Страх Грядущего

      - Ну еб твою ма-а-а-а-а-ать.... - Именно этим криком сопровождалась фантасмагоричная картина полета астроинженера Айзека мать его Кларка, решившего взять очередную безумную планку в управляемых полетах.        Как и прежде до этого, динамичный и стремительный старт с места в карьер смазался в его сознании, отмечаясь короткой яркой полосой, а натренированное годами сознание, закаленное тренировками в условиях вакуума привычно отметило переход работы костюма на форсированный режим.        Он должен был успеть. Не мог не успеть проскочить между гермодверьми, вместе с напарником. Он слишком хотел жить, и пережил слишком много всего, что бы так бесславно подохнуть в этих катакомбах вместе с Альтманом.       Инженер даже думать не хотел, что сейчас может испытывать его раненный коллега по несчастью, на которого помимо ран и проблем с головой свалились ещё и дикие перегрузки, от вставшей на дыбы гравитации. Но иных вариантов стремительно свалить с этого катящегося в ад предприятия не было.       Все естество Айзека сейчас сосредоточилось на управлении полетом, и мысленной корректировки пути, ибо ангар и подземная станция в одном флаконе, которую он стремительно пересекал на своем реактивном костюме, представляя собой тот ещё лабиринт с нагромождением контейнеров, канистр и каких-то материалов.       "Внимание, зафиксирована опасность столкновения, провожу маневр уклонения" - перед лицом Кларка всплыло небольшое мигающее красным цветом окошко, с отходящей в сторону стрелкой и стремительно сокращающимися цифрами.        Не успел инженер даже обдумать, эту информацию, как через несколько секунд, его костюм слегка довернул корпус, а магнитные захваты на руках плотнее прижали Альтмана, после чего ракетные ботинки сменили режим работы, и полыхнув дюзами, оттормозились слегка правее, избегая столкновения с огромным синим маркированным контейнером.        - Это ещё что за.... - только и успел пробормотать инженер и тут же получил ответ на свой вопрос. В дальнем углу подземной станции, неотвратимо, стремительно и беспощадно, поднималось нечто.       Бугрящееся жгутами, бордово-красное, тошнотное и отвратительное в своем величии, спаянное из множества маленьких жгутиков, к потолку устремлялось гигантское щупальце, на конце которого стремительно, наливаясь гнилостной желтизной раскрывался бутон нервного окончания. Огромный конгломерат мертвой ткани переплетался в хаотичном танце, между собой, формируя ещё три похожих щупальца, правее и левее от основного.       Везде где проносился взгляд инженера, его костюм беспристрастно фиксировал, жгуты этой дряни, что проламывали прочный бетонный колпак подземных этажей, и с мерзким крошащимся звуком, выламывали пол и стены. Вся эта картина отвратительная в своем великолепии, но такая притягательная, образовывала своеобразную расходящуюся паутинку красноватых как рубцы жгутов, покрытых бетонной крошкой, и стремительно захватывающей, каждый свободный метр пространства подземной станции. Именно эта хрень запустила в него контейнером.        - Да вы шутите? - С каждой секундой в огромном помещении становилось все больше и больше этих отростков, а свободного места все меньше. И что хуже всего, эта тварь методично загоняла его в ловушку, прорастая как сорняк прямо на пути его полета. Быстрее, чем он двигался... Насколько же жирная должна быть эта тварь?       За те доли секунды, пока Айзек отвлекся на маневры, и обдумывание ситуации, впереди вылезло сразу три щупальца, но каких-то подозрительно больших. Стрелять инженер не мог, ибо его груз висящий у него на руках и отзывающийся на имя Альтман, просто не позволил бы ему это сделать, а бросать товарища, которого ты сам же и вытаскивал все это время прямо перед выходом? Это было не в принципах Кларка.       Рискнуть или нет?       