***
Этот гребанный учитель продолжал терроризировать омегу на протяжении всего семестра! Нет, омега привык к подобным колкостям. Для него это не впервые. Да-а-а, пожалуй, самому Тео это нравится. Казалось бы, что он не выживет без этих колких примечаний в его сторону. Омеге уже было трудно жить без этого. Вывод один: влюбился. Влюбился, мать его за ногу! В этого гребанного учителя! Нет, омега еще знал, что что-то поменяется в его жизни, когда он еще зашел в класс, мучительно краснея перед "стариком Горынычем", пожалуй, Крис похлеще старика. То, что Крис и сам старик, Тео знал по его бурчаниям возле доски, когда он отвечал на колкости более проффесионально, чем раньше. Но... Списывая тему с доски, Тео удивленно уставился на всех альф, которые хищно смотрели на него. Не понял. Крипсу хотелось достать свои глаза, протереть их и вставить обратно, что бы проверить, какого хрена эти тупицы ТАК уставились на него. Вскоре, причина была раскрыта. Дааа, течка. Тео не знал, что она должна начаться именно на уроке! Если считая дни до течки, то она должна была начаться вообще где-то через две недели. Какого хрена?! — Бля-я-я-ять. — Омеге не свойственно ругаться, но когда ты среди альф, где почти нет омег, весь такой течный, весь такой мокрый и соблазняющий, что маты это так, цветочки, хочется просто биться о стену своей тупой башкой. — Сегодня мы пишем контрольную, берем листочки и вот ваши варианты, шпаргалками не пользоваться, иначе я вам эти шпаргалки кое-куда засуну! — грозил им Крис, раздавая злополучные листики ученикам, в голове которых сейчас крутилось: «Что это такое? Как этим пользоваться? Что сюда писать?», хотя, у альф в мыслях только: «Ммм, течная омега, что может быть лучше?», а у омег, которые сочувствовали взглядом, было вот что: «Бедный омега, попадется ему по заднице». Никто даже не думал о контрольной! Хотя... Таких было немного, все были озадачены контрольной. Будь она не ладна! — М-м-можно выйти, Кристиан Николаевич? — с дрожью в голосе спросил Тео. — Я уж думал не спросишь. Валяй. — Крис прекрасно чувствовал запах течного омеги. ЕГО омеги! Тео принадлежит ему, только ему и никому более, — пишем контрольную, чего уставились? Тео поспешил выйти, в уборную. Потому что для течного омеги, выходить на улицу плохо. Может драматично закончиться. — Где ваш журнал? — Спросил учитель. На что все ответили что там, где всегда, в учительской, — Я так и думал. Нет, Крис был очень доволен, что можно выйти с класса, под предлогом того, что: нужно зайти за журналом! Ведь он обязательно зайдет к Тео и отымеет во все дырки! Он слишком долго ждал этого момента. Ну-у-у... Крис хотел уже начать флиртовать с омегой, так сказать, не начиная сразу с секса, но так получилось, чего греха таить...***
Крис шел по запаху кофе, нет, не так, свежесваренного кофе с нотками черного шоколада, буквально летя туда. Дойдя до дверей в уборную, Крис хотел дернуть за ручку двери, как послышался всхлип, альфа заметил еще один запах другого альфы. Близко к его сокровищу! Опасно. Никто не смеет трогать его сокровище! Никто! Почти сорвав дверь с петель, Крис ворвался в уборочную и увидел его омегу прижатого к стене каким-то альфой десятиклассником, целующего его в шею. Ярость затмила сознание. Он не владел собой, пусть его посадят, пусть, но он знал свое, он знал кто ему принадлежит! — Чего я тут вижу! Страсти в уборной! Брысь, пока не сделал из тебя фарш! Это мое! — Грозно зарычал Крис, на что десятиклассник испугано отпрянул от омеги, он знал, что связываться со старшими альфами не безопасно, поэтому примирительно поднял руки. — Простите. Не знал, что он занят, — Молодой альфа ушел в закат с поразкой. А Крис обнял плачущего омегу, он такой беззащитный, такой... такой... Возбуждающий. Альфа