Мистика в "Элит Вей"

С самого утра девчонки собрались в кафе. — Блин, а где Пабло? — возмущалась Марисса. — Ну, конечно, этот придурок, наверно, видит десятый сон. — Девчонки, что нам делать дальше? Марисса, ты поедешь к Лухан? — поинтересовалась Мия. — Да, конечно. Только мне надо как-нибудь слинять с первого урока. Скажете Хильде, что я приболела, хорошо? — Ладно. А как ты выйдешь из колледжа? — Я знаю, как выйти незаметно. Не волнуйтесь по поводу этого. — Интересно, как Лухан себя чувствует, — беспокоилась Лаура. — Ну вот и узнаем. Точнее, я узнаю, а потом сообщу вам. — Послушайте, девочки, а мы будем говорить остальным про всё это? — Не будем торопиться, хотя я не знаю даже, что делать дальше. Надо сначала послушать, что расскажет Лухан. — Девчонки, вечером мне опять будет страшно, — заныла Фелиситас. — Фели, сегодня мы все будем спать у нас. Не бойся, мы же вместе! — успокаивала ее Мия. — Может, Рокко попросить установить камеру где-нибудь? — предложила Вико. — Да! Точно! Хорошая идея! — оживилась рыжая. — В нашей комнате. Мы свалим сегодня к вам и установим камеру в нашей комнате. А утром посмотрим запись. — Да, отличная идея, — закивали девочки. — И все-таки, где же этот придурок? Обещал же встретиться с нами, — задумалась Марисса, а в это время в столовую зашли ни о чем не подозревающие Гидо и Томас. — Эй, ребята! Где Пабло? — увидев членов «святой троицы» без предводителя, Андраде ринулась им навстречу. — Не знаю, — зевнул Гидо, — мы думали, он у тебя, — улыбнулся Лассен, захлопнув рот. — Вы совсем придурки? С какой стати он должен быть у меня? Он обещал сегодня утром прийти в кафе! — Может, он пошел к Сол, — предположил Томас. — У вас кроме баб больше ничего нет на уме! Идиоты! — Сама дура! — отбил Лассен. — Что ты так орешь с утра? Не даешь не выспавшимся людям позавтракать нормально! Мы Пабло не няньки, между прочим! Томас решил не вмешиваться в милую беседу Лассена и Андраде, но немного обеспокоился тем фактом, что Пабло с утра не было в постели, и никто пока его не видел. Бустаманте не мог никуда уйти. Его школьная форма валялась на стуле, когда Томас с Гидо покидали комнату — Эскурра это хорошо помнит. Марисса махнула рукой и вернулась к девочкам, а позже все засобирались на уроки, рыжая же отправилась к подруге в больницу. Дочь модели немного опоздала на второй урок, который был уроком профессора Андраде. Уже весь колледж знал о случившемся ночью с Лухан Линарес, и Мартин с пониманием впустил Мариссу в класс. Сразу же поняв, что она была у подруги, он при всех поинтересовался здоровьем Лухан. Рыжая лишь тихо и расстроенно ответила, что пока всё без изменений. — Марисса, я прошу тебя не скрывать от нас правды, — с лёгким укором сказал Андраде, — мы все очень беспокоимся за Лухан. Девушка устало присела за парту. — Я не знаю. Она такая же, как и ночью. Молчит и смотрит в никуда. На это было страшно смотреть, неужели доктора не смогут помочь ей?! — Марисса замолчала и продолжила, смахнув слезу со щеки. — Правда, когда я уходила, она сказала, чтоб я вернула какого-то ребёнка. Я ничего не поняла, а она больше ничего не говорила. Рассказывая, Мари снова прокручивала этот момент в памяти и ёжилась от страха. Когда она зашла в палату к Линарес, та даже голову не повернула в её сторону — Лухи сидела на больничной койке, поджав ноги и обнимая свои колени, безжизненно смотрела в стену прямо перед собой. Рыжая подошла, села рядом, крепко обняла подругу за плечи обеими руками, и тихим обеспокоенным голосом стала интересоваться её здоровьем и состоянием. Лухан молчала. Марисса немного отстранилась и тревожно задала вопрос: — Лухи, ну что же там такое случилось? Расскажи! Ответом была тишина, на лице Линарес не дрогнул ни один мускул. Спустя полчаса безуспешных попыток расшевелить и расспросить подругу, Андраде печально вздохнула и грустно направилась к двери, как вдруг услышала хрип, очень отдалённо напоминавший голос Лухан. — Верните ей её ребёнка! Марисса повернулась и впервые увидела такой злобный взгляд подруги. На кого, на кого, а на неё Лухи никогда не смотрела с такой злобой. — Что? — не поняла рыжая. — Верните ей ребенка! — шипела Лухан, глядя на дочь модели бешеными глазами. — Иначе она изничтожит всех обитателей этого проклятого колледжа, — она подползла к спинке кровати и, не сводя с Мариссы взгляда, продолжила. — Всех, до единого! Здесь ни мамочка-актриса не поможет, ни папочка-бизнесмен, и даже мэр тут бессилен! — голос шатенки становился всё более похож на голос