Крошки тыквенного пирога

      Пэйринг и персонажи:       Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер       Джинни Уизли              Описание:       Гермиона с возмущением рассказывает своему другу, что её только что пригласил на бал Виктор Крам. Гарри пытается объяснить ей, почему он это сделал, и попутно их посещают некоторые интересные мысли...              Примечания автора:       События происходят в декабре 1994 года, перед Святочным балом четвёртого года обучения Гарри и Гермионы в Хогвартсе.              

Как поймать свой снитч

             Сидеть на земле было холодно. И эта проклятая ветка всё время колола её в мягкое место, как будто знала, что Джинни сейчас не может шевелиться. Пошевелись она — и они сразу услышат хруст, и тогда... Она даже не пыталась представить себе тот стыд, который она испытает, если Гарри обнаружит, что она шпионит за ним и Гермионой.       — Нет, Гарри, я вообще не понимаю, как ему пришло в голову меня приглашать! — говорила в это время своему другу Гермиона, и её каштановая грива покачивалась в такт гневным движениям её головы. — Я что, выразила хоть словом или взглядом, что он мне нравится?       Гарри ухмылялся. По крайней мере, Джинни так и видела эту хулиганскую ухмылку на его лице. Она чуть-чуть сдвинулась вбок и смогла увидеть их лица. Точно, как она и думала, он ухмылялся.       — Гермиона, наверно, ему нравятся читающие девушки...       — Ну а мне не нравятся всякие там квиддичисты... Ой... — Гермиона очень натурально ойкнула и схватила Гарри за рукав. — Гарри, это не про тебя! Слышишь?       Гарри похлопал её по руке в успокаивающем жесте.       — Я понял, Гермиона. И мы с тобой подружились ещё до квиддича.       Она с облегчением вздохнула, поняв, что Гарри не принял это на свой счёт, и продолжила свой гневный монолог:       — Ну вот, Гарри, так он подошёл ко мне такой гордый, прямо в библиотеке. Я сидела, читала ту книгу, которую ты видел, помнишь? «Трансфигурация для продвинутого курса ПАУК», — Гарри на этих словах задумчиво сморгнул и понимающе выгнул брови, — так он ко мне подходит и говорит, с жутким акцентом: «Гермиво-онна, я хотеть вас на бал, со мной». И стоит, гордый-гордый, и ждёт моего положительного ответа!       Джинни замерла. Ей тоже захотелось услышать про положительный ответ Гермионы. Тогда одной проблемой станет меньше.       — Ну и? — спросил Гарри. Судя по его напряжённому голосу, ему тоже было интересно узнать ответ. «Неужели он ревнует её?» — с ужасом подумала Джинни. Она отогнала эту мысль подальше, вспомнив, что всегда говорит об их отношениях Рон: «Они же просто друзья, Джинни, чего ты дёргаешься?»       — И я сказала, что мне это не интересно! — закончила Гермиона. — А что, ты хотел, чтобы я пошла с этим спортсменом?       — Нет-нет-нет! — замотал головой Гарри, как будто пытался отогнать неприятный образ. «Да-да-да, я хотела!» — с горечью подумала Джинни. Как жаль, что она не могла ответить Краму вместо неё!       Губы Гермионы тронула слабая улыбка, когда она услышала его слова.       — Гарри, почему он вообще ко мне подошёл? У него вокруг множество поклонниц, которые ему в рот смотрят, — она, наконец, отпустила руку Гарри, и они начали медленно двигаться по тропинке к перелеску, проходя как раз мимо дерева, за которым пряталась Джинни. — Когда он вывалил на меня это своё приглашение, на меня изо всех углов библиотеки уставились их злые глаза! На секунду мне даже захотелось согласиться, просто им назло!       Гарри нахмурился.       — Ну, ты ведь не согласилась?       — Гарри, чем ты слушаешь?! — вскинулась его подруга. — Я уже сказала, что отказалась!       — Я просто уточнил... Извини, — поспешно сказал Гарри.       