Не оборачивайся

Она никогда не любила осень. Её до ужаса раздражала постоянная слякоть, яркие листья, что противно липли к кроссовкам и дожди, которые, казалось никогда не заканчивались. Да и то, что очень означала начало учебного года тоже не приносило ей особой радости. Вновь придётся делать вид, что её ни капли не задевают чьи-то перешептывания за спиной, постоянные издевательства и попытки копнуть глубже, чем стоит. — Не думай об этом, — Ино мягко сжала плечо розоволосой. — Ты уже не та, что была два года назад. Тебя не должно волновать подобное. Сакура слабо кивнула, пряча взгляд изумрудных глаз за длинной челкой. Она уже несколько месяцев жила у подруги и ей было непривычно, что после смерти родственников о ней кто-то заботится. — Я хочу, чтобы ты вновь стала собой, — блондинка широко улыбнулась, протягивая Харуно алую ленту. — Тебе пора начинать следить за собой. Не то стольких красавчиков упустишь. Сакура усмехнулась, все же принимая щедрый дар Яманако и повязывая ленту на волосы, убирая мешающую глазам челку. — Когда вернёшься, расскажу тебе, как нудно прошла линейка в школе. Надеюсь колледж придётся тебе по нраву. Я бы и сама свалила из школы, но мать с отцом сгрызут меня. Удачи, Сакура. Осторожно прикрыв за собой дверь, Харуно тяжело вздохнула, поправляя воротник жутко неудобной рубашки. Если бы не Ино, она бы как обычно пошла в толстовке, но та настояла на более приличном виде. Поэтому девушке пришлось распрощаться с приличной суммой денег. Все — таки она не очень пожалела о том, что послушалась подругу. Серый кардиган приятно согревал, да и смотрелся не так уж и плохо со столь непривычной рубашкой и классическими чёрными брюками. Единственное, что смогла отстоять Харуно — это белые кроссовки. Подходя к колледжу, Девушка почувствовала нарастающую панику, что больно била по вискам, но ей надоело вечно давать заднюю, поэтому она глубоко вдохнула и гордо прошествовала за массивные ворота ее будущего учебного заведения. Сигареты, к сожалению, остались дома. Сакура увязла в толкучке студентов, пытаясь через огромное количество людей разглядеть хоть одно знакомое лицо. В мае она ходила на курсы по подготовке и познакомилась с некоторыми будущими одногруппниками, но память на лица у девушки была не очень хорошая, поэтому она в растерянности оглядывала все, что ее окружало, в надежде хотя бы увидеть табличку с номером ее группы. — Ты словно первоклассница, Саку! Чья-то ладонь мягко легла на плечо и розоволосая изумленно оглянулась, тут же расплываясь в улыбке. — Карин-чан. Перед ней стояла высокая фигуристая девушка с алыми волосами, что гармонировали с ее неестественным цветом глаз и хищной ухмылкой, что вечно присутствовала на ее лице. — Я сразу приметила тебя, — гордо заявила Узумаки, в привычной для неё манере поправляя спавшие очки. — Такой бледной кожи, как у тебя, нет ни у одного жителя Конохи. Я то точно это знаю. Сакура смутилась, опуская взгляд изумрудных глаз на свои кроссовки, что уже не выглядели столь белыми, как при ее выходе из дома. Карин же совершенно не чувствовала неловкости, тут же потянув обладательницу розовых волос в толпу, на ходу распихивая всех, кто попадался под ноги и мешал проходу. — На самом деле, здесь нет ни одного адекватного человека, — указав взглядом на их будущую группу, заявила Узумаки. — У нас только пять парней, которые являются очередными альфачами, и восемнадцать бешеных куриц, естественно не считая нас с тобой. Ты просто посмотри, как они вылупились на нас! Завидуют таким красоткам, как мы, сучки. Сакура не смогла сдержать смех, прикрывая губы ладонью. Портить со всеми отношения в первый же день ей не хотелось, но Карин явно была права. Линейка длилась около часа и она совершенно не отличалась от школьной. Харуно казалось, что во всех учебных учреждениях есть определённый сценарий проведения подобных мероприятий и к сожалению он везде одинаковый. Одногруппницы и впрямь были курицами. На собрании в классе они совершенно не слушали куратора, предпочитая ему заигрывания