просто закрыл дверь. Запер. Подошел к омеге. Посмотрел в эти карие заплаканные глаза, все теперь будет хорошо, да, он знал это. — Не волнуйся, все хорошо. Мой омега, — возбуждающе прошептал ему на ухо Крис. Он не в силах сдержаться, ведь это не просто течный омега, это Тео, его истинный, никем не тронут, все для него. Тео верил ему. Не знаю, откуда у него сразу появилось доверие к учителю, которого он ненавидел всем сердцем, но и любил так же, даже сильнее. Вскоре, Тео был страстно поцелован и усажен на стол. А ведь течка только началась. Жаркие поцелуи обжигали кожу. Руки блуждали по телу молодого омеги, альфа немного порыкивал, рычания невероятно возбуждали течного омегу. Крис снял с Тео его свитер, Господи, это тело было просто гениальное, нет, не худощавое, как казалось бы, стройное, прекрасное. Плюс ко всему, лучше бы омега не сдергивал с альфы рубашку, не был бы возбужден к пределу! Этот пресс... Эти кубики! Господи, это же по-настоящему гениально! Коварные ручонки учителя забрались под брюки и трусы омеги, он гладил его там, медленно посасывая соски омеги, пока тот разрывался от стонов. Это великолепно! Омега больше не мог терпеть, да, это был первый раз Тео, он волновался, но течка дает свои плоды. Тео расстегнул ремень альфы, снимая с него штаны и с шоком уставился на огромезный бугорок который был виден в боксерах. А ведь боксеры еще уменьшают размер. А ЭТО влезет в него? Альфа усмехнулся, стаскивая с омеги брюки, ох, уж этот красивый и ласковый омежьий член, альфа, конечно, повидал немало, ведь он уже опытный. Но Тео, Тео - он совершенный. Крису кажется, что Тео его совершенство. Только его. Крис снял свои боксеры. Уж больно они мешали личному пространству. Перевернув омегу на живот, альфа вставил в него сразу два пальца, начиная двигать ими, постепенно, в омеге вмещались уже три, далее и четыре пальца. Крис решил, что омега достаточно разработан и вошел один мощным толчком. Течка делает все подобные процедуры безболезненными, так что Тео со стоном полного удовлетворения подался назад, он хотел больше, сильно и мощно. Крис был не против, сразу начав задавать быстрый темп, тихо рыча от непередаваемого удовольствия! Уборную заполонили сладостные стоны омеги и рыки альфы, пахло сексом и животной страстью. Вскоре, после таких яростных вколачиваний в омегу альфа поспешил выйти и кончил на пол, так как омега успел кончить на пару мгновений ранее, Тео казался безвольной розовой лужицей перед своим "учителем". Сам же Крис укусил омегу за предплечье, ставя на нем свою метку, что бы никто не смел притронуться к ЕГО омеге. Зализывая рану, прошептал своему Тео: — Люблю. Мой.***
Год спустя
— Крис, тухлый ты баклажан, поставь мне отлично! Ну поставь ты! Ну че, тебе жалко что ли?! Это ж для меня! Что значит четыре? Я уйду от тебя. Ты че пишешь?! Сам ты коза. Козел блин. — Ты не тянешь, чтобы писать экзамен по русскому. Я и так пошел тебе на встречу, не наглей, мальчик. — Усмехнулся Крис. — Сам ты мальчик! Ставь отлично говорю! — Ни-ни, так нельзя. Я поставлю тебе пять, если ты... — Что? Сделать чай? Кофе? Сварить суп? Всякие эротические игры? — Именно! Эротические игры. — Какие? — О, это будет так возбуждающе. Ты берешь ведро и тряпку и возбуждающе моешь полы, пока я буду играть на компе. Знаешь, как это весело? — Что??? Сам мой свои полы! Там же столетиями никто не убирал! Я боюсь представить, что у тебя там под диваном! — Ну хорошо. Четыре значит. — Нет! Давай лучше кушать приготовлю? — Ок. Значит три. — Нет! Стой! Я минет тебе сделаю! — Так это совсем другой разговор! Два с минусом! — Агр, да помою я твои полы, козлина бессердечная. — Вот, теперь отлично. Только после того как помоешь полы, злюка. — Козел. — Зато твой.