Однажды кое-кому не хватило кровати...

-Слушать сюда, сосунки, — раздался крик на весь кадетский корпус, — вы отправляетесь на очередной испытание, и только попробуйте налажать! Кадеты, ужиная, подняли глаза на инструктора Кита, искренне не понимая о каком испытании речь, если за окном уже садится солнце. -Само оно начнется завтра, по утру, но выдвигаемая на базу мы уже сегодня, — стал пояснять Кит, — кстати, кому-то может не хватить кровати, так что на вашем месте я бы поторопился. -«Отличная» новость к ужину, — промямлила Саша, так чтобы инструктор ее не услышал, а то, не дай Бог, еще еду отберёт. Ворча и проклиная день рождения Кита, ребята двинулись на базу, в надежде не стать тем счастливчиком без кровати. -Ого, смотрите какая белочка!!! — с восторгом в голосе сказал Эрен, любуясь шубкой маленького зверька, гордо восседающего на ветке. -И правда, милая, но не стоит отвлекаться на нее, уже скоро стемнеет, — буркнула Микаса. И вот база впереди. Небольшой домик, освещенный единственным настенным фонарем, выглядел очень уютно и напоминал Аккерман о беззаботном детстве, о временах, когда все было мирно и хорошо. Невольно улыбнувшись, Микаса плюхнулась на кровать и погрузилась в приятные воспоминания, но пару слов мгновенно вернули ее в реальность. -Кажется, я знаю какая лошара отсалась без кровати, — Жан, который уже успел занять себе ложе, еле сдерживал смех, — и имя этой лошары -Эрен Йегер. Микаса быстро огляделась и поняла, что свободных кроватей в комнате больше нет, как и самого Йерега. -Йо, народ. Я так и не смог поймать ту белку, а я же просто хотел угостить ее горохом, который остался с ужина, какая жалость, — с грустью в голосе, сказал Эрен, ещё не понимая, что жалеть надо далеко не об упущенном грызуне. — Ну что, везучий ты наш, где спать будешь? — с ухмылкой говорил Жан, смотря на осознающего ситуацию Эрена, который уже начал краснеть от злости. Микаса уже была готова уступить Эрену, и спать хоть на крыше этого дома, лишь бы ему было комфортно, как вдруг в голову закралась куда более хорошая идея… — Он будет спать со мной! — уверенно сказала азиатка. На ее лице еле заметно выступал румянец, но она была невероятно горда своей идеей, -в конце концов, мы семья, нам не привыкать. Спорить с Микасой никто не стал, да ни кто и не собирался, разве что у Жана немного дёрнулся глаз. Эрен облегчённо вздохнул, проблема с местом для сна была решена. Сон с Микасой его ничуть не напрягал, все же в детстве часто случалось, что им приходилось спать в одной кровати. Все начиналось очень хорошо, Эрен, укутанный в одеялко, погрузился в царство Морфея и пробыл там пару быстротечных часов, пока его тело не обхватили руки и нога Микасы. Обеими руками и одной ногой, та крепко прижимала его к себе, смотря при этом десятый сон. Не то чтобы Эрен был против, все бы ничего, ещё можно было бы потерпеть, если бы эта хватка не была такой крепкой и не давила ему на кости. Понимая, что спать с Микасой была не самая лучшая идея, Эрен начал придумывать пути побега из этой кровати. Его взгляд упал на, поблескивающее от света луны, пёрышко, торчащее из подушки. Брюнет осторожно взял его в руки и провел им Микасе по лицу. Та ослабила хватку и убрала одну руку, чтобы почесать нос, этого было достаточно для побега. Эрен, дернувшись, свалился на пол и с опаской глянул на Аккерман, но она не проснулась, и слава богу. Эрен принял решение лечь к Армину, который спал на верхнем ярусе той же кровати. Осторожно, чтобы никого не разбудить, он лег рядом и накрылся небольшим краем одеяла, во все остальное закутался Арлерт. Эрен прикрыл глаза, и тут же получил пинок по пояснице, не сильный, но довольно не приятный, затем ещё один и ещё. Зеленоглазый покосился на своего друга детства, не понимая, что это ещё за выкрутасы, как вдруг заметил рядом с ним небольшой журнал в блестящей обложке, «Футбол- лучшее, что придумало человечество» — красовалось на ней. Все сразу встало на свои места. «Начитался журналов и воображает из себя великого футболиста. » — подумалось Эрену. Он поскорее спустился на пол, пока Армин его туда не скинул и огляделся в поисках нового места для сна. Его взгляд упал на сопящего Райнера. К Брауну Эрен относился как к старшему брату, поэтому он без колебаний устремился к нему. Удалось задремать лишь на двадцать минут, а потом начался очередной цирк. Райнер ударил Эрена в челюсть со словами: «Настоящий солдат должен уметь драться, не переживай, я научу тебя.»