Счастливое возвращение?

      Я с трудом встал с кровати и, пытаясь игнорировать боль, побрел вниз на кухню в поисках обезболивающего. Я съел одну таблетку, хотя это совсем не помогало. И только спустя еще две штуки боль постепенно отходила на второй план. Это странно, нельзя есть столько таблеток… В зале сидели Мэйбл и Стэн, во что-то шумно играя. Зайдя в комнату, я поймал на себе взгляды всех присутствующих, но это неудивительно, ведь я умудрился споткнуться о дверной проем и шмякнуться лицом вниз. Как-то безэмоционально, да, значит я все-таки съел лишнего… Я перекатился на спину, продолжая говорить сам с собой, глядя в потолок, и констатировать все вокруг происходящее, не обращая внимания на приближающуюся ко мне сестру.Это помогает успокоиться и разложить мысли «по полкам», хотя родители не раз пытались заставить меня идти к психологу. Это что-то типа дневника, только в голове, а не на бумаге. — Хей, Диппер, ты в порядке? Встать можешь? — протягивая руку, сказала Мэйбл, — Дип, на тебе лица нет… Что-то случилось? -А…Да нет, все нормально, я просто еще немного сонный, — вставая произнес я и покорчился от боли в пояснице. Это странно, когда я упал, я совершенно ничего не почувствовал, а это значит, что       обезболивающее работает и даже слишком хорошо, но почему я все еще чувствую это…? Когда мы сели за стол, Мэй сказала, что завтра приедут ее подруги и, она немного помялась, «еще кое-кто». Не позволив мне узнать, о ком шла речь, она вскочила и вприпрыжку удалилась на кухню, приказав мне сидеть и ждать. Через минут пятнадцать из комнаты потянуло приятным запахом блинов, и я не смог не ослушаться и вошел. Немного поворчав, она усадила меня на стул и отдала тарелку, продолжая готовить. — Так, Дип-Доп, поскольку завтра важный день, и меня не будет, сегодня у нас, да именно у НАС, гра-андиозные планы! А на самом деле нет, самые обыкновенные, просто давно хотела так сказать, прости, — усмехнувшись, начинала она, — Сегодня мы весь день проведем вместе! Как на счет активных и настольных игр? Найдем еще нераскрытую тайну Гравити Фолз? Погуляем! Давай, будет весело!       Мне ничего не оставалось, кроме как соглашаться, хотя я был и не против, но эта ноющая боль не давала мне покоя. Надеюсь я забуду о ней, если буду весело проводить время. …       Мы вернулись только под вечер, когда два старших Пайнса играли в карты, мухлюя как можно изощреннее. Мэйбл сказала, чтобы я первый шел в душ, пока она будет придумывать, что поесть. В последнее время она увлеклась готовкой и даже пошла учиться на повара и фут- дизайнера. Зайдя в нашу комнату, я обнаружил, что в ней совсем нет моих вещей, а на кровати лежала ярко упакованная розовая коробка. Приблизившись к ней, я заметил записку:       «Прости, чувак, Мэйбл очень просила меня это сделать. Вся твоя одежда спрятана, а внутри этой коробки подарок, который ты должен надеть. По ее словам, тебе должно понравится, „потому что я сама это сделала!“, в чем я сильно сомневаюсь, ведь ты знаешь ее вкус. Еще она сказала:„Он же чистюля и не сможет не переодеться в чистое после долгого дня.“

—Удачи, Сус.»