Гермиона тряхнула головой. Она всё ещё была рассерженной.       — Так вот, Гарри, почему? Зачем ему я? — снова задала она вопрос. Она явно рассчитывала, что Гарри раскроет ей тайны мужской психологии.       — Ну, может, потому что он ловец?       Гермиона удивлённо взглянула на своего друга.       — Ты о чём, Гарри?       — Он привык ловить снитчи. А снитчи от него улетают, — стал развивать свою мысль Гарри. — Может, он увидел в тебе улетающий снитч? И решил поймать тебя...       Гермиона захохотала. Гарри улыбнулся, довольный, что смог развеселить её.       — Гарри, ну ты даёшь? Увидеть во мне снитч! — она вдруг посерьёзнела. — Ну, а ты? Ты ведь тоже ловец.       Гарри, воодушевлённый успехом своей шутки, с улыбкой продолжил:       — А у меня со снитчами сложные отношения! Я ловлю снитчи ртом!       Он не лукавил. Он действительно поймал свой первый снитч ртом, это было на его первой в жизни игре, на первом курсе. Тогда Гриффиндор играл против Слизерина.       Гермиона, услышав его фразу, совсем согнулась от хохота, опираясь на руку Гарри.       — Гарри-и, ты... ты правда ловишь снитчи ртом!       Отсмеявшись, она выпрямилась и внезапно замерла, увидев упомянутый рот гриффиндорского ловца совсем близко от своего лица. Гарри стоял, не двигаясь, и улыбка медленно сползала с его лица. Заметив её взгляд, он покраснел и отвернулся. Гермиона тихо вздохнула и попыталась взять себя в руки. Сердце почему-то не хотело успокаиваться, и Гермиона сомневалась, что это бешеное сердцебиение вызвано смехом.       Джинни за деревом, заметив, как друзья замерли в нескольких дюймах друг от друга, закусила от досады рукав мантии. Ей смертельно захотелось выскочить из-за дерева и хорошенько отпинать эту зарвавшуюся магглокровку.       — Гарри, а кроме шуток, зачем я ему? — тихо спросила Гермиона, пытаясь вернуть разговор в прежнее русло.       Гарри осторожно взглянул на подругу, сглотнул и ответил:       — Он знаменитость. Может, ему надоели тупые фанатки...       — Зачем сразу называть их тупыми, Гарри? — поморщилась Гермиона.       — Потому что им ничего не надо, кроме моей... извини, кроме славы Крама.       Гермиона внимательно взглянула на своего друга. Он явно примерял ситуацию с Крамом на себя. Её это позабавило.       — Тебя же не преследуют всякие «тупые», как ты говоришь, фанатки?       Гарри смутился.       — Что, преследуют? Почему ты не рассказывал? — оживилась Гермиона.       — Я... мне было неудобно. Просто меня пару раз пригласили на бал, какие-то незнакомые девчонки. Они были такие... такие нетерпеливые и сияющие. Смотрели на меня с какой-то жадностью и... обожанием, что ли.       — Ну и? — повторила Гермиона недавние слова Гарри.       — И я отказался! Я не хочу идти на бал с такими!       Гарри замолчал, как будто собираясь с мыслями. Джинни, замершая за деревом, с ужасом видела, что некая ненавистная ей идея вот-вот проклюнется в его голове. Он вот-вот додумается, что может пригласить Гермиону!       Наконец, Гарри продолжил:       — Гермиона, мне не нужна фанатка. Я хочу пойти на бал с той, кто... ну, кто меня знает по-настоящему...       Джинни высунулась из-за дерева на полкорпуса, пытаясь расслышать их голоса, но они уже ушли довольно далеко, а Джинни боялась красться за ними по прямой тропинке, на которой они легко могли увидеть её, если обернутся. Она вздохнула и села на землю, не обращая внимания на колкие ветки. Кажется, она и так слышала на сегодня достаточно неприятного. И не только слышала, но и видела. Её не покидало ощущение, что после злополучного разговора о снитчах Гарри всё время поглядывал на губы Гермионы, как будто хотел вернуться к теме «ловли снитчей ртом».       

