Волчье Сердце

Артсиаль       Когда мне доложили, что Лина в госпитале у меня клинок выпал из рук. Не спрашивая ничего более я сразу рванул к ней. Лекарь не хотел меня пропускать, но из-за его плеча мне открывалась ужасающая картина: девушка вся перемотанная кровавыми бинтами лежала на кровати без сознания. Даже ее волчья регенерация не могла справиться с этой раной. — Что с ней? Мой голос дрожит. Я понимаю, не переживу если что-то случится с ней, моим даром судьбы, моей ак’хиас. Лекарь отслеживает мой взгляд и тихо отвечает: — Стрела пробила легкое, едва не задев сердце, но обошлось. — Почему ее регенерация не справляется? — Все дело в составе металла наконечника стрелы. Сплав нескольких металлов, в том числе и серебра, и дополнительная добавка. Эта рана плохо поддается регенерации. Но девушка жить будет. От сердца отлегло. Даже несмотря на то, что она сейчас лежит без сознания и в крови, пусть, только бы жила. Ради этого я сделаю что угодно. Отодвинув лекаря и не обращая внимания на его возмущения, я подошел к Ралине. Немного побледнела, глаза чуть приоткрыты, как если бы она смотрела сквозь ресницы, слабое дыхание. И внезапно ее губы шевелятся и одним выдохом она проговорила мое имя. — Я здесь, волчонок. Я с тобой, все будет хорошо. Не помню что я еще шептал пока держал ее за руку стоя на коленях у ее кровати. Рука словно льдинка, такая же хрупкая и холодная. И это великая воительница, представительница сильнейшей расы? Моя маленькая волчица. Я невольно улыбнулся, глядя на нее. — Я всегда буду рядом, любимая. Нет, я не могу позволить ей умереть и оставить меня одного в этом мире. Ралина       Темнота окутывала меня со всех сторон, не давая ни видеть, ни дышать, ни чувствовать ничего. Как будто в вакууме. Я сделала легкий вдох, но мои легкие не получили воздуха. Твердой поверхности под ногами я тоже не ощущала, как будто находилась в воде. Внезапно откуда-то со стороны в глаза ударил яркий свет и я инстинктивно потянулась к нему, стараясь уйти от удушающей темноты. Приблизившись к источнику света я обнаружила девушку едва ли старше меня самой, одетую в белоснежный балахон. Ее светлые с черными прядками волосы водопадом падали на плечи и, струясь по спине, доходили до колен. Она смотрела куда-то вдаль и улыбалась своим мыслям. — Где я? — Ралина, вот мы и встретились. Не узнаешь? Я пристально вгляделась в черты ее лица. Греческий нос, пухлые губы, небольшая родинка над верхней губой слева, глубокие, синие глаза. Нет, я ее точно не знаю. — Да, статуи лепить не умеют, раз ты до сих пор не узнала Великую Богиню. — Великая Мать Ромилана? Стоп. Так я… умерла? — Да кому ты нужна в царстве мертвых? Там и без тебя волков хватает. А потом еще одного принимай, мучайся с вами, влюбленными. Между прочим некоторым еще и наследник нужен. А ты тут прохлаждаешься вся продырявленная. кровью вон мне пол испачкала, а мыть кто будет? Я машинально перевела взгляд на пол, но он был идеально чист. Ромилана звонко рассмеялась. — Не думала, что ты такая доверчивая… — Больше не буду… Я отвернулась. Да, я обиделась на богиню. — Эй, ты с ума сошла? Кто тебе позволил обижаться? Это только я могу обижаться и гневаться! А ну прекращай сейчас же! Она по-детски притопнула ногой. Ну типичная девица из моего мира и моего возраста. Даже чуть младше, в двадцать пять так себя ведут уже очень немногие. Я тихо хмыкнула и пошла прочь. — Эй! Я же сказала тебе прекратить! По какому праву ты… Я повернулась и перебила богиню. — Ромилана. Вам поклоняется вся Арелия, а ведете вы себя как капризный