Дороже, чем жизнь

На следующее утро Гермиону разбудила обеспокоенная Джинни. — Просыпайся, соня! Почему ты не спала в своей комнате? — Ммм… — произнесла Гермиона, морщась от света. Она поднялась и приняла сидячее положение, закрывая ладонями лицо. — Что с тобой? Ты в порядке? — вновь спросила Джинни, пытаясь разглядеть её лицо сквозь взлохмаченную копну волос. — Да, всё нормально. Гермиона встала с дивана и направилась в сторону кухни, стараясь не выдавать своей усталости. Сон не желал её отпускать, учитывая то, что на часах было чуть-ли не шесть утра. — Гермиона, я же вижу, что с тобой что-то не так. Умоляю, скажи, что произошло, — опять спросила Джинни, проходя на кухню за подругой. Гермиона остановилась у плиты, взялась за переносицу, надеясь, что так сможет заставить мозг работать. Она прокрутила в голове все вчерашние события... Придется об этом рассказать, ибо девушка знала, что подруга не оставит её в покое, пока не узнает правды, а хотя... что там думать? Надо соображать на ходу. Она вздохнула и едва набравшись смелости, начала рассказывать.

***

Это утро далось очень трудным для Драко. Колющая головная боль не могла утихнуть, огромная усталость от не высыпания ломила тело с ног до головы. Наверное, лучше сдохнуть, чем чувствовать всё это. Парень принял нужные обезболивающие зелья. Как назло, они были невыносимо горькие. Этот привкус во рту… Казалось, его сейчас вырвет. А самое главное — что было вчера? Он ничего не помнил. Вплоть до того, где он напился. Такое часто происходило с ним за последние два года, и когда он только начал так часто пить? Аристократ вышел из душа и подошёл к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. В глаза бросилась ранка на нижней губе, голове прозвучал знакомый голос. Она говорила уверенно и немного насмешливо. «Ну, и что ты мне сделаешь, Малфой?» Драко округлил глаза. Он всё вспомнил. Вспомнил тот поцелуй… Мерлин, какого чёрта он вообще её поцеловал! Потерев переносицу, в надежде хоть чуть-чуть унять головную боль, он начал нервно мерить шагами ванную комнату, осознавая, что наделал. В таких ситуациях обычно уверяют, что больше никогда не будут пить, но в его случае, это не поможет. Выходя из душа, Малфой заметил сову у своего окна. Он открыл его, пропустил птицу внутрь и забрал письмо. Распечатав пергамент, Драко начал читать. «Мистер Малфой, срочно вызываем вас в Хогвартс. Это касается безопасности учителей и, в первую очередь, учеников. Все преподаватели должны явиться на небольшое совещание в кабинете директора в 16:00. С уважением, директор Хогвартса, Гарри Поттер.» Драко посмотрел на свои наручные часы. 15:27. «Чёртов Поттер! Хочет испортить мне единственные выходные!» 

***

— О Мерлин! Гермиона, как же так? — с недоумением воскликнула ошеломлённая Джинни, услышав рассказ Гермионы. — Прошу, Джинни, только не говори об этом никому, — уговаривала Гермиона шокированную подругу. — Особенно Рону, сейчас он работает в Авроррате, ему не нужны проблемы с законом. — Эмм… Да, конечно. Но… Гермиона, что ты собираешься делать? — Я не знаю, Джинни. Мне нужен твой совет. — Ну, я могу сказать тебе только одно. Ты не должна терпеть его выходки, только потому что он директор, — твёрдо сказала рыжеволосая девушка. — Ты права, — неуверенно произнесла Гермиона. Она прекрасно понимала, что статус Малфоя ничего ему не даёт, он не имеет права её так унижать, и она этого просто так не оставит. Гермиона посмотрела на подругу решительным взглядом и твёрдо заявила: — Ты права! — Вот и молодец! — улыбаясь, сказала Джинни. Девушки подняли друг перед другом чашки чая, обмениваясь коварными взглядами и немного отпили горячего напитка. — А где Тедди? — спросила Гермиона, наконец меняя тему идущего разговора. — Он гостит у Джорджа. Девушки ещё немного побеседовали и начали собираться на предстоящую прогулку по магазинам.

