-таки начну выдавать ожидаемые реакции. К тому же, я женат. — Помню. Ты это постоянно повторяешь. — Алис? — М? — Покрасим волосы в розовый на первый бой хранителей? — Зачем? — Будем, как Червелло. Не все ж Реборну быть лучшим косплеером! — А, ну если так, то я согласна.