Более

— Девочка уверенна, что хочет уйти? — он говорит тихо и спокойно и хочется крикнуть в ответ «Да!», но Арья отчего-то молчит. — Там девочку ждет большая война. Ей нужно еще тренироваться. — О чем ты говоришь? — Девочке придется сражаться с врагом страшнее чем те, что в её списке. Девочке нужно еще учиться. — Кто этот враг? — Арья Старк знает. Она слышала о них и она знает, что они вернулись. Арья конечно же знает. Она слышала разговоры купцов из Вестероса в порту, слышала слухи… Она нужна Джону. Но ему нужен еще и опытный воин. Это, она убеждает себя, а вовсе не что-то иное, причина по которой она говорит: — Хорошо. И дальше все начинается сначала. Только гораздо сильнее, жестче, беспощадней. Якен изматывает её, ломает снова и снова. Она падает, падает, падает… Он убивает её раз за разом. И в очередной раз чувствуя ноющую боль от падения, Арья Старк говорит себе, что уйдет. Уйдет, как только сможет его победить. Они не дерутся тренировочными мечами. С ней теперь всегда её Игла. Якен больше не зовет её девочкой — только Арьей Старк. Признаться честно, так она уже не понимает, почему он держит её тут. Это уже не тренировки Безликих, он не хочет видеть её Никем. Так почему же?.. Почему она остается даже когда в Браавосе становится холодно, даже когда море приносит на берег лед и становится совсем ясно — война уже идет? Почему она остается, даже когда холод уходит так же неожиданно, как появился, и Арья Старк понимает, что Джон победил? Она спрашивает себя снова и снова, каждый день, пока наконец-то он не лежит на спине, а она не сидит на нем, гордо выпрямив спину и приставив Иглу к пульсирующей жилке на шее. Это все. Она себе давно пообещала. Но почему-то слишком сильно хочется… Остаться здесь… Так заманчиво и глупо. Ведь спустя много лет между ними уже не её Игла. Между ними что-то… более… Что-то более. Что-то более чем тысяча дней и ночей, более чем бесконечные бои и разговоры о всем на свете. Они друзья, убеждает себя Арья в который раз, когда ловит на себе его пристальный взгляд. И лучше в тот миг не думать, что живот приятно тянет и становится душно. Ведь Арья Старк уже давно не девочка, и они уже давно не друзья. Сердце колотится вовсю, она тяжело дышит и Якену совсем не трудно выбить клинок из дрожащей руки. Арья вздрагивает, когда он одним движением садится, крепко её держа. Она хочет убежать, спрятаться, но его горячее дыхание опаляет губы и становится вовсе не страшно. Якен смотрит прямо в глаза, он ждет, он задал вопрос, пускай и без слов. И он ждет ответа. А Арья, как и тогда давно, хочет кричать «Да!», но как и тогда давно не может сказать и слова. И Якен Хгар, с неожиданной для него нежностью отодвигает её волосы, наклоняется к шее и целует. Арья запрокидывает голову, пока он медленно поднимается выше, касается губами острых скул и, легко повернув её лицо к своему, снова одними глазами спрашивает. И теперь Арья без капли страха отвечает: — Да. Мужчина улыбается и целует. Он ждал этого, ждал так долго, что не передать. День за днем он смотрел на нее, видел, как из сорванца она превращается в воина, и видел, как мальчик становится прекрасной девушкой. И тогда, когда она так решительно собиралась уходить, он уже не мог быть Никем. Он был человеком, который любит Арью Старк из Винтерфелла. И теперь, когда она так близко, он не хочет быть кем-то другим. Якен целует её, руками блуждая по тонкой талии, опускаясь ниже, проводя огрубевшими ладонями по бедрам, придвигая ближе, еще ближе, чтобы стать единым целым… Арья глухо стонет, когда он расправляется с одеждой и по коже пробегают приятные мурашки. Она стонет, когда выгибает спину навстречу ему, когда извивается в его руках, будто кто-то неистово бьет её горящим кнутом. Он берет её властно, направляет, владеет… Целует еще и еще, пока она не кричит, срывая горло, и впервые стены Черно-белого дома слышат крик наслаждения… Они оба тяжело дышат, дрожат, когда вечно гуляющий тут ветер обдает холодным дыханием покрывшиеся испариной тела. Арья не может думать о том, что произошло, не может думать вообще, но все же, придя в себя тихо спрашивает: — Ты пойдешь со мной? И Якен Хгар отвечает: — Да. Ведь между ними теперь что-то более…