Кларк решил проскочить аккурат между двумя из трех щупалец, и слегка поддав мощности на ботинки, свечкой рванул вперед и вверх, под самый потолок. Более выгодная позиция у самой поверхности бетонного перекрытия, позволила ему обеспечить себе место для маневрирования. Благо тварь пока не додумалась прорастать сквозь стены сразу же в потолок, и занимала только покрытие пола станции. Этим стоило воспользоваться.       Кларк скорректировал свой полет, и устремился по дуге к щупальцам. Это была самая короткая дорога к тоннелю на свободу. Однако когда он подлетел и почти протиснулся между ними, гнилостные отростки лопнули обдав его костюм вязкой черной жидкостью, а в правую ногу что-то вцепилось, и инженера вместе с дополнительным балластом завернуло волчком бросив в штопор.       В ту же секунду система выдала предупреждение, что герметизация костюма в районе правого голенища слегка нарушена. Короткий взгляд вниз и перед глазами инженера чуть не пронеслась вся его жизнь. За его ракетные ботинки цеплялось мелкое отродье с тремя присосками, и скреблось ими об тепловое защитное покрытие. И если ничего не предпринять, то через пару секунд оно вцепится в него или в Альтмана.        - А-а-а-а-а-а блядь! - Он не придумал ничего умнее, чем просто довернуть ногу, и включить движки на полную. Конечно стоило бы поступить по другому, например отстрелить одно из защитных креплений на ноге, которое это нечто пыталось прокусить, но тогда она рухнула бы сразу ему на лицо, ибо сейчас они втроем стремительно неслись вниз к земле. Поэтому второй вариант оказался предпочтительнее, и мелкое отродье тут же превратилось в вареный гарнир, дурно пахнущий непереваренными останками, и тут же отвалилось куда-то в сторону.        - Только бы не упасть, только бы не... Блять! - с глухим ударом, инженер вместе с Альтманом вписались в штабель с какими-то баллонами. Им осталось лететь каких-то пятьдесят метров, до платформы с воротами, и ещё им повезло, что они упали на эти баллоны, вне пределов разрастающейся как плесень некроткани. Минуту другую, инженер себе выиграл, пусть и дорогой ценой.       "Зафиксировано внутреннее повреждение левого ребра. Ввожу раствор. Внимание оператор, ИКС сообщает, в баках костюма осталось критически мало раствора для внутренних инъекций. Внешних ампул медигеля не обнаружено. Рекомендуется пополнить запас в ближайшей точке самообслуживания СЭС."        - А-эых! - Вводи остатки Альтману.       "Внимание"        - Я сказал мне плевать! Вводи!       Мерцающий индикатор предупреждения последний раз пискнул, сообщая что запасы исчерпаны и погас. Одновременно с этим Айзек положил ладонь на грудь Альтману и с его пальцев стремительно сорвалась тонкая игла, впившаяся в кожу, и подавая зеленоватый живительный раствор лекарства и походной аптеки. Настоящая медицина будущего. Почти панацея.       Пока костюм проводил манипуляцию с лекарством, Айзек бросил быстрый взгляд по сторонам и нахмурился. Что-то царапнуло его взор как инженера. Баллоны... Да баллоны как баллоны, только вот что это к ним крепится сбоку?       Такое мигающее зловещим красным цветом. Детонатор?        - Ах вы ж... Мелкие ублюдки... Одобряю, конечно, но если выберусь кому-то точно морду набью....       Это внезапное открытие, с минированием склада, было конечно шокирующей, но довольно приятной новостью. Значит не только они одни додумались, до ликвидации комплекса. Хотя то, что они не решились их ждать, он им ещё припомнит, когда выберется.       Ведь Айзек всегда выбирается.        - Ну Друже. Поотдыхали и хватит. - с этими словами Айзек снова взвалил на себя бессознательного Альтмана и включив двигатели, рванул напрямик к выходу. Оставшиеся пятьдесят метров, он проскочил за минуту, и только обиженный рев огромного левиафана, наблюдавшего за уходящей дичью единственным отращенным глазом, был сладкой музыкой для Айзека.       Уже проносясь мимо дверей, Айзек использовал кинезис-модуль и заблокировал рубку управления дверью, тем самым запуская механизм закрытия дверей за собой. Не бог весть какая защита и преграда, но время выиграет.       А ему теперь оставалось только нагнать поезд, залезть в него, перевести дух, и сдать ученого с рук на руки компетентным специалистам.