подросток. Я не вижу смысла далее оставаться здесь и о чем-либо с вами беседовать. — А вернуться на Арелию хочешь? — Я умерла и… — Не умерла. — она хитро улыбнулась. -Ты всего лишь тяжело ранена. Но если выбираешь смерть, то я не стану отговаривать. В конце концов Арт переживет как-нибудь и… — Арт… Ромилана, как мне вернуться? — Хитрая! Сначала обижаешься на меня, теперь помощи просишь? А ну извинись! — Простите… Но… — Вот и чудненько. Даже слушать не стала, блин. — Ладно. Мне тут ты не особо нужна. Иди получай свой урок, люби, будь любимой, рожай детишек своему таллэру, воюй и вообще делай что хочешь. Приперлась тут, понимаете ли. Не могла от стрелы увернуться что ли? Мда. Мне казалось, что боги должны вести себя несколько иначе… — Спасибо… Она лишь хитро улыбнулась и хлопнула в ладоши. Тут же меня окутало какое-то сияние и вновь накрыла темнота.       Едва открыв глаза, я зажмурилась. Яркий свет неумолимо бил в глаза. Во рту все пересохло, голова кружилась. Попытка пошевелить левой рукой увенчалась успехом, а вот правая была как будто чем-то придавлена. Осторожно приподнявшись, я взглянула на эту помеху и встретилась с янтарным взглядом Арта. — Лина… Ты… ты жива… — Ты был все это время здесь? Боже, какой хриплый голос… — Я не мог тебя оставить… Лина… Как же ты меня напугала! Он осторожно обнял меня, чуть прижав к себе. Да, правда никуда не отходил. И спал здесь. он весь пропах потом и больницей, но сейчас мне было все равно, я лишь обняла его своими еще слабыми руками и поцеловала в щеку. Видимо, Арту такой поцелуй не понравился, потому что он тут же перехватил инициативу и накрыл мои губы своими.       После того, как я пришла в себя, моя регенерация ускорилась, поэтому лазарет я покинула уже через пару дней. В лагере царила тишина, вчера закончился очередной бой, который велся с того времени, как я была в отключке. Мимо меня проезжали телеги с ранеными, а затем с убитыми. До боли знакомое лицо мелькнуло на одной из телег. Эл… Я стиснула зубы: мертвецам не нужны наши слезы. Я бы сказала, что нас из шести осталось трое, но… не прошло и часа, как я узнала, что я совсем одна. Дири и Тиль попали в плен, а оттуда еще ни один не возвращался. Сколько мы уже находили истерзанных тел, когда отбивали деревни. Мужчины выполняли тяжелую работу, а женщины, особенно молодые девушки, служили им совсем в других целях. Даже не хочу говорить об этом. Комок подступил к моему горлу. — Убью… всех поубиваю, твари… Бессильная ярость охватила мое тело. Ладонь сжала клинок, висевший на поясе. Так часто бывало, когда бойцы сходили с ума. в таком состоянии никого нельзя отправлять в бой, они хоть и бьются до последнего, но уже не могут остановиться. Это я поняла намного позже. Никто не успел опомниться, как я вскочила на сааршита, свистнула Люцифера и помчалась туда, где должны были находиться отряды дроу.       В деревню я ворвалась почти ночью, все готовились ко сну. Не слезая с коня, я рубила клинком направо и налево, не отличая, где здоровый, где раненый. Враги не сразу поняли, что произошло, это дало мне преимущество. Пока они бежали хватать оружие, я успела нарубить достаточно, после чего, когда руки устали, начала поливать их огнем. С магией стало полегче, стрелы и клинки плавились не достигнув меня, но я не вспомнила, что после истощения резерва начинают уходить жизненные силы. Огонь стал слабее, на меня набросили сеть из невоспламеняющегося материала и, наконец, смогли скрутить, когда я упала без сил. Перевоплощение началось уже без моего участия, я просто приняла волчий облик.