Любовь пришла через страх

      Каникулы я провела дома. У матушки не было свободного времени, чтобы свозить меня в путешествие, так что всё время провела за компьютером. Интернет – стал моим другом за эти три долгих месяца. Почти не выходила из дома. Если и бывали дни, когда гуляла, то только по территории дома, за пределы забора не выходила. Не хотелось встречаться с «бывшими» друзьями. Подруга, которую я звала в гости, не смогла приехать, так как её отец попал в страшнейшую аварию и оказался в больнице. Она почти всё лето звонила и плакала в трубку, говоря, что очень сильно боится, если он умрёт. И я понимала её чувства, как никто другой. Эрнест звонила и писала мне постоянно. Честно, порой даже не отвечала на звонки, потому совсем не хотелось с кем-то общаться. Мысли мои постоянно возвращались к тому дню когда я, ворвавшись в кабинет директрисы, назвала её убийцей детей. Может, это даже не она сделала, а я так бесцеремонно обвинила её. Стыдно. Надеюсь, что в новом учебном году она забудет все мои плохие слова и будет снова улыбаться мне, целовать на ночь. Мне бы очень сильно этого хотелось. Сейчас, находясь так далеко от неё, понимаю, насколько сильно полюбила, отдала сердце холодной и бесчувственной женщине. Нет. У неё есть чувства. Тогда она плакала, скрывшись ото всех глаз. Почему я настолько глупа? Надо было тогда утешить, сказать, что всё будет хорошо. А всё, что сделала я, так это обвинила её в таком страшном грехе. Я готова потерять всё, только не её. Испортила отношение ко мне. Ведь если задуматься, вспомнить, то она, как и говорила Тася, выделяла меня. Относилась лучше, чем к другим. Прощала все проступки, просто закрывая на это глаза. Ведь я всё испортила и потом просто обвиняла во всём такую одинокую женщину, как она. Ей некому пожаловаться, излить душу. Никто не заступится за неё, не пожалеет, не будет рядом, когда она плачет и грустит.       Такси уже подъезжало к пансионату, а я никак не могла собраться с мыслями. Мне было страшно встречаться с ней сегодня. Всего лишь двадцать восьмое августа. Спросите, почему так рано возвратилась? А я отвечу, что больше не могла сдерживать свой порыв вернуться в пансионат. Все каникулы только и мечтала, как войду в двери такого родного для меня замка. Я чертовски скучала по ней, по её холодному взгляду, холодным рукам и такому приятному запаху. Меня привлекает в ней всё, каждая черта лица, морщинка и даже седина, которая видна на её тёмных волосах, влекла меня к ней. Думаю про неё постоянно, каждый день напролёт. Чувствую себя больным человеком, который постоянно в своих мыслях и отрывается от них только тогда, когда надо поесть. Ощущаю себя настолько жалкой из-за этого. Никогда прежде не влюблялась. Не думала, что моя первая любовь причинит мне столько страданий и мук. Так хочется знать, думаешь ли ты обо мне, скучаешь ли, а может, просто тайно ненавидишь и мечтаешь, чтобы я побыстрее выпустилась. Если так, то уже через год меня здесь не будет. Быть может, я просто чертовски сложная личность, чтобы она полюбила меня. Совсем забыла один факт – я женщина, а она такого характера отношения не приемлет. Точнее, вообще какие-либо отношения не воспринимает всерьёз. - Спасибо, - поблагодарила пожилого водителя и, забрав вещи, которые находились в багажнике, посмотрела на пансионат. Он казался мне ещё мрачнее, чем в том году.       Большой дуб около озера, под которым я любила прятаться от любопытных глаз, был спилен. На окнах появились решётки. Они и раньше были, но сейчас все окна были в решётках. Сухие кусты давали понять, что за ними никто не ухаживает. Захотелось плакать от увиденного зрелища.       Зайдя в пансионат, меня окутал сплошной мрак. Свечей горело немного, но и те, что горели, не могли осветить весь холл. Для начала направилась в кабинет мисс Смит, чтобы уточнить, в какую комнату мне следует заселиться. Ещё в прошлом году упросили её, чтобы она заселила нас вместе с Тасей. - Приятно видеть вас, маленькая леди, - поздоровалась женщина, - как добрались? - Добрый день,- ответила на радушную встречу, - добралась без проблем. А почему дуб около озера спилили? - Честно, я даже и не знаю, - ответила дама, - вернулась пару недель назад и увидела кардинальные изменения. Во многих комнатах теперь будут жить по четыре девочки, это с первого по пятый класс. Отбой будет в восемь. - К чему такие изменения? – поинтересовалась. – В девять рано ложиться спать, а теперь в восемь. Нам когда домашнюю работу-то делать? – я была возмущена. - Так, - женщина сердито на меня посмотрела, - не злись, девочка. Твоя комната будет находиться на первом этаже, под номером семнадцать. - Надеюсь, вы сдержали обещание, которое дали мне и моей подруге. Мы ведь вместе будет жить? - Выпускников в этом году всего пятнадцать, так что у каждой будет отдельная комната. - А можно, в качестве одолжения, нас с подругой вместе поселить? – умоляющим взглядом посмотрела на даму. - Не могу, - она стала взбивать подушку, - Флеминг сказала всех по одной, значит так и сделаю. Никаких одолжений, даже таким милым девочкам, как ты, не могу сделать.       