И миллиард световых лет

— Какая, кхм, интересная женщина… и как же вы познакомились? Или нет, дайте угадаю… Лорелин забавлялась, язвя и строя догадки на тему знакомства ее майора с этой рыжеволосой красоткой. Отчего-то эта тема никак не давала ей покоя. Валериан этого оживления не разделял — он был задумчив и периодически хмурил брови. — … и тут появляетесь вы, герой галактики, вырывая из лап… хотя, она сама кому угодно лапы вырвет… — Я убил ее отца, — перебивая, мужчина пронзил ее тяжелым взглядом. Сержант осеклась, словно получив пощечину. Впервые за время их знакомства в ответ на ее шпильки в его адрес, девушка натолкнулась не на приторную ухмылочку, а на плотно сжатые побелевшие губы. — Прости, что? — за его вздорным поведением она как-то никак не могла разглядеть, что на самом деле из себя представляет человек, сидевший сейчас напротив нее. Лорелин по сути о нем не знала абсолютно ничего, кроме сухой статистики из приказа. Они сидели в баре, пока хозяйка была занята поисками требуемого вооружения. Примолкший, но все такой же угрюмый и неприветливый бармен по имени Кервет, грохнул на столик перед ними по кружке с горячим кофе и блюдо с чем-то отдаленно напоминавшим сухари. Девушка не притронулась к угощению, напряженно разглядывая напарника — тот выудив из металлический тарелки приглянувшийся сухарик, придирчиво его рассмотрел, принюхался и только после этого рискнул макнуть его в кофе. — Как это произош…? Договорить он ей не дал. — Шутка! — грохнул ладонями по столешнице, предварительно отставив кружку подальше, и вновь на его лице расцвела широкая яркая улыбка. — Лучше скажи-ка мне… Бац! Военный нож сержанта вошел в пластиковую столешницу в каких-то миллиметрах от мужской ладони. -Эй-эй-эй!.. — Валериан отдёрнул руку. — Поаккуратнее! Хоть в голосе его и звучало явное возмущение, в светлых глазах поблескивали задорные искорки. — Я тоже… пошутила. — Шуточки у вас, сержант… Девушка, расшатав, вынула нож из стола, и убрала обратно в ножны на бедре. Внутри у нее все бушевало — в очередной раз напарничек дал ей почуствовать себя полной дурой. Понятно, почему ни один из девяти предыдущих человек не задержался рядом с ним. Наверное, по завершению этой миссии, стоит подать рапорт, чтобы ее перевели обратно… Лорелин представила, как перевод будет одобрен, она заберет вещи из каюты Алекс, холодно попрощается с майором, пожелав удачи и гордо покинет штурмовик. А потом будет глядеть, как корабль с одним несносным типом на борту растворяется в космическом пространстве, улетая на новое задание. Трудновыполнимое и опасное… Найдут ли ему кого-нибудь в пару? Впрочем, об этом она сможет подумать и после завершения миссии. А сейчас… — Как насчет плана по изъятию молекулы? Проще было бы ее выкрасть до того, как она попадет на спутник… С другой стороны, мы не знаем на каком корабле Айгон ее держит… — Отбивать ее в космосе мы не будем. По двум причинам, помимо названной тобой, — Валериан покосился на барную стойку, Кервета за ней не наблюдалось. — Во-первых, противник превосходит нас числом. Один штурмовик с целым флотом не справится, да и не хватало еще разнести перевозящий молекулу корабль — можно будет попрощаться с системой Митрона. Во-вторых, я не в первый раз сталкиваюсь с этим пиратом — «Захватчик» намозолил ему глаза, и он просто распылит нас на атомы еще на подлёте. Девушка кивнула, осмысливая сказанное. — Тогда получается, мы не сможем просто подлететь с Алекс к спутнику. — Именно. Поэтому… — Валериан наклонился, зачерпывая пригоршню песка, толстым слоем покрывающего пол в баре и, разметав по столу, начертил пальцем карту созвездия, в которое им предстояло отправиться. — Поэтому, мы оставим ее здесь… — … и отправимся до Мит-5 на пассажирском лайнере… — рассматривая соседнюю с Митроном планету, на которую указывал палец напарника, Лорелин не обратила внимания насколько легко подхватила и продолжила его мысль. Зато это заметил майор. Одобрительно покачав