Азраэль полюбил.

Было в этом что-то неправильное. В том, как он утайкой подглядывал за ней в окно или следил на полупустых вечерних улицах города. Как слушал ее мелодичное пение и ловил веселый, звонкий смех. Смотрел, как она спит и как просыпается, потягивается и тянет руки навстречу солнечным лучам. Началось все с того, как месяц спустя непонятное волнение заставило Азраэля прогуляться в человеческий мир. А затем прогуляться до местообитания одной рыжеволосой веснушчатой особы. Явление само по себе небывалое, а вкупе с распространяющимися благодаря Азазэлю по всей Преисподней слухами по поводу его личной жизни, и вовсе грозившее нехилой такой головной болью. Наверное, это чувство было сродни человеческому участию в судьбе бездомного животного, спасенного от голодной смерти – ты вроде как приложил усилия и не хочешь, чтобы они пропали даром. Демон взглянул на девицу лишь мельком и, убедившись, что та жива, со спокойной совестью отчалил забирать очередную душу на тот свет. Второй раз Азраэль задержался чуть дольше – в глаза ему бросилось ее истончившееся биополе, однако, понаблюдав за ней какое-то время и не заметив никаких проблем со здоровьем и явного невезения, решил, что на этом его спасательная миссия исчерпана. Но с вредными привычками, коли ты уж дал им прорасти, не так-то легко бороться. А все дело в том, что наблюдать за ее жизнью было познавательно и интересно. Особенно ему, посвятившему всего себя смерти. Они были как Инь и Янь – две полные противоположности, и оттого процесс становился все увлекательнее и увлекательнее. Однако в какой-то момент ему пришлось себя остановить, можно даже сказать — грубо оборвать,будто застукав за чем-то непотребным. Азраэль считал, что на этом все, что он легко забудет об обычной человеческой девице. И так и было. До поры, до времени. Он ощутил это так же четко и резко, как человек ощущает нагретый солнечный луч на своей щеке. Она. Что-то случилось. И Азраэль знал, что, появись он сейчас подле нее, выглядеть будет крайне глупо — после того, как сам же и отдал приказ своему подчиненному проводить, когда это понадобится, ее душу в Пристанище Душ. Да, приказал. Однако это было еще до этого, как она заняла неотъемлимое место в его мыслях. Демон оказался подле распростертого тела в один неразличимый для простого смертного миг. Отличная картина, ничего не скажешь — погибла в перестрелке двух враждующих группировок, некстати подвернувшись под руку, оказавшись не в том месте и не в то время, возвращаясь от подруги поздно ночью. Азраэль с тоской разглядывал разметавшиеся по асфальту рыжие кудри, ожидая, когда душа отделится от земной оболочки. - Ой, опять Вы... - голос девушки звучал чуть ли не радостно, но от холодного взгляда, обращенного на нее, она тут же осеклась. - Скажи мне, для чего тебе на плечах голова? - ледяным тоном поинтересовался Азраэль, указывая длинным когтем на эту самую голову, соприкасающуюся в данный момент с асфальтом. Девушка зябко поежилась под его пронизывающим ледяным взглядом и промямлила: - П... простите... - «Простите»? - проревел Падший, даже сам удивившийся своей реакции на это незамысловатое извинение. Если б души были способны «падать в обморок», то рыжая, без сомнения, сейчас бы упала. - Я не понимаю вас, людей, - сбавив тон, уже спокойнее, проговорил Азраэль, отвернувшись, - вам столькое дано, а вы ни черта не цените, уж простите за эвфемизм. - Не правда! - обиженно воскликнула девушка, неожиданно осмелев. - Нет никого, кто любил бы жизнь больше, чем я! - Ага. Вижу, - саркастически заметил демон, выразительно взглянув на растущую лужу крови. - Это... случайно вышло, - тихо сказала рыжая, виновато ссутулив плечи. - Сунуться ночью в неблагополучный район у тебя тоже случайно вышло? - Извините, - снова потупилась девушка. - То есть один раз помереть тебе было мало? - Простите, - чуть не плача, повторила она. - Да прекрати уже извиняться! Будто мне дело до этого... - Но это же Вы мне дали второй шанс! Простите меня! Я действительно легкомысленно отнеслась к Вашему подарку. Если бы только... - она замолчала, сотрясаясь от рыданий — скорее по привычке, ведь по-настоящему заплакать она уже не смогла бы. Пока Азраэль оторопело рассматривал ее, пытаясь переварить только что услышанное — шутка ли, его вдруг чуть ли не в Боги «повысили»! - рядом возник один из его подчиненных, так же оторопело разглядывая его самого. - Господин... - Там, дальше, метров пятьсот, через три минуты забери, - откликнулся Падший, вернув себе невозмутимый вид. - Слушаюсь, - демон слегка поклонился, растворяясь в ночи. - Ты! Послушай, если ты еще раз попадешь в подобную передрягу, я тебя вытаскивать не стану, - жестко промолвил демон, окинув холодным взглядом мгновенно просиявшую девушку. - Спасибо! Спасибо Вам! Я не знаю, кто Вы, но... Может, мой ангел-хранитель? Азраэль поморщился как при сильной мигрени, и девушка прикрыла рот ладошкой. - Ложись уже обратно, - вздохнул Падший, потерев пальцами переносицу. Как ни странно, после очередной Обратимой Смерти, Владыка не появился — то ли от того, что не хотел смущать своего подопечного вопросами, то ли от того, что вопросы эти задавать ему было уже ни к чему. - Спасибо Вам огромное-преогромное! Теперь я буду ценить Ваш подарок всю оставшуюся жизнь! Она с такой теплотой посмотрела на него, несмотря на столь очевидные пугающие атрибуты в виде рогов, кожистых крыльев и длинных когтей, что Падший пораженно замер. Всего на мгновение. «Ангел-хранитель! Ну что за напасть?!» - едва девушка вернулась в свое тело, демон со вздохом оглянулся по сторонам. И никого поблизости не найдя, шипя проклятья на разный лад, нехотя воплотился. *** [5 лет спустя] Его ощутимо кольнуло куда-то под ребра. Сначала демон даже не понял, о чем это должно говорить — столько слоев запретов самому себе, казалось бы, наложено. И вдруг, схватившись за голову, мгновенно перенесся в другой, совершенно чуждый ему, мир. Знакомая ему по прошлым визитам квартирка поразила своей запущенностью и запахом, витавшим в ее стенах. Запахом какой-то неумолимой тоски. «И что на этот раз? - зло подумал Азраэль, шагая мимо кухни с немытой посудой. - Поскользнулась на кожуре от банана и выпала в окно? Напоролась на кухонный нож, пока нарезала овощи для салата? Споткнулась о ковер и встретилась лбом со стол...» Падший неожиданно осекся, добравшись, наконец, до спальни. - Проклятье! И как это понимать?! - Все внутри него бурлило от праведного гнева. Схватив пустой пузырек из-под лекарств, он смял его в тонкий блин. - Что, влюбилась в какого-нибудь идио... Он снова не договорил, растерянно взирая на зажатые в неподвижной уже руке рисунки. Где, несомненно, был изображен он сам. Разглядывая собственные изображения, глядевшие на него презрительно-ледяными глазами, Падший пытался понять, что происходит. Неожиданно веки девушки задрожали, и она с трудом открыла глаза. Посмотрев в сторону ничего не понимающего демона, она слабо, но светло ему улыбнулась. - Я так рада... что это ты... Падший присел возле ее кровати, хмуря брови: - Ты меня видишь? Это плохо. - Это прекрасно — иметь воз... можность снова... увидеть тебя... - ее рука потянулась в его направлении, но обессиленно упала обратно на постель. - Что ты такое говоришь?! Ты хоть знаешь, кто я? Что я? О чем ты думала вообще, вытворяя такое?! - Я искала... ты ведь... Азраэль, да? - она снова тепло улыбнулась, произнося его имя. Падший молчал. - Я не знала... как еще я могу увидеть... тебя... снова... Прости... я снова... небрежно отнеслась... к твоему подарку... Что это? Что происходит? Почему она так смотрит на него? Почему говорит все это? Почему что-то внутри него откликается на эти странные слова? Неужели это... и есть... Все эти годы, что он, казалось бы, успешно гнал от себя ее образ. Все эти годы... неужели она... Она была так счастлива снова увидеть его. Пусть и на смертном одре. Пусть дальше — лишь пустота и забвение. Ради этих нескольких минут она готова была пожертвовать всем. Пусть даже для этого ей пришлось нарушить данное ему же обещание. Она так живо помнила, как очнулась пять лет назад в больничной палате. И как на вопрос, как она здесь оказалась, медсестра начала охать и ахать, в деталях описывая длинноволосого красавца с льдисто-серо-голубыми глазами, что принес ее сюда на руках. Она честно пыталась держать данное ему слово и радоваться жизни, как и раньше, лишь бережнее к ней относясь. Она бы и сама не сказала, когда точно это началось — навязчивые мысли о нем, бессонные ночи... Ведь даже замуж чуть не вышла, чтобы забыть тот пристальный холодный взгляд, но, оказавшись у алтаря, сбежала... И что бы ни делала — тот взгляд не шел у нее из головы. Она звала его. Пыталась вызвать, даже к экстрасенсу ходила — конечно же, безрезультатно. И вот... решилась на последнюю меру. Не потому, что знала, что ее снова вытащат, нет. Она действительно готова была умереть ради этого. Ведь ради чего еще умирать, как не ради любви. - Ты глупая, бестолковая женщина, - только и смог выдавить из себя Азраэль. - Да... умная бы не влюбилась... в саму Смерть... Она снова ласково улыбнулась, на одну улыбку, казалось, потратив последние силы. - Ненормальная, - прошептал Падший, протянув руку и сжав ее тонкую холодную ладонь. - Извини, - так же шепотом проговорила рыжая. - За что на этот раз? - устало и в то же время как-то благодушно спросил демон. - За то, что доставляю хлопоты... и отрываю от дел... - Да уж, проблемная ты смертная. И теперь, когда я истрачу на тебя последнюю отпущенную мне в этом мире возможность вернуть кого-то к жизни, придется ни на шаг от тебя не отходить. - Ее глаза радостно распахнулись, и в их уголках показались слезы. - Чего ты ревешь? Будто умер кто. Ах, да, прости, сейчас... - Я не вижу! Не вижу тебя! - в панике вскрикнула рыжая, оборачиваясь по сторонам. - Тут я, тут, - проворчал Падший, принимая воплощенную форму, видимую для человеческих глаз. Девушка бросилась ему на шею, крепко прижимая его к себе, будто боясь, что он собирается убежать. - Азраэль... - выдохнула она. - Так нечестно. Я ведь даже имени твоего не знаю. - Арианна.