Where's My Love

      ♪Whitaker — My Own♪       Пятница       Да, он сказал, что в порядке, но все-таки решил не ходить привычными маршрутами в школу, шарахаясь каждого, кто хоть немного напоминал Исаку его, обходил их стороной. Сейчас он с парнями шел на вечеринку; город засыпал, но их ночь лишь начинала быть интересной. Он не обсуждал больше с Юнасом рисунок и все, что пришло вместе с ним со вчерашнего дня, и Исака все устраивало.       Они так много раз это делали, что все было буквально на автопилоте. Поприветствовать хозяина дома, в котором проводилась вечеринка, проложить путь к выпивке, встретить все тех же людей, что и неделю назад, слушать ту же музыку, а потом и танцевать. Все шло по плану, пока где-то в середине Исак не заметил людей, таращившихся на него. Это было странно, последний раз он получал столько внимания к себе больше года назад, когда раскрылся (а если быть точнее, когда его раскрыли). В этот раз люди не говорили у него за спиной, но одарили его таким взглядом, будто удивлены здесь его видеть.       — Что происходит? — выкрикнул Исак, пытаясь привлечь внимание друзей, но музыка была слишком громкой, да и парни уже рассредоточились по комнате. Он остался наедине со стаканом пива в руке, пытаясь найти место, где стать или куда присесть, чтобы люди перестали на него так таращиться. Стены начали давить, гости случайно врезались в него все чаще, а музыка становилась громче и громче в его голове. Что, черт возьми, происходит? Он нашел стену, на которую смог опереться, и начал наблюдать за людьми, чтобы успокоиться, а в это время сменилась песня, и парень в первые несколько секунд этого даже не заметил.       Эта Вселенная реальна вообще? Он думал, эту вечеринку уже ничего не испортит, но услышать именно эту песню Gabrielle было уже слишком. Исак закрыл глаза и опрокинул голову, опираясь ей о стену.       «Сейчас лишь одна вещь сможет завершить шутки этой ночи полностью, если я открою глаза и увижу его прямо перед собой», — подумал парень, открывая глаза, и… Ничего не изменилось. Он резко выдохнул и задался вопросом, действительно ли хочет он видеть этого человека, или же нет. Может лучше просто пойти домой, ночь стала какой-то странной, и он уже ни от чего не получал удовольствие.       Расталкивая людей и пытаясь добраться до входной двери, Исак набирал сообщение Юнасу. И в этот момент сильная рука одного из гостей, через которых пробирался парень, схватила его и потянула на себя.

***

      Вот и она. Середина комнаты, полная напившихся людей. Они были в таком положении так много раз до этого, но сейчас все иначе. Раньше они были бы одной парой, танцующей всю ночь напролет, не отпуская друг друга. Раньше люди не понимали, зачем им приходить, если к концу вечера они не уделят внимания никому, кроме себя самих. Но они просто хотели показать свою любовь всему миру — глаза, наполненные желанием, пот на лбах, глубокие поцелуи и два тела, сливающиеся воедино.       Сейчас же все по-другому. Неловко, чуждо и слишком долгая тишина. Исак пытался сосредоточиться на человеке напротив и не дать глазам сразу наполниться слезами. Рядом стоял Эвен. Его Эвен держал его руку в своей, и это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.       — Это наша песня, — первым делом сказал Эвен. Это были его первые слова с июля того года и, конечно, они были идеальными! Прошло больше восьми месяцев с их последнего разговора, но в Эвене ничего не изменилось. Он был прекрасен, как и всегда, волосы идеально уложены, одет в обычную белую футболку с клетчатой рубашкой сверху. Все это напомнило Исаку время, когда их отношения только начинались, когда Эвен возник у его двери, весь такой завораживающий и совершенный.       — Так приятно увидеть тебя! — продолжил Эвен, ожидая, пока Исак заговорит, но вместо это парень заключил его в крепкие объятия. Эвен пах иначе, хотя это и очевидно, прошло больше полугода с момента, когда они в последний раз находились рядом друг с другом. Раньше они шутили, что аромат их совместного времяпрепровождения закупоривался и выпускался ограниченной серией, лишь для них двоих. Исак чувствовал руки Эвена на своей талии и готов был растаять в этих объятиях, пока не вспомнил о жестокой реальности.       Они больше не вместе. Больше нет даже слова «они», лишь отдельно Исак и Эвен. Но почему же это так знакомо, будто они и не расстались по телефону за тысячу миль друг от друга? Воспоминания ударили по Исаку, и он резко отстранился от Эвена. Люди таращились, он чувствовал взгляды незнакомцев, прожигающих дыру в спине. Хотелось убежать и спрятаться, но он не мог заставить себя уйти из личного пространства Эвена. Исак посмотрел в глаза бывшего парня и молча задал запретный вопрос. Тот вопрос, который не нужно задавать бывшему возлюбленному, только если вы не получаете удовольствие от боли и не хотите разворошить все, что причиняло ее, чтобы почувствовать снова:       — Не хочешь уйти отсюда?       Ответ Эвена был прост. Он поднял брови так же, как делал это раньше, и от чего Исак сходил с ума, взял за руку парня помладше и пошел по направлению к выходу. Исак был счастлив следовать за ним, в то время как мысленно давал себе пощечину за мысль о том, что они все еще могут видеть друг друга насквозь.       — Куда? — спросил Эвен, помогая Исаку забраться в такси, которое они словили по дороге.       — Ко мне, — ответил парень, понимая, что все еще держит Эвена за руку. Эвен тоже заметил это, но не отпустил. Они сидели в тишине всю дорогу, каждый смотрел в окно со своей стороны, а руки их были переплетены и лежали на сидении между ними. Исак собирал в кучу все, что хотел спросить у Эвена, когда они доедут до его квартиры, в то время как Эвен просто наслаждался разрастающимся теплом внутри, высвобождая пальцы от хватки Исака, чтобы начать рисовать круги на его ладони. Зная, что никто не промолвит ни слова, пока за ними не захлопнется входная дверь, оставляя весь мир позади, Исак напрягся и сказал, никому не адресуя:       — Приятно.