***

День прошёл не так уж весело, как планировалось. Они провели его на Косом переулке, улицы его переполнял народ. В выходные дни тут ужасно людно, а в рабочие — напротив. Девушки сидели за столиком, над которым возвышался большой солнцезащитный зонт. Они ели мороженое и наслаждались тёплым днём. Джинни была одета в своё любимое летнее платье с цветочками, а Гермиона в лёгкую белую футболку и милую юбочку нежно-розового цвета. Хотелось взять с этого лета по-максимому. Джинни всё время рассказывала о том, как живёт её брат. Он женился, съехал от родителей. Гермиона даже начала немного завидовать. — Джинни, лучше расскажи, как там у вас дела с Гарри. Он извинился? — наконец, Гермиона перебила не умолкающую подругу. Услышав имя своего мужа, рыжеволосая девушка слегка опустила голову. Скорее всего не из-за разочарования, а из-за того, что совсем не знала, как ей ответить. — Эмм, ну, да, — неуверенно произнесла Джинни. Обеим девушкам стало неудобно. — Ну, расскажи по порядку, — нарушая кратковременную тишину, продолжила Гермиона. Джинни вздохнула, перевела взгляд на подругу и начала: — Он пришёл ночью, в тот же день, когда мы собирались поужинать все вместе. Я, конечно, понимаю, работа и так далее, и я вовсе не давлю на него. Но тогда я сильно расстроилась. Я не спала, и он заметил это. В любом другом случае, я бы его поприветствовала, но на тат случай у меня не было настроения. Он извинился, сказал, что у него были очень важные и неотложные дела, и он не смог прийти раньше, — девушка сделала глубокий тревожный вздох. Гермиона поняла о каких важных делах говорил Гарри и ей тоже стало не по себе. Но он ничего не рассказал ей о них или рассказал, но Джинни не хочет об этом говорить.  — Я простила его, да ему и не стоило извиняться… Я не могу понять только одного — что за важные дела? В последнее время он ничего мне не рассказывает, — Гермиона напряжённо свела взгляд в сторону, ей было трудно врать подруге. — Мне кажется, у него кто-то есть... — эти слова Джинни произнесла, чуть ли не зарыдав на глазах у подруги. Её глаза блестели, а на лице читалась печаль и непонимание. Гермиона округлила глаза от удивления и неуместных подозрений Поттер. Как она вообще могла додуматься до такого? Шатенка знала ответ на волнующий Джинни вопрос, но она не знала, стоит ли ей всё рассказывать, ведь эта информация строго засекречена. Но она чувствовала себя обязанной рассеять все эти глупые сомнения верности Гарри. В любом случае, ей нужно сначала спросить его... А хотя… к чёрту! Она одна из них и должна всё знать! К тому же, Джинни умеет хранить секреты и об этом уж точно не проболтается. — Ну, знаешь ли, Джинни… — с трудом начала Гермиона. — В общем, это очень трудная история, и ты, главное, не волнуйся… Кое-кто сбежал из Азкабана, есть подозрение, что скоро начнётся бунт, Гарри делает всё, дабы это предотвратить, — Гермиона старалась говорить как можно тише и быстрее, чтобы их никто не услышал. Джинни выпучила глаза. — О Мерлин, Гермиона, как это может быть? Мерлин, прошу, не говори, что он восстал из мёртвых! — взмолилась Джинни, не в силах успокоиться. — Тссс! — прошипела Гермиона, тем самым затыкая рот испуганной подруге. — Тише, нас могут услышать! Это секретная информация, её никто не должен знать. И насчёт Тёмного Лорда — он мёртв. Говорят, их возглавляет Беллатриса Лестрейндж, — тихо проговорила она. — Но… но её же убила моя мать. Этого не может быть. — Лично я считаю, что это хоркрукс, — ясно произнесла Гермиона. После этих слов девушки замолчали. Джинни задумчиво уставилась куда-то в ноги, а Гермиона смотрела на свои руки, теребя в них бордовую салфетку. Её предположение звучало очень даже разумно. Тот факт, что Беллатриса была последовательницей Волан-де-Морта подтверждало, что она могла научиться у него создавать хоркруксы. Возможно, это всё не так, и Беллатриса мертва. Ведь Гарри сказал, что это всего лишь слухи. Но и отвергать эту возможность нельзя. Прошло минуты две тишины. Всё-таки нарушить её решила Джинни: — Это всё тебе рассказал Гарри, да? Гермиона кивнула, рассматривая разочарованное лицо подруги. — Он тебе больше доверяет, — продолжила рыжеволосая девушка. — Нет. Он доверяет нам всем одинаково. Он просто не хотел тебя лишний раз тревожить, ты и так была расстроена. К тому же, ты ведь знаешь меня, если я не узнаю правду, то не оставлю его в покое. А по Гарри сразу видно, если он что-то скрывает, — сказала Гермиона. Джинни отвела взгляд. Но потом, натянула на себя фальшивую улыбку и произнесла: — С меня довольно. Не будем больше затрагивать эту тему. Давай лучше вернёмся домой, а то уже третий час дня. Гермиона кивнула и, взявшись за руки, девушки трансгрессировали.