головой, одним движением смахнул песок со стола. — Алекс подхватит нас на обратном пути, и там уже будем пробиваться. Лорелин скептически выгнула бровь, выказывая сомнение: — Что-то мало смахивает на полноценный план! — Основываясь на своем опыте, могу сказать, что обычно все планы идут к черту из-за какой-нибудь совершенно непредвиденной мелочи, — Валериан проигнорировал ее скепсис, пожав плечами. — Предпочитаю импровизацию! — Вот скажи лучше, дотошная моя, как у тебя с гардеробом? — в очередной раз парень сделал немыслимый поворот в беседе. — Причем здесь мой гардероб? — Как? Ты не знаешь? — Не знаю чего? — она снова начала заводиться. Черт побери, находясь рядом с этим мужчиной, сержант никак не могла найти равновесия — он раздражал и за одно мгновение мог завести ее так, что агент была готова поступиться прямым приказом, и заняться членовредительством. — Фишка аукционов на Мит-5, неужели не слышала? — Не все могут похвастаться идеальной памятью, — процедила Лорелин, пытаясь прожечь дыру на лице парня, который на этих словах расплылся в польщенной и снисходительной улыбке. Она заметила — он вообще много улыбается. По-разному… — Это был не комплимент, — резко уточнила на всякий случай. Впрочем, вся ее агрессия отлетала от него, как от стенки. Что-либо утверждать было пока рано — они не были знакомы и месяца, но женщине все чаще начинало казаться, что эта непробиваемая жизнерадостность являлась для него неким подобием щита… От чего и зачем? Она слишком мало его знает, чтобы судить… и вряд ли у нее будет возможность узнать получше, если сержант собралась просить перевода. — … чертовски старомодные мероприятия. Ретро, так сказать… Агент его не слушала, погруженная во внутреннюю борьбу. «И будешь десятой в списке, не удержавшихся на этом месте», — мерзко протянул внутренний голос в ответ на предыдущие размышления. — … Разряженные в пух и прах дамы, напыщенные кавалеры в смокингах… Так у тебя есть что-то подходящее?.. А собственно какое ей до него дело? Хочет придуриваться — пусть. А может она вообще все просто усложняет? Дьявол, ей все равно! «Ты не знаешь даже сколько ему лет! Не интересно?» О, черт! — Нет! — вслух рявкнула сержант самой себе и, вернувшись из внутреннего мира в реальность, уперлась взглядом прямо в свой прозрачный кружевной пеньюар, купленный неделю назад под настроение, медленно крутившийся над столом в виде голограммы. — Мда. согласен, что нет. Слишком эм… эпатажно! Мы шокируем публику… хотя, я бы не отказался полюбоваться… Рефлексы сработали раньше головы, и, молниеносно выкинув руки вперед, Лорелин рванула напарника за майку, почти впечатав того подбородком в стол. — Алекс?! —  Прошу прощения. Мне пришлось просканировать ваш гардероб, сержант. -Ай! — это Валериан, нащупавший у нее на запястье определенную точку, заставил девушку разжать кулаки. — Ух, какая порывистая! Мне нравится. Она думала, что выбесить сильнее ее уже нельзя. Наивная. — Не. Смей. Лезть. В мое. Личное. Пространство! — ее распирало от возмущения на его наглость. — О, наконец-то на 'ты'! Давай так и оставим, а? — чувство самосохранения в этом человеке, судя по всему, отсутствовало напрочь. Сержант автоматически потянулась к парализатору, прорычав: — Еще хоть слово, и я им воспользуюсь! Пролежите два дня в отключке! Валериан примирительно поднял руки вверх: — Понял, не дурак… Но, халатик — ништяк! Тем же вечером на корабле, Валериан, щеголяя с синяком на скуле, угощал Джаму коньяком с Меркурия, пока ее техники монтировали на «Захватчике» щиты и пушку. В камбузе они были одни — Лорелин с ним не разговаривала с обеда. Здесь он, без сомнения, был виноват сам, но не мог с собой ничего поделать — его так и тянуло расшевелить, вывести на эмоции эту правильную и такую серьезную девочку. Хотя как правильную… судя по тому, что он о ней читал — сержант была мастаком полаяться с начальством, оспорить все, что только можно и отстоять свое мнение не боясь выражений. Это-то и стало главной причиной, по которой он решил, что с этой женщиной сумеет сработаться. В ней чувствовался некий дух бунтарства, схожий с тем, что жил в нем самом. Майор с восторгом наблюдал, как борются в ней два полюса, два желания — выполнить свое задание во что бы то ни стало и в тоже время набить ему морду до бесчувствия, наплевав на приказ. — Не расскажешь, что случилось с кораблем с последней нашей встречи? — Джама прервала его размышления. 