***

      - Эй там в кабине! Свет на заднюю дайте!       - Ну давайте, давайте парни... Вы же сможете я знаю...       Поезд пофыркивая двигателями, размеренно двигался к поверхности, под молебны немногочисленного экипажа.       - Ну что есть подвижки или?       - Или... Никого...        - Ну значит не судьба... Тебе не могло показаться?        - Да быть того не может, это просто исключено, я их своими глазами видела.        - Прошу прощения, что отвлекаю, но это надо видеть своими глазами шэф... - тихую перепалку Адерли и Джека нарушил один из выживших солдат.        - Что там у вас стряслось?        - Машинист говорит, что приемники в носовой части, улавливают мощный направленный сигнал на поверхности. И там что-то ещё. Канал забит помехами, словно его глушат.        - Ну пойдем посмотрим, что у вас там происходит. Ты со мной? - Хайвер посмотрел на Адерли.        - Я пожалуй ещё подожду немного.        - На мой взгляд это бесполезная затея, но если тебе очень хочется, то ладно. - Джек бросил прощальный взгляд в окно и замер.        - А может и не показалось.        - Что?       Вдали позади поезда у самой кромки тьмы, мерно вспыхнул и тут же погас огонек.        - Машинное, меньше ходу. У нас гости.        - Не понял вас?        - Замедли ход, у нас на хвосте гости.        - Вы уверены?        - Да.        - Принято, сейчас немного тряхнет.       По монорельсу прокатилась легкая дрожь, заставив выживших схватиться за поручни, а Кройсена тревожно заворочаться на сидушках, где его заботливо уложили. Тем временем бирюзовый огонек стремительно нагонял снизивший ход поезд, с каждой секундой обретая все более узнаваемые очертания технологического костюма, с горбом на спине.        - Вот же везучие сукины дети. - пробормотал Джек, когда в открытые двери ввалился грузный Айзек, а рядом с ним распластался беспамятный Альтман. Последним сразу же занялась Адерли, как только увидела страшную рваную рану на руке.        - Я чертовски рад, что вы выбрались...        - А я-то как рад. Так рад, что сейчас пойду по вагонам бить морды всем, кто твердо стоит на своих двоих. Вот только отдышусь и сразу же за дело.        - Ну ты это не торопись ладно? Сам понимаешь что у нас не было выбора...        - Выбора? Не дождавшись нас просто свалить? Ну вы и ублюдки. Впрочем, ладно.        - Ты бы поступил точно так же, не правда ли?        - И только это и то, что ты сейчас поделишься со мной сигаретами, отодвигает тебя от немедленного мордобоя.       Где-то в глубине души Джек был, рад, что мордобой отменяется. Он прекрасно осознавал, что легко отделался от этого беспринципного инженера, одной лишь сигаретой, которую Айзек сейчас с видимом удовольствием смолил, прикрыв глаза.        - Кларк?        - М?        - Ты же инженер да?        - Ну допустим и? - Ему откровенно было лень двигаться, и поднимать что-то тяжелее своего пальца.        - Там машинист сигнал поймал, который глушился внизу. Может ты мог бы..        - Ба-ля-я-ять... - Именно с этими словами Айзек затушил окурок и подняв заебанный взгляд на Хайвера, показал рукой вперед. - Ну пошли смотреть, что вы там такое поймали...

***

       - Ну что скажешь?        - Что я могу тебе сказать да так, что бы без мата? - Усталый взгляд бирюзово-зеленых глаз уперся в Джека.        - Армейская глушилка, навороченная, но все равно примитив, примитивом. Для меня три минуты работы. - Пара мысленных команд, и костюм инженера приступил к декодированию и дешифровке сигнала.        - Ага... Угу... Ого?        - Что там?        - У вас наружка своя или ЧОП?        - Фифти-фифти...        - Это как?        - На паре мест, мои и Кройсена люди, непосредственно на входе в объект, а внешка Чоповцы, и пришлые. А в чем собственно дело?        - Тут три сигнала. Один очень мощный, а два других слабенькие и теряются в фоновом шуме.        - И?        - Тот что помощнее, стандартный информационный шум большого города, правда какой-то слишком направленный. А два других мне малознакомы. - С этими словами инженер проиграл на встроенных динамиках сигналы.        - Узнаешь?        - Один да, это мои ребята, а второй я не знаю...        - Проблема в том, что второй сигнал очень похож, на радиомаяки сектантов.        - В смысле сектантов?        - Оговорился, прости. Не сектантов, а одной очень интересной организации, которая в свое время выпила немало моей крови.        - Но как такое возможно?        - Их коды не менялись со времен войны колоний.        - Войны колоний?        - Ах да вечно забываю, что сейчас не двадцать шестой век идет. В общем если в кратце, то сейчас у нас какой год?        - Эм... 20 марта 2215.        - Так вот, о чем я? Ах да восстание колоний. Видишь ли Джек истощение ресурсов на Земле, как раз примерно в это же время, произошедшее, или происходящее прямо сейчас? - Инженер на секунду задумался. - В общем истощение природных ресурсов привело к тому, что на старушке Земле разразилась огромная бойня, всех против всех. Где-то же в это время после смерти Альтмана подняла голову гидра Юнитологии, как новой мировой религии, а изучение обелисков мировое правительство, в будущем взявшее себе название Суверенные колонии, поставило на поток и громко заявило, о том, что оные обелиски это огромный эльдорадо.        - Но как связаны обелиски, суверенные колонии и юнитология?        - Суть в том, что Юнитология обожествляет обелиски, и запрещает их использование в любом другом ключе кроме как в религиозном. А Суверенные колонии, или текущее мировое правительство в данный конкретный момент, считает их дармовым источником энергетических ресурсов. Совсем скоро жители этого булыжника, под названием Земля, начнут брожение, так как ресурсов на всех не хватит, и земляне захотят сформировать новое правительство, радеющее за благополучие Земли и Солнечной системы. Естественно это не понравится текущему правительству, которое планомерно и по частям расселяет людей по колониям. На колонизацию новых планет без Шокового двигателя Хидеки Ишимуры... Что?        - Ты сказал Хидеки Ишимура?        - Ну да, а что?        - Японец, невысокого роста, дерганный такой да?        - Ты его знаешь?        - Его недавно отправили в Вашингтон, в сопровождении людей Маркова.        - О как, значит живая легенда ещё жива. Надо будет познакомится.        - Ты не договорил...        - Ах да прости. Так вот Без шокового двигателя колонизация других планет очень дорогое удовольствие, высасывающее последние ресурсы Земли. Вся эта политика расселения, вызвала всплеск сепаратизма, и привела к глобальной войне между сторонниками колоний и сторонниками единого правительства Земли, с победой последних. Война эта длилась сто с лишним лет. И закончилась глобальным распилом остатков флота Суверенных колоний.        - Ну а Юнитологи тут при чем?        - Они стали третьей неофициальной стороной конфликта. Пока два мастодонта Суверенные колонии и Земное правительство воевали между собой, Юнитология набирала популярность и к пятисотому году, от этих фанатиков, надрачивающих на обелиски, стало не протолкнуться. Этому потворствовали обе стороны. Колонии, неофициально изучали обелиски на отдаленных планетах, а земное правительство никак не реагировало, на плодящийся культ. В итоге новые вспышки эпидемий некроморфов, экспедиция к Тау Волантис, крах колоний, и переоткрытие обелисков как источника энергии. А потом...        - Что потом?        - Потом произошел пиздец. Земное правительство наклепало огромное количество обелисков, девяносто процентов людей обратилось в веру Юнитологов, а когда обелиски начали фонить вне закрытых корпусов, на всех планетах где были обелиски произошли восстания культа. Начался новый виток войны на уничтожение. Я в этот момент уже давно отбыл на Тау Волантис, а когда вернулся, на орбите Земли... Висели они... Братские луны. Мерзкое порождение обелисков, огромная биомасса размером с Земную Луну, которая стремилась поглотить все живое на Земле.        - Твое будущее какое-то очень уж мрачное ты не находишь?        - О это я ещё без красок тебе все рассказываю. И почему оно только мое? Оно наше. Наше блять родное. Человеческое будущее. В общем один из трех сигналов очень похож, если не является прообразом, сигнала юнитологов. И возможно там наверху. Нас уже ждут не дождутся. А я как на зло пуст, устал, и заебался в край, что бы воевать с кем-то уровня сектантов. И хоть я всегда рад пустить пулю в голову очередному дегенерату, но все же и мне иногда нужно отдохнуть... Так что давай ты сейчас тихонько метнешься к своим ребятам, и вы их по приезду встретите всеми стволами. А я пока покемарю. К слову, сколько нам ещё ехать к поверхности?        - Где-то час времени.        - А таймеры стоят на сколько?        - Два с половиной часа.        - Добро.       С этими словами инженер сполз по стеночке и прижав колени к подбородку закрыл глаза. Айзеку Кларку спустя долгие годы, не снилось ничего, кроме кромешной тьмы.