одержимого умалишённого, она сжала ладонями спинку кровати так, что костяшки её пальцев побелели, и закричала: — Верните, слышишь! Она не успокоится! Андраде испугалась не столько крика, сколько совершенно неузнаваемого голоса и устрашающего взгляда и состояния подруги, но быстро пришла в себя и, подбежав к ней, положила руки ей на плечи. — Успокойся, Лухи, всё будет хорошо, мы всех вернём! — чувствуя, как её охватывает паника и начинается головокружение от лютого непонимания происходящего, говорила рыжая. — Только скажи: кому? Какого ребенка? Что случилось? Что с тобой происходит? — слёзно задавала вопросы Марисса, но Лухи опять замолчала. Она отодвинулась от подруги и приняла на кровати изначальную позу. Рыжая ушла, как только поняла, что больше Лухан ничего не скажет. — Что это, интересно, значит? — задумчиво пробормотал профессор.  — Не знаю. — Я поговорю с директором. Обязательно нужно выяснить, что произошло с Линарес. Пообещав, что переговорит с доктором и директором, Мартин покинул класс. Настало время ланча, и мятежники, каждый в сопровождении своих подруг и друзей отправились в столовую. Мия и Вико решили зайти в уборную перед трапезой, и пока Виктория находилась в кабинке, Мия помыла руки и причесывала свои волосы. В очередной раз, посмотрев на себя красивую в зеркало, Коллучи встала как вкопанная и медленно опустила расчёску на тумбу. Девушка приблизила своё лицо к блестящей зеркальной глади, и её недоумение стало ещё сильнее. Миита повертела головой в одну сторону, в другую, но отражение никак не хотело показывать привычное ей красивое лицо с большими синими глазами. С каждым её движением головой, гадкое зеркало отражало вытянувшееся расплывчатое лицо, а зрачки при этом белели. — Кривое какое-то зеркало, — недовольно пробубнила Миита и достала из косметички маленькое зеркальце, но и там отражение не изменилось, более того, к вытянутому лицу добавился оскал. Выронив зеркальце, чувствительная блондинка завизжала на весь этаж: — Что с моим лицом?! Вико, не на шутку испугавшись, вылетела из кабинки, а в санузле материализовались другие однокурсницы Коллучи. — Мия, что случилось? — Девочки, вы что, не видите?! Мое лицо! — Что происходит? — прибежали Андраде и Арегги. — Марисса! Ты тоже не видишь? Смотри! — Мия вытянула руку, пальцем показывая на своё отражение в зеркале. — Мое лицо! Что с моим лицом?! — Мия, успокойся! У тебя все нормально! Девчонки не могли понять, что такого страшного увидела дочь бизнесмена в зеркале — они видели там привычное им отражение Мии, а вот сама Миа видела уродливую блондинку с вытянутым лицом. — Не нормально! — истерила Коллучи. — Это не я! Что со мной? Это не моё лицо!!! — плакала блондинка. Девочки все вместе увели ее в медпункт. Там Мии дали успокоительное, убрали в кабинете зеркала, после чего позвонили её отцу, который незамедлительно прислал водителя и забрал свою дочь из колледжа на время. Как и договаривались, вечером девчонки собрались в комнате Коллучи. Фели не желала оставаться одна, а спать и вовсе одна боялась, поэтому Мариссе пришлось лечь рядом с ней. Лаура устроилась на кровати Мии, Виктория на своей. У них в комнате Рокко установил камеру и поставил на ней ночной режим. Пабло так и не появился в колледже, его закадычные друзья прикрыли его перед директором, надеясь, что сын мэра объявится, но тот так и не показался в учебном заведении. Марисса уснула сразу же, так как прошлой ночью из-за происшествия с Лухан ей практически не удалось поспать. Дочке модели снился странный сон: она ходит ночью по колледжу, любопытно оглядывая его. Рыжая явно пыталась что-то узнать или найти, раскопать какую-то тайну, но во сне не понимала, какую именно и что она вообще ищет. Её привлекла приоткрытая дверь в кладовую, которая наяву всегда была заперта на тяжёлый замок. Марисса не раздумывая толкнула дверцу, та с мерзким скрипом открылась шире, рыжая хотела сделать шаг, чтоб ступить внутрь, но вовремя опомнилась и глянула вниз. Лестницы не было. Девушка стояла на пороге, озадаченно глядя в тёмную пустоту внизу. — Марисса! — вдруг услышала она родной голос, который звучал умоляюще. Рыжая вгляделась в темноту и увидела сына мэра, который беспомощно тянул к ней руки. — Пабло, как ты сюда попал? — спросила она, присев на колени и протягивая ему обе руки. — Мари, вытащи меня. Меня столкнули! — Кто столкнул? — Марисса не могла дотянуться до него, и легла на живот. — Она! — Кто «она»? — тянулась Андраде. — Моника Эското!  — Кто? — переспросила рыжая и проснулась.