Это меня пугало, но, к сожалению, она была права, и я, взяв коробку в руки, пошел в душ.       Выйдя из него, я медленно, будто боясь, что оттуда сразу же что-то выскочит, открыл коробку. Когда она была уже распакована, я ужаснулся, все куда хуже, чем я мог предположить! Внутри красовалась красная футболка с очень странным рисунком, «Сделанным Мэйбл✨✨», о чем гласила бирка. Также там были уже мои трусы, «потому что я не знаю твоего размера»💬 и светло-зеленые шорты в…«глазик»? Боже мой, откуда у нее такая фантазия? Ладно, придется надеть, иначе она обидится. «Мда, выгляжу я нелепо» — «Да, но это весело, надо запомнить», — послышался чужой голос в голове, напомнив о боли, которая вновь появилась. Черт возьми!.. — Диииипер! Иди вниз! — кричал звонкий голос. Я выдохнул и, задержав дыхание от боли, медленно спустился. …       Вот уже ночь. Я должен чем-то занять себя, нельзя спать, нельзя спать! Помню я привозил несколько книг… Надо кофе, много кофе, нельзя спать… ...       Мэйбл проснулась, хорошо, она поверила, что я встал раньше нее, чтобы дочитать. Желудок сходит с ума. Если я буду нормально есть, то захочу спать, спать нельзя… ...       Книги кончаются, детективы и преступники сбегают со страниц, спать нельзя. Сейчас только пять вечера, почему я один? В доме пусто, слишком пусто, дом никогда не был таким пустым и черным…? Кто-то за мной следит, почему на полу капли крови? Я сплю? Я не могу спать, я точно не сплю. Кто-то умер? Я слышу шаги… — Здесь кто-то есть? — Нет, все ушли по делам, здесь только тьма и твои страхи, Сосновое деревце.       Я пытаюсь бежать, но остаюсь на месте, а если остановиться, то возвращаешься назад, опять эта чертова Алиса!       Я должен бежать в кровать, только там мое спасение! Почему я так думаю? Нельзя спать! Такая мягкая кровать, о, это теплое одеяло, только вы меня можете спасти. Нельзя спать.! — Как тебе мои галлюцинации? Мы стали ближе, не думаешь? В твоем, именно в твоем, разуме я сильнее, а ты опять погрузился в сон. Со мной бесполезно бороться, я просто был занят, — послышался металлический голос в кромешной темноте, — как думаешь, может стоить вернуться в ваш мир? Без тебя это невозможно       Этот голос пугал все больше, забираясь вглубь сознания и проедая все на своем пути, оставляя только ужас. В комнате вспыхнул свет, а я так и остался сидеть на полу. — Ты такой напуганный, это весело. Но что же это? Мне показалось или в тебе появилась какая-то уверенность? — с усмешкой произнес Билл, касаясь рукой моего подбородка и поднимая голову.       Внезапно мы переместились на что-то мягкое. Это вовсе не внушало доверия. Боже, как глупо так говорить, но, на редкость, это и в правду успокаивает. Кругом не было ни одного источника света, и я мог различать лишь силуэты. — Начнем? — Билл хотел продолжить говорить, но в моей руке появился нож, кто-то который тут же устремился к его горлу. Я долго думал о том, как он создает предметы. Поскольку мы во сне, здесь можно делать все, что пожелаешь, напитки, мы так делали будучи в разуме Стэна. Пусть Билл и демон, а им свойственно врать и предавать, но он говорил, что будет занят, и я ему поверил. Когда мы проводили время с Мэйбл, я уговорил ее зайти в библиотеку, где и прочитал несколько книг с тематикой снов и управления ими. Я понял, как создать нож, но не больше, ничего сильнее, это моя единственная надежда, стоит попробовать! — Ого, ты меня удивил, — с легкостью поймав мою руку, сказал демон снов, — Знаешь, глупо было пытаться победить меня во сне. Пусть я еще довольно слаб и теперь имею человеческую форму, а пребывание в треугольной требует усилий, не стоит недооценивать меня! — в конце его голос сорвался на крик, а глаза налились кровью, — Понимаешь, это порядком раздражает, думаешь, мне нравится быть человеком, думаешь, это приятно, когда тебя побеждает кучка идиотов? — нож исчез из и переместился в руку Билла. Резкое движение и я ослеп, я чувствую, как кровь стекает по лицу. Потом боль, я слышу, как кто-то кричит. Подождите, это мой голос. Рука Билла сдавливает мое горло, мешая дышать. — Ну что? Ты все еще хочешь сопротивляться? Во сне, и не только, главный я, и ты должен это запомнить.