* * *

      — Гермиона, ты ведь знаешь, я ловлю снитчи ртом!       Гермиона смеялась, опираясь на руки Гарри.       — Точно! Гарри, ты же ловишь снитчи ртом! — она кокетливо взглянула ему в глаза. — Покажи, как ты ловишь снитчи ртом! — прибавила она.       Гермиона скользнула в кольцо рук Гарри и прильнула к его груди, потянулась к его лицу и поцеловала его. Они оба засмеялись и хором проговорили:       — Поймал!       

* * *

      Джинни проснулась в холодном поту. Сон, в котором сбывались её страхи, казалось, выпил из неё все силы, и она едва смогла сесть в кровати. Сон был настолько ярким и реальным, что ей пришла в голову мысль, будто она каким-то образом подсмотрела чужие воспоминания. Джинни опустила голову на колени. «Я хочу это забыть, — несмело шепнула она в темноту, — я хочу это забыть, слышите?» — напряжённо пожелала она.       Наутро Джинни совершенно забыла о своём сне, и в её памяти не осталось ни одного воспоминания из этого кошмара, однако настроение у неё было прескверное.       В Большом зале завтрак был в самом разгаре, когда Джинни наконец спустилась туда. За столом Гриффиндора ребята оживлённо обсуждали недавно прошедший матч между двумя британскими командами — Холихедскими гарпиями и Паддлмир Юнайтед. Рон, как заметила Джинни, мрачно сидел в стороне и просто слушал, потому что его любимые Пушки Педдл вылетели из турнира на круг раньше.       Джинни села среди ребят и активно подключилась к обсуждению. Сам матч она не видела, но Холихедские гарпии были её кумирами.       Разговор пока что касался счёта и игры охотников и вратарей. И тут один из гриффиндорцев сказал:       — И тут ловец Паддлмир Юнайтед поймал снитч!       Так уж случилось, что в этот момент Джинни смотрела прямо на Гарри, который сидел и с интересом слушал рассказ об игре. На слове «снитч» он отчётливо дёрнулся и густо покраснел. Потом Гарри вскинул глаза и панически окинул взглядом стол. Гермионы на завтраке не было.       Джинни почувствовала себя усталой. Усталой от своей одержимости Гарри Поттером, усталой от своих безответных чувств. Она поднялась из-за стола, так и не притронувшись к еде, и направилась в башню.       В гостиной она увидела Гермиону, читавшую огромную книгу, которая едва помещалась на её коленях. Джинни усмехнулась и окликнула её:       — Гермиона! Ты чего не была на завтраке?       Гермиона подняла глаза и ответила:       — Я не голодна. И я не успеваю дочитать книгу.       Джинни насмешливо вскинула руки.       — Ну кто бы сомневался! А знаешь, там ребята обсуждают последний матч между Гарпиями и Паддлмир Юнайтед.       — А, ясно, — проговорила Гермиона невнятно. Она уже погрузилась в чтение.       — А знаешь, кто поймал снитч? — громко спросила Джинни над её ухом.       Гермиона подкинулась, её рука непроизвольно взлетела вверх и коснулась губ. По её щекам распространилась неровная краснота. Джинни почувствовала тяжесть в груди.       — Джинни, что ты сейчас сказала? Ты сказала, кто поймал... — переспросила Гермиона, глядя на неё испуганными глазами, из которых ещё не ушло смущение.       — Ничего особенного, — криво улыбнувшись, сказала Джинни и быстро ушла наверх, в свою комнату.       «Гарри поймал свой снитч», — подумала она.              