Сказать честно, то новая комната мне очень понравилась. Может, мы и не будем жить вместе с Тасей, но по отдельности даже лучше. Можно делать всё, что пожелаешь. Душ находился в комнате, а не на этаже. Если быть короче, то мне всё нравилось. Окна выходили на лес, наверное, это был единственный минус.       Всё время до ужина прибиралась в комнате и доставала свои вещи из чемодана. Решила надеть чёрное классическое платье на ужин и оксфорды. Мне не хотелось злить Флеминг своими штанами и футболками. У меня всё в животе перехватило, когда раздался звонок оповещающий, что ужин можно считать начатым. Так что, не теряя больше ни минуты, помчалась в столовую.       В столовой оказалось три девочки, которые были младше меня лет так на пять. Преподавательниц тоже было не особо много, четверо. А вот Флеминг я не наблюдала. Так хотела встретиться с ней, быть может, обменяться парой фраз. Наверное, я зря приехала раньше времени.       Я сидела и ела пудинг, когда уловила знакомый аромат корицы. Посмотрев на стол преподавателей, обнаружила директрису, которая сидела ко мне боком. Господи, она так постарела. Была бледная, как полотно. Раньше мне приятно было смотреть на её превосходную осанку, которой бы позавидовала любая девушка. Она сидела, сутулилась и, держа в руках кружку с чаем, вяло отвечала на вопросы коллег. Смотрю на то, как единственный человек, который бы смог сделать меня счастливой, медленно увядает. Какой же глупой я была, когда обвинила её в смерти девчонки.       Подперев голову рукой, стала есть дальше. Мне хотелось плакать. Почему она так изменилась, и не в лучшую сторону? Господи, как же больно осознавать, что я могу быть виновата в этом. Никто, ни одна из девушек, не посмел бы обвинить её в убийстве, а я сделала это.       Отужинав, поднялась из-за стола и посмотрела в сторону преподавательского стола. Директриса всё так же сидела, понурив голову. Она совсем ничего не ела, просто пила чай. Наверное, скажете, что я совсем дурочка, но вместо того, чтобы пойти в комнату, направилась к ней. - Добрый вечер, директор, - поздоровалась я, ожидая, что она посмотрит на меня, улыбнётся. Но ничего не произошло. Она взглянула на меня всего на пару секунд. - Здравствуй, - холодно отозвалась директриса. - Вы придете, сегодня ко мне вечером, проверить меня?- поинтересовалась я. Мне было немного неловко, что преподавательницы внимательно следят за продолжением разговора и смотрят то на меня, то на мисс Флеминг. - Нет,- ответила директриса, - никаких поцелуев больше не будет. Ступайте, Знаменская. - Мисс Флеминг, - нерешительно сказала я, - простите меня, пожалуйста. Я сожалею о том, что наговорила вам в день отъезда. Наверное, я самая глупая девушка на всём белом свете. - Уйдите, Знаменская, - сказала классная руководительница, - дайте спокойной поужинать в последние дни каникул. - Мисс Флеминг, - аккуратно положила свою руку ей на плечо,- приходите ко мне пожелать сладких снов. - Идите, девушка, - подняв на меня свои чёрные глаза, сказала директриса, - дайте преподавательницам спокойной поужинать. Не стесняйте их своим присутствием.       Слабо сжав плечо директрисы, в очередной раз взглянула на неё и, не дождавшись ответного взгляда, направилась к выходу пытаясь сдержать слёзы. Не хотелось мне рыдать прямо здесь, чтобы они это видели.       Я уже успела переодеться в шорты и майку, сделать запись в своём дневнике, а она так и не появлялась. Мечтала увидеть её на пороге комнаты, почувствовать поцелуй холодных губ на своём лице. Вдохнуть запах корицы. Коснуться волос, которые она так туго перетягивает на голове. Господи, как же я люблю её.       Моё сознание медленно уходило от меня, когда услышала скрип двери и шаги, под которыми скрипела половица. Приоткрыв один глаз, увидела её. В комнате горела всего одна свеча, которая находилась на тумбочке. - Вы пришли?- шёпотом спросила я, приподнимаясь на кровати. – Я очень счастлива, мисс Флеминг, - схватив её за холодную и истощенную кисть, посмотрела в глаза, которых совсем не видела, - простите меня, если сможете. Тогда была глупенькой и готова была свалить всё на вас. Хотя я свалила, что уж тут говорить. Но сейчас я знаю, что вы бы не убили Литтл. Какой бы плохой она не была, но вы всегда заботитесь о нас. Простите, пожалуйста. - Хорошо, - без эмоций ответила директриса. - Садитесь, - отодвинулась к стене, хлопая по кровати, - побудьте немного со мной, мисс Флеминг.       