- он отпустил мое горло, и я вновь смог вдохнуть. Воздух стал будто ядовитым, что заставило меня долго кашлять. Я перестал чувствовать боль в глазах, я ничего не вижу. Слышен хруст, это огонь? По звукам горит моя одежда, я не чувствую, мне страшно. Попытка отползти не принесла никаких результатов, кроме сильного удара в живот, из-за которого я будто сложился пополам. —Хм, опять пытается бежать? Ммм, упертый как всегда, — после этих слов опять последовал удар.       Я долго кашлял в попытке…убрать эту боль?.. будто это возможно.Я устал, но я уже сплю, как такое возможно? Слишком быстро меняются чувства: от сомнений и уверенности до паники и смирения. Он уложил меня на спину и за бедра подвинул к себе, заломав и привязав чем-то руки над головой. —Ты стал покорным, неужели я тебя сломал? Так.Очень.Скучно, — акцентируя внимание на каждом слове отдельно, говорил Билл, сильно затягивая, по ощущениям, ремень на последнем слове, произнесенном больше шепотом мне в ухо, — Мне нужны эмоции, я должен видеть ужас, ненависть и страх, а не безразличие, мой дорогой, — также шепотом, будто змея, прошипел демон.       Он навис надо мной: я чувствовал его дыхание. Два пальца снова вошли в меня, что вызвало все ту же боль, как она мне надоела. Я закусил губу и почувствовал металлический вкус крови. Билл, лизнув укушенную губу, властно поцеловал меня. Последовал третий палец и через несколько секунд вышел из меня. —Расслабься или я не смогу войти, а тебе будет только хуже, — раззадорено сказал он, входя резким толчком.       Я вскрикнул и не смог сдержать слез, как бы я не старался скрывать чувства, он был прав, я не могу его не бояться и не ненавидеть. Подняв, он посадил меня сверху, что позволило войти полностью. Он ускорял темп, а я, и без того ничего не видя, погружался в вакуум, который старался изолировать меня ото всех. Ничего не помогает… Я не знаю, сколько времени это длиться, я не знаю сколько я сплю, я еще жив? Можно ли жить, если ты испытываешь такую боль? Последний резкий толчок вернул меня из вакуума, он был самый болезненный, и я укусил Билла за плечо, чувствуя как что-то противное разливается внутри меня. Я опять просыпаюсь, как же я рад, если я вообще могу испытывать эмоции… Почему опять процесс перехода от сна к реальности занимает столько времени? Я вижу, будто со стороны, как он нежно обнимает мое тело, зарываясь рукой в мои волосы и целуя в лоб, словно извиняясь, что это значит? Знает ли он, что я его вижу.? …       Черт, после таких «снов» и жить не хочется… Но что мне остается.? Боли нет, я не ослеп, как же это радует, если я вообще могу испытывать эмоции. Внизу я встречаю сестру, которая, видимо, очень за меня волновалась. От нее я узнал, что «спал» больше 25-ти часов подряд и что разбудить меня было невозможно, на что я сказал лишь:«Все хорошо» и как можно более наигранно-искренне улыбнулся. Я заметил, что она очень хочет о чем-то рассказать, но волнуется и старается убедить себя, что ей это не надо. Как я это понял? Она не в первый раз ведет себя подобным образом.       В итоге Мэйбл сказала, что хочет поехать к Пассифике, по уже известным мне причинам. Мне страшно оставаться одному, хотя какая уже разница? И я уже все решил, так будет даже лучше. Она долго меня благодарила, а я изображал из себя жизнь. Когда Мэй собрала вещи и, обняв меня, уехала на приехавшей за ней машине, я пошел наверх, зайдя перед этим в ванну. Поднявшись в комнату, я запер дверь и подошел к стене и, оперевшись на нее спиной весь в слезах, сполз вниз. Достав из кармана лезвие, я сделал надрез, как ни странно, это успокаивает, помогает забыться. Потом еще и еще с более уверенной и твердой рукой, куда глубже, чем самый первый, перед глазами все поплыло, и я с улыбкой закрыл глаза. … — Черт возьми, сколько хлопот, похоже я его и вправду сломал, мне правда жаль, Диппер. — он взял на руки бессознательное тело и поцеловал его в губы.