'Что случилось с тобой после нашей последней встречи? ' — отчетливо слышится в этом вопросе. — Всего понемногу, Джи… всего понемногу… — он сделал глоток из стакана и, растянувшись на небольшой кушетке, возле иллюминатора, устало откинул голову на кожаную спинку. — Выглядишь не очень. Все так же проблемы со сном? — Ты уже просто засыпала меня вопросами! — Я давно не видела тебя. Могу я чуть-чуть поволноваться? — Не похоже на тебя. В ответ она лишь пожала плечами и, поднявшись со стула, пересела на диванчик рядом с ним. Отставив стакан в сторону, женщина обхватила ладонями его щеки и осторожно повернула лицом к себе. Несколько мгновений рассматривала — отмечая новую белесую полоску шрама на виске, набрякшие мешки под глазами… — Так когда ты спал в последний раз? И я спрашиваю о полноценном сне, не меньше шести часов! Джама с восторгом заметила, как опасно вспыхнул его удивительный серебристый взгляд, полыхая раздражением. Однако он подавил его в себе и прикрыл веки. Женщина нежно провела подушечками больших пальцев от переносицы к внешнем уголкам его глаз, разглаживая морщинки и, вздохнув, отпустила. Несколько минут прошли в тишине — рыжая успела осушить свой бокал. Она уже не рассчитывала на ответ, когда раздался тихий голос: — Все, что я когда-либо читал, изучал, видел, слышал вскользь или намеренно… все, чему я был свидетелем, абсолютно все: хорошее, плохое, отвратительное — здесь, — Валериан потер висок. — Мне порой кажется, что еще немного и я свихнусь. Шесть часов?.. Закрывая глаза я вижу формулы расчётов прыжков в экзо-пространство — одну за другой, всех, за все годы пилотирования кораблем. Я… Агент осекся и, опрокинув в себя остатки коньяка, отставил стакан. — К черту! Скажи-ка лучше, сколько я должен буду за щит и пушку? Чувствую, обдерешь меня по полной! Джама не стала заострять внимание на эту редкую вспышку откровения — слишком хорошо знала она по себе, что подобное дается нелегко и вызывает больше досады за собственную несдержанность, чем приносит облегчение. Поэтому она приняла его шутливо-деловой тон, и, демонстративно вытащив из одного из необъятных карманов своих штанов допотопный калькулятор, принялась считать. — Сто одиннадцать тысяч бабблов за щит, плюс пол миллиона за пушку и снаряды, плюс установка… Вот конечная сумма. Торговка развернула к майору экран устройства. — Шестьсот пятьдесят тысяч?! Да ты никак по миру меня без штанов пустить хочешь?! — Ну-ну! Я еще не надбавила за срочность, между прочим! И мне известно, что зарплаты у федеральных агентов далеко не маленькие! — А скидку постоянному клиенту? — Валериан состроил жалобную рожу. — Алекс! — Джама обратилась за поддержкой к искину. — Твой капитан жалеет на тебя средства! — Алекс, не слушай ее! Мне для тебя ничего не жалко! —  Спасибо, майор. Мне выполнить операцию по переводу средств? — Вот же женщины, свалились на мою голову… выполняй. Пискнул коммуникатор, подтверждая платеж. Рыжая довольно улыбнулась и, наклонившись, чмокнула Валериана в щеку: — Всегда приятно иметь с тобой дело! Ну, пойду проверю своих техников. Поднявшись, женщина со вкусом, как-то особенно, по-кошачьи потянулась, во всей красе демонстрирую свою шикарную фигуру, и двинулась к выходу из камбуза. Дверь за спиной Джамы затворилась, и женщина столкнулась с сержантом, подпиравшей стенку в коридоре. Та буравила ее мрачным взглядом, но молчала. Усмехнувшись, рыжеволосая подошла к Лорелин и, чуть наклонившись, положила руку ей на плечо, проговорив почти на ухо:  — Береги его.