с парнями или ведением бессмысленных трансляций а-ля «Я студентка!». — Боже, у Какаши такая сочная попка! — Карин хищно оскалилась, пропадая взглядом куратора. — Господи, спасибо тебе за это! Хоть что-то хорошее в этой помойке. — Карин-чан, мы пришли сюда учиться, а не оценивать чьи-то задницы. Ты все-таки будущий педагог, соберись! Хотя не могу не согласиться, задница у него отменная! — Наверное ты бы с удовольствием посмотрела и на другие части его тела, Сакура. Харуно вздрогнула, тут же изумлённо оборачиваясь в сторону столь родного для неё голоса. Стенах колледжа постепенно расплывались, все звуки резко приглушились и перед глазами стоял лишь его темный силуэт. — Итачи, я, это не так. Высокий, за два года заметно изменился. Волосы отрасли до лопаток, но привычка убирать их в низкий хвост так и не исчезла. Глаза, чёрные, словно бездна, в которой Сакура всегда тонула, сейчас отталкивали своей холодностью. Стиль одежды из классического изменился до спортивного. Вместо привычной белой рубашки и отутюженных брюк он был одет в спортивные штаны и свободную толстовку. А на бледном аристократическом лице вместо доброй улыбки красовалась маска безразличия. — Это не мой, Итачи. — Мне противно видеть тебя в этом здании, но ничего не поделаешь, придётся в очередной раз смириться с твоим бессмысленным существованием. Шлюха. Учиха гордо прошёл мимо униженной Харуно и злобной Узумаки, что выкрикивала в адрес парня самые ужасные ругательства, которые знала и было уже хотела догнать его, чтобы как следует заехать по его завышенному самомнению, но была остановлена Сакурой. — Карин, все хорошо, — розоволосая мягко улыбнулась, тут же хватая за руку подругу и двигаясь к выходу из учебного заведения. — Своими криками ты привлекла много внимания к нашим скромным персонам, так что нужно валить, пока меня не сделали главным объектом обсуждения. Узумаки согласно кивнула, но не упустила возможности проесть в голове девушки плешь своими нотациями о том, что нельзя позволять себя унижать какому-то псевдо-альфасамцу, и что если это повторится, стоит как следует ему вмазать. Сакура бездумно соглашалась с каждым словом аловолосой, пока они наконец не дошли до развилки, где их пути расходились и попрощавшись с подругой, Харуно наконец дала волю слезам. Девушка прекрасно понимала, что в том, как к ней относится Итачи, виновата только она и больше никто, но сердце не хотело воспринимать подобных слов от некогда самого близкого человека. Он ведь прекрасно знал, почему она так поступала. Неужели он не может ее простить? Бессмысленно блуждая по знакомым с детства улицам, Сакура вышла на тропинку к пустовавшей детской площадке и присела на лавочку, подставляя лицо под первые капли дождя и холодный ветер, что буквально пронизывал насквозь. Погода довольно сильно испортилась, но идти домой ей пока что не хотелось. Заниматься тем, чтобы убивать и без того истерзанную душу, вместо того, чтобы как обычно хохотать с Яманако над любой ерундой, ей нравилось намного больше. Возможно, она заболеет после подобной прогулки, но ей было все равно на подобные пустяки. Пропускать колледж из-за болезни ей не хотелось, тем более в самом начале учебы. Да и стоило бы поговорить с Саске о том, как вернуть хорошие отношения с Итачи. Сакура не хотела, чтобы он вновь безумно полюбил ее и тут же кинулся с извинениями о вечных унижениях, она просто хотела общаться с ним, как когда-то. Видеть его улыбку, драться с ним за последний нагетс и спорить о прочитанных книгах. Она просто хотела, чтобы он понял ее. « — Принимай людей, такими, какие они есть, Сакура, — Учиха стукнул девушку по макушке. — То, что тебе не нравится Дейдара, ещё не значит, что он плохой. Просто прими и пойми его, тогда он откроется тебе совсем с другой стороны.» — Как же я ненавижу себя за то, что послушала тебя тогда, Итачи, — насквозь продрогнув, Сакура все-таки поднялась со скамьи и быстрым шагом направилась в сторону дома, лишь на секунду остановившись, заметив знакомый дом. — Надеюсь ты сдох, Тсукури.