Поймать и удержать

             Просидев всё утро над книгой, Гермиона успела здорово проголодаться. Огромный том отдавил ей все колени, поэтому ей пришлось неловко сползти на пол и прыгать по гостиной, морщась от боли, чтобы разогнать кровь в онемевших ногах.       Близилось время обеда, но Гарри так и не появился в башне. Гермиона начала волноваться.       «Где же он ходит?» — подумала она, и тут же её лицо вспыхнуло от смущения, когда она вспомнила вчерашнюю прогулку с Гарри, а заодно и странный вопрос Джинни, который заставил её подкинуться от испуга.       Ведь никто в Хогвартсе не должен был узнать о том, чем закончилась их вчерашняя прогулка с Гарри. Или кто-то узнал? Почему Джинни спросила её насчёт снитча? Неужели она что-то подозревает?       «Не может быть!» — пыталась заверить себя Гермиона. Она ощущала неловкость и смущение при мысли о том, что кто-то узнает о них с Гарри.       Онемение в ногах более-менее прошло, и Гермиона, подхватив книги, отнесла их наверх и только потом направилась к выходу из гриффиндорской башни.       Она шла по коридорам и лестницам, постоянно оглядываясь в поисках Гарри. И всё-таки крепкая рука, затащившая её за локоть в нишу, стала для Гермионы полной неожиданностью. Сердце у неё забилось быстрее от испуга, поэтому она, увидев хозяина руки, сразу же начала отчитывать его.       — Гарри, что ты творишь?! — зашипела Гермиона, растирая локоть. — Синяки мне оставишь!       Гарри смущённо взъерошил себе волосы.       — Извини, Гермиона. Я случайно. Я просто хотел с тобой поговорить, и...       — И где ты был всё утро? — перебила его Гермиона. — Я уже начала волноваться! Ты всё утро не появлялся в башне.       — Утром ребята говорили про квиддич, — стал оправдываться Гарри, — а потом всем захотелось поиграть. Меня уговорили.       «Ага, он в квиддич, значит, играл», — подумала Гермиона ехидно. Ей захотелось подразнить его. Зря она, что ли, нервничала утром из-за странных вопросов Джинни?       — Ну и как прошло? — спросила она. — Снитч поймал? — и с удовольствием наблюдала, как на его лице появляется румянец.       Гарри опустил глаза в пол и пробормотал:       — Я сегодня охотником был...       Она улыбнулась.       — Ладно, говори, зачем ты меня сюда затащил, Гарри? — спросила она. Желудок у неё забурчал, напоминая об обеде. Гарри смущённо помолчал некоторое время, прежде чем продолжить:       — Я вчера так... увлёкся, что забыл спросить тебя кое о чём. Честно говоря, вопрос важный, но вчера было так...       Он остановился, и в памяти Гермионы встали события вчерашнего дня, когда на прогулке они говорили про болгарского чемпиона Виктора Крама, шутили насчёт ловли снитчей и обсуждали, с кем лучше идти на бал. Гермиона даже начала надеяться на то, что Гарри прямо во время прогулки возьмёт и пригласит её.       А вместо этого он вдруг поцеловал её. Это было уже у границы леса, когда они собирались поворачивать назад, чтобы идти в замок, на ужин. По правде говоря, в тот момент из головы Гермионы тут же вылетели все мысли, разговоры и вопросы, которые она хотела обсудить со своим другом.       Или теперь уже больше, чем «другом»?       Гермиона почувствовала, что у неё горят щёки, и приложила обе ладони к ним, безуспешно пытаясь скрыть смущение. С трудом преодолев иррациональное желание обвить шею Гарри руками и поцеловать его, чтобы проверить, не приснилась ли ей вчерашняя прогулка, она спросила:       — Что за вопрос, Гарри?       Он потёр лоб и начал:       — На самом деле это даже два вопроса. Я... — Гарри замолчал, судорожно вздохнув. — Гермиона, я...       Помедлив несколько секунд, он решительно подался вперёд и впился в губы Гермионы поцелуем, чем немало удивил её. Она только что раздумывала, не сделать ли ей то же самое, а Гарри вдруг завладел инициативой. Гермиона чуть отпрянула от неожиданности, но тут волна радостного удовольствия накрыла её, и она схватила его голову руками, отвечая на поцелуй.       Спустя минуту Гарри оторвался от губ Гермионы, не выпуская её из своих рук, счастливо вздохнул и сказал:       — Гермиона, это значит, что мы... что мы встречаемся? Я хочу, чтобы ты была моей девушкой!       Гермиона по-кошачьи ткнулась головой ему в щёку, пряча улыбку.       — Это значит «да»? — робко переспросил Гарри.       — Ну конечно, Гарри. Конечно, это значит «да»! — проговорила она, щекоча ему шею своим дыханием.       Гарри снова вздохнул. Ему всё время не хватало воздуха, и сердце как будто пыталось выскочить из груди.       — А другой вопрос... Если мы встречаемся, может, тогда... — и он опять замолчал. Гермиона с удивлением посмотрела на своего теперь уже «больше-чем-друга».       — Гарри, тогда что?       — Может, ты пойдёшь со мной на бал?       Гермиона промолчала. Гарри испуганно взглянул ей в глаза.       — А вот этот вопрос, Гарри, ты точно должен был задать вчера! — произнесла она с напором.       — Извини, Гермиона, я же сказал тебе, я отвлёкся и совсем забыл! — начал оправдываться Гарри.       Она улыбнулась.       — Тогда отвлеки меня ещё, чтобы я забыла о том, что ты забыл спросить об этом вчера!       Гарри усмехнулся и притянул её ближе...       Опомнились они только тогда, когда мимо ниши пробежали два незнакомых студента. Гермиона испуганно дёрнулась, но студенты их не заметили. На бегу они перебрасывались быстрыми фразами:       — Быстрее, обед, наверно, уже начался! — звал один из них, ускоряя бег. Другой едва поспевал за ним, выкрикивая на ходу:       — Не несись так, подожди меня, мы же вроде успеваем!       Гарри и Гермиона нехотя прервали поцелуй, взглянули друг на друга затуманенными глазами, потом, не сговариваясь, выскочили из ниши и понеслись в Большой зал. Перед тем, как зайти внутрь, Гарри переспросил:       — Гермиона, так это значит «да»?       Она обернулась к нему с улыбкой.       — Да, Гарри, это значит «да»! Я пойду с тобой на бал!