-затем последовал очередной удар. Думая, что худшее уже позади, Йегер начал тихонько скатываться на пол, вытирая кровь из разбитой губы, как вдруг Браун притянул его к себе и поцеловал в щеку: «Криста, выходи за меня!» — просопел он. Да что за люди, один во сне выйграл чемпионат мира, другой учит кого-то драться и тут же делает Кристе предложение. Эрен вздохнул и пошел к Конни в надежде, что тот точно не подведёт. Парень лежал около полу часа, нервно поглядывая на Спрингера, в ожидании очередного сюрприза. Но Конни не пытался обнять его, ни пинался, ни бил и ни целовал, иногда даже казалось, что и вовсе не дышал. Эрену даже показалось, что вот он идеальный человек, но вдруг он почувствовал неприятный запах, очень неприятный. Покосившись на Конни, Йегер вспомнил, кто на ужине съел больше всех гороха, да ещё и сходил за добавкой. Глаза начали слезиться, то ли от этого ядреного запаха, то ли от разочарования и Эрен начал выбирать нового соседа для сна. Эрену совсем не хотелось ложиться с девушками, так с утра его поколотят, обзовут извращенцем, неделю не будут разговаривать, так ещё и от Микасы прилетит вообще всем без разбора, но выбора не было. Из парней остались только Жан и Бертольд, с которыми Эрену меньше всего на свете хотелось спать, по понятным причинам. Уж лучше прослыть извращенцем, чем спать с лошадиной мордой и с парнем, сбежавшим прямо из балета «Лебединое озеро». Эрен направился к Саше. Лежа рядом с ней, Эрен почувствовал слабый запах картошки, видимо Браус припрятала одну под подушку, чтобы съесть втихую ночью. Эрен закрыл глаза, вдыхая удивительно умиротворяющий запах картошки и вдруг почувствовал язык на своей щеке. Саша осторожно лизнула его, в щеку, было одновременно смешно и противно. И пока Эрен боролся с этой противоречивостью дувушка укусила его за ухо, шепча что-то невнятное о твердости картошки в этом году. — Куда я попал? — простонал парень и побрел к Имир молясь всем богам, каких только знает. — Никогда мужика не будет в моей кровати, — сказала Имир, глаза ее были абсолютно точно закрыты, она явно спала и говорила это на уровне подсознания, — и в кровати Кристы тоже! Даже не думай! Убью! Эрен побледнел и отошёл от Имир как можно дальше и посмотрел на Энни. «Это добром не кончится. С утра мне одними извинениями точно не отделаться. А что если они с Микасой опять подерутся? Ну уж нет…или…эх, была ни была.» — Эрен нервно сглотнул, ложась рядом с светловолосой девушкой. Энни спала спокойно, почти так же умиротворенно, как и Конни. Она не ворочалась и не говорила во сне, ее дыхание было спокойным и ровным. Идеально. Эрен был полностью убежден, что от Энни сюрпризов точно не последует и он был прав, сюрприз последовал не от нее, а от Бертольда, который спал на верхнем ярусе той же кровати. Недоделанная балерина, свесил свою длинную ногу и, болтая ей в воздухе, ударил Леонхарт по руке, от чего та проснулась. Энни уже представила как Бертольда уносят на носилках с вывихом ноги, как вдруг увидела Эрена в своей кровати. — Я тебе все объясню, только не бей! — слёзно умолял парень. — Я бы сломала тебе хребет, если бы не ночь и усталось, поэтому я советую тебе немедленно уйти и не попадаться мне с утра на глаза.- прошипела Энни. Эрен мгновенно ушел. Дважды давать советы девушке не пришлось и та, отвернувшись к стене и шелкнув Фубара по ноге, продолжила прерванный сон. Эрен не знал, что делать, из всех возможных вариантов оставались те же Жан и Бертольд. — Уж лучше балерина, чем чертов конь, — сказал тот сам себе и полез к Бертольду наверх. До восхода солнца оставались считанные минуты. Эрен уже не надеялся уснуть, он хотел хотя бы просто полежать. Парень посмотрел на Бертольда, дабы оценить его очередную позу для сна. Тот прогнулся в пояснице, одна его нога свисала с кровати (именно ей он и ушатал Энни), другая была закреплена между кроватью и бортом (борта чтобы не упасть с верхнего яруса), руки были выгнуты как на мостик. -Мда-а-а, ну, зато будет солнечно! И тут Эрену в голову пришла заманчивая идея повторить эту позу. Ну, раз Фубар может, чем он то хуже. Эта идея казалась ему просто идеальной, пока его нога не застряла между кроватью и тем самым бортом… Жан всегда встаёт раньше всех, он-ранняя пташка. Ему очень нравится смотреть на восходящее солнце, на то как его лучики окутывают травинки, а тьма уходит, словно ее и не было во все. Весеннее солнце ещё не было особо тёплым, но и от снега почти не осталось следа. Умиротворенность пейзажа за окном успокаивала Жана, невольно он думал о Марко, который вместе с Миной, Томасом и другими оставшимися ребятами, отправился на другое испытание, думал о семье, маме, о друзьях, что сейчас рядом с ним, хоть Жан и пытался корчить из себя чёрствого парня, это было совсем не так. Улыбнувшись солнышку за окном, Жан посмотрел на ребят из своего отряда, которыми, не смотря ни на что, очень дорожил. Вот Микаса спит, обняв подушку, Саша сосёт палец своей руки, Райнер улыбается во сне, Бертольд выделывается очередными невероятными позами и Эрен вместе с ним… стоп…что? -Эрен, какого…? — только и смог выдавить Жан, видя то как Йегер извернулся на кровати. Он не понимал, что удивляет его больше, тот факт, что Эрен лежит в одной кровати с Бертольдом или же то, что он находится в позе, которой бы даже Фубар позавидовал. -Жан, я застрял, помо…- договорить Эрен не успел, так как все же смог вытащить ногу и с грохотом полетел на пол, разбудив весь отряд. -ЭРЕН! -от неожиданности Бертольд даже закричал, не понимая, почему этот парень валяется под его кроватью. -Эрен…почему ты там? — Микаса была крайне удивлена, ведь прекрасно помнила, что заснула с ним. (ещё бы она забыла) -Идиот, что за цирк ты тут устроил? — спросил Жан, глядя на тушку, лежавшую на полу -Оох, устраиваю цирк тут далеко не я, — промямлил Эрен, потирая ушибленное место, а после просто уткнулся носом в пол, понимая какой тяжёлый день его ждёт.