Новое Пламя

      Кем я был до смерти? Не знаю, а точнее не помню. Мое имя? Тоже забыто. Осталась лишь цель и воспоминания, много воспоминаний. Я очнулся в сырой могиле и услышал зов, что манил меня как костер усталого путника. Тогда я был одет как какой-то нищий и у меня не было оружия. Помню как выломал себе дубину и щит из стенки и спинки гроба, а потом погиб от рук полого с ножом. Первую смерть я забыл, а вторая стала откровением. Когда кинжал пронзил мою плоть я не почувствовал ничего, кроме страха. Я тупо смотрел на клинок, торчащий из моей груди и лишь спустя секунду мою плоть как молнией поразило. Резкая и яркая вспышка боли, а затем пинок в спину от полого, кто оборвал мою короткую жизнь после смерти и спустя секунду я уже снова у своей могилы, хватаю ртом воздух и пытаюсь придти в себя. Позднее я понял, что сколько я не умру, я все равно окажусь у могилы, так что я решил искать путь вперед. Я помню, как дрожали мои руки, когда я до смерти забил первого полого на своем пути и как я почувствовал души, влившиеся в меня. И каждый новый убитый давал мне новые души, которые дарили мне тепло, они разгоняли кровь в моем теле и давали мне вздохнуть полной грудью. Потом был первый костер. Я лишь поднес руку к витому клинку и он разгорелся пламенем, чьи отблески так манили меня. Я не знаю, сколько просидел перед ним, перед тем, как отравится вперед, но этот костер дал мне надежду, надежду, которую потом втоптали в грязь.       Мой путь был полон смертей, как моих, так и чужих, я шел по пустым землям от костра до костра, искал хоть одну живую душу, но не нашел. Везде было пусто, лишь полые, проклятые и неупокоенные. Лишь их души и две фляги: серая и зеленная, которые наполнялись теплом горящего костра и прохладой остывшего пепла - помогали мне стоять на ногах в этой дороге. Я сделал себе латы из обломков, которые иногда оставались на месте смерти моих врагов, моим оружием успели побывать самые разные вещи: от мечей и кинжалов, до топоров и пиромантии, которой я научился благодаря древним фолиантам. За многие годы моих странствий я научился владеть любым видом оружия, но моим излюбленным стилем стал тяжелый клинок, который я нашел в старом храме в глубинах этого проклятого мира. Помимо душ простых существ я находил души существ куда более опасных чем полые и проклятые. Я назвал их великими и первым из них оказался гигант в тяжелых латах, который стоял на арене, проткнутый витым мечем. Бой с ним был сложен, особенно, когда его тело охватывала темная субстанция, но я одолел его и он рассыпался в прах, оставляя после себя костер и яркий сгусток душ. После второго подобного существа, оставившего после себя костер и сгусток душ я начал искать ответ. Я экспериментировал и в итоге сам научился делать костры и связывать их. Я Оставлял их на всем своем пути в надежде, что они помогут тем, кто будет после меня и как оказалось не зря. После того, как я одолел Братьев Принцев я оказался в новом месте - пепельная арена. Я был почти мертв и фляги пустовали и из моего сердца исчезла всякая надежда, я слышал смех на грани сознания и меня поглотила ярость. Я не собирался умереть. У меня был последний кусок Витого клинка и я решил рискнуть. Я пронзил свое сердце и влил все мои души в него. Топливом стали мои собственные кости, катализатором стало мое сердце, что тут же обуглилось и стало тлеть, а обломок превратился в настоящий клинок и связал все это.       Это была моя последняя настоящая смерть. После нее я снова и снова находил себя у МОЕГО костра, когда на меня нападали такие же пленники как я. Я не понимал, чего они хотят и почему атакуют. Я видел их вновь и вновь, иногда даже те, кто побеждал меня возвращались снова и снова. Я не знаю сколько времени прошло, но все это время я думал и слушал. И в треске костра я услышал смех. Тогда я понял, что это за место. Это была кормушка. Большая кормушка для всех богов, которые пожирали веру пленников этого места. Каждый из мертвецов верил во что-то и каждого что-то питало. Кто-то жил надеждой, кто-то жил страхом, кто-то алчностью, кто-то любопытством, но каждый из моих врагов шел, чтоб сразить меня и добраться до неизвестной награды. Я же был первым из пленников, на ком это проверяли и кто в итоге и стал лживой целью этих богов. Тогда я перестал пытаться остановить Заблудших. Я призвал к себе все мое пламя и стал драться с ними с холодным расчетом. Я оттягивал их судьбу, хотел чтоб они решили найти новый путь из этой петли. И я сражался, падал и снова вставал. Потом я стал видеть их глазами. Это случилось тогда, когда в этом мире появились боги, а точнее их аватары. Они украсили этот мир, раскидав везде мои тела и в многих они оставили мое обугленное сердце, которое питало Заблудших теплом моего костра.       Боги украсили и систематизировали этот мир, дали Заблудшим цель и направляли их в нужное им русло, играли их эмоциями, судьбами и жизнями. Я лишь мог следить за ними и копить силы и когда я набрал достаточно силы я решил порвать этот цикл. Когда меня умертвил очередной пленник этого мира, я удержал себя в реальности и остановил Заблудшего в золотой броне, который хотел зажечь костер. Он обернулся непонимая, а я лишь отшвырнул его в груду клинков и вырвал из костра Витой Меч, а затем взмахом меча я разметал свой пепел и кости, нарушив структуру и вернув себе свою суть. Раньше я не мог этого сделать, ибо был больше духом, а не Пепельным. Теперь же мои кости и пепел снова наполнил меня и уголь вместо сердца наполнил материальное тело теплом. Дело было за малым - разрушить связь между собой и этим миром. Я был душой, что связала костры и моя кровь скрепила эту реальность. Я поднял меч и воззвал к пламени, что когда-то сам зажег. Все костры отдали мне свой жар и исчезли в вспышке истинного пламени. Весь этот жар наполнил мое сердце, превратив меня в бомбу и бомба тут же взорвалась, поглотив этот ужасный мир и сломав клетку в которой жили миллионы Заблудших, подарив этим душам покой.