***

      Расстояние и неловкость между ними вернулись, когда парни наконец остались наедине.       — Милый рисунок. Как тебе удалось проникнуть в мой шкафчик? — Исак решил, что это будет хорошим началом разговора.       — Я помню твой код, — просто ответил Эвен, будто это и не было какой-то большой проблемой, — так здесь ничего и не изменилось, — заключил парень, перемещаясь по комнате Исака. Та же кровать, те же занавески, те же книги в шкафу, те же плакаты на… Он уставился на стену рядом с кроватью, на которой раньше были размещены их совместные фото и его рисунки. Эвен почувствовал жгучую боль в сердце. Почему мы расстались? Он попытался вспомнить. Ах да, потому что я уехал.       — Как там в Лондоне? — спросил Исак, пытаясь скрыть отвращение от того, что произнес «Лондон» вслух.       — По-другому, — такой ответ он получил. «Одиноко без тебя» было в мыслях Эвена, — как там школа? Определился, куда пойдешь учиться дальше?       — В школе все хорошо. — «Пусто без твоей руки, держащей мою в коридоре» было в мыслях Исака, — и нет, все еще думаю.       И мертвая тишина вновь. Они изучали друг друга, их взгляды встречались время от времени, а на губах играла слабая улыбка. Напряжение становилось невыносимым, и оба заговорили в одно и то же время:       — Я скучал по тебе.       — Я встретил кое-кого.       Глаза Эвена расширились от шока, и он сразу пожалел о признании. Конечно же, Исак встречается с кем-то, неужели я правда думал, что его жизнь просто остановится после моего ухода?       — Ну, мы не то чтобы вместе, даже не встречаемся толком, завтра идем на первое свидание, — Исак почувствовал необходимость объясниться, когда увидел лицо Эвена, — прости, не знаю, почему продолжаю говорить об этом.       — Все хорошо, нет, просто замечательно! Слушай, мне, наверное, пора, уже поздно, но приятно было встретить тебя. Прости за рисунок, мне нужно перестать быть таким драматичным и просто писать людям сообщения вместо этого, — на этих словах Исак приподнял брови, — нет, я не рисовал скетчи для кого-нибудь еще.       Эвен не нервничал, он просто говорил чушь, чтобы выйти из этой ситуации быстрее, двигаясь по коридору, пока Исак не появился прямо перед ним, кладя руку на шею парня. Даже не раздумывая, Эвен потянул парня за футболку ближе к себе, используя слишком много силы, в результате чего они оба врезались в стену. Все это вернуло тысячу воспоминаний о них самих в таком же положении, когда не было возможности коснуться друг друга. Исак впечатал Эвена в стену всем своим весом и выдохнул в шею слово, которое говорил миллион раз до этого:       — Останься.