Она не стала возражать и, присев на краешек кровати, посмотрела в окно, за которым было видно звёздное небо, - Вам нравится комната, Александра? - Да, очень, - честно призналась я, - Почему вы такая грустная? - Как же мне не грустить? – она взглянула на меня. – Мои девочки уходят от меня в этом году, а новых приближённых я так и не нашла. Нет никого, кто мог бы заступиться за меня. Не общайтесь с профессором Келли, если не хотите сильно обжечься в будущем. - Могу я кое-что рассказать вам?       Она молчала, и я восприняла это как согласие, - Стоило сказать вам об этом намного раньше, но, увы, я боялась. Думала, что она хочет подарить мне дар. Я стала тайной приближенной. Мы встречались, когда вы пропадали из пансионата каждое полнолуние. В итоге я стала матерью-исповедницей.       Наверное, мне повезло, что я не видела её лица в этот момент. Но судя по тому, как она резко поднялась с кровати, поняла, что женщина совсем не рада. - Поздравляю, Александра, - её всегда холодный голос дрогнул, - она ещё не просила тебя исповедать меня? Называла ей моё имя? - Просила, - честно призналась, - можете верить мне, что никогда и никому не скажу вашего имени. Она просила, но я не говорила. Сказала, что сама его не знаю. - Скажи ей имя, - сказала преподавательница, - пусть успокоится наконец-то и оставит меня в покое. - Мисс Флеминг, - поднявшись с кровати, перегородила ей выход,- расскажите мне, почему она так хочет причинить вам боль, страдания, унизить вас? - Девочка, моя милая Александра, - она дотронулась рукой до своей шеи, которая была скрыта от меня воротом, - вы уже вступили на дорогу, с которой я бы хотела сойти. Простите, что не смогла защитить тебя от этой коварной женщины. - Директор, - прошептала я,- что здесь происходит? - Ничего, - она подошла ко мне и коснулась рукой моей щеки, - Если вдруг решишь предать меня, то знай, что лучше это будешь ты, нежели Эрнест.       Она обошла меня и уже собиралась выйти, когда я резко прижалась к ней и сцепила руки на её талии. Чувствовала, как она тяжело дышит. Не пыталась вырваться из моих объятий, как сделала бы это раньше. Она просто стояла и ждала когда я, наконец, отпущу её. - Я никогда не предам вас, мисс, - честно сказала я ей в спину, - Люблю вас больше собственной жизни. - Александра, не стоит бросать такие слова на ветер, - грустно прошептала учительница,- а сейчас, отпустите меня, мне пора возвращаться к работе. - Это не слова на ветер, - прошептала я, когда она вышла за дверь, - я говорю искреннее. Моя любовь к вам настолько сильна, что я порой забывала, как надо дышать. - Что вы говорите, девочка? – она ласково взглянула на меня. Впервые за все время, пока я знаю её, она так на меня посмотрела. – Я старая женщина. - Для меня вы не старая, - сказала я, выходя из комнаты и подходя к ней ближе, - всё лето думала только о вас. - Нельзя. Никогда, прошу, не говори мне такого. Правила. Их надо соблюдать. - А я и не нарушаю правила, мисс Флеминг, - сказала я, - я просто говорю, что люблю вас самой чистой любовью. Мне не нужна близость, просто любите меня в ответ, - на глаза навернулись слёзы, - у меня не осталось сил терпеть холод от вас. Просто могу в конечном итоге оступиться, и все будут сравнивать меня с Лили. - Моё дитя, - она взяла моё лицо в руки и большими пальцами стала нежно поглаживать мои щёки, - когда я впервые увидела тебя, мне сразу стало очевидно, что ты ребенок, который жаждет любви. Но ты нашла её не в том человеке, Александра. - Нет. Я рада, что нашла её в вас, мисс Флеминг, - закрыла глаза, чтобы насладиться прикосновением её холодных рук к своему лицу, - пожалуйста, не бросайте меня одну с этой любовью. Я ведь умру. - Глупая маленькая девочка, - она наклонилась и запечатала на моей щеке поцелуй своих холодных, как снег, губ, - Ложись в кровать и засыпай. - Поцелуйте меня, - из глаз брызнули слёзы, а губы задрожали, - в губы.       Знаете, я ожидала чего угодно, но не того, что она сделает это. Флеминг, наклонившись ко мне, нежно поцеловала меня в губы. Этот поцелуй был таким сладким, нежным. Эрнест не умеет так целовать. Господи, я таяла в поцелуе. Она гладила меня по талии и по щеке, а я наслаждалась этими секундами. Поцелуй оборвался быстро, к сожалению. - Теперь отправляйся спать, девочка. - Я люблю вас, - шепнула и, забежав в комнату, упала на кровать, которая уже успела стать холодной.