Повешенный и Дьявол.

      Киба жил в Республике уже месяц. Естесственно нормальное обращение он еще не заслужил. Зато он выучил этикет и ему разрешили выходить из дома, так как раньше он бы, бестолочь, опозорил бы имя учителя. Тот кстати просек, что с одеждой у подопечного все плохо. Киба старался сделать вид, что ему не неловко, что его самооценка не в заднице тролля, но видимо он плохо играл и поэтому, когда получил разрешение гулять и вне дома, учитель сразу повел его в торговый центр, где они обновили весь гардероб горе Аркану. Что б не позорился, естесственно. Не по доброте душевной.       Киба был рад выйти в люди. Население Республики составляло где-то 300 тысяч человек, поэтому вся Республика представляла собой один большой и красивый город. Окружающая выделенная территория использовалась для посевов, но вот что там сеялось, люди не знали. Кибе хотелось узнать других Аркан. Очень. За месяц он общался с только деспотичным альфачем и его прислугой манекеном. Учитель мучил его: физическими тренировками; зубрежками не только этикета, но и не законченной школьной программы; бил по рукам, если тупил и по ногам, если не выдерживал упражнений, избивал все тело, если нарушал правила; и все это было приправлено его надменным взглядом, а кличка "Пес" уже раздражала. Наказания кстати вполне себе оправдывали то, что аркан учителя Дьявол. Мари вот просто стояла в стороне, таскала реквизит, постоянно улыбалась и казалось, что за домом следит именно она, но за месяц Киба так и не увидел ни разу того, что бы подтвердило этот факт.       Народ Республики оказался таким приятным, что мог навеять мысли об антиутопии. Только у Кибы был дефицит общения и он вообще ни о чем не думал. Радостно кланялся всем, кого встречал; коротко приветствовал продавцов; разглядывал витрины и украшения торгового центра, потому, что все здесь очень отличалось от того, что он видел дома. Он словно был не просто в другой стране, а вообще в другой вселенной.       Позже, когда они с учителем вернулись, Киба заметил, что все, встреченные ими были младшими или невысокого ранга. Задав вопрос, он получил короткий ответ, что все на работе. Честно говоря учитель тоже подолгу пропадал на работе, а за Кибой следила Мари. Как то учитель обмолвился, что он по сути и живет на работе, просто с подопечным Верховный Суд выделил ему много времени на обучение.       Верховный Суд, кстати, как выяснилось это высший орган тоталитарной власти. И что удивительно, все были не против, чего Киба откровенно говоря не понимал. Но учитель сказал, что мол подопечный то и сам не особо сопротивляется установленным правилам, и вообще не сопротивляется наказаниям. Это был не просто аргумент, а камень в огород, над которым Киба задумался на пару ночей.       После покупок началось изучение силы, что давалось с великим трудом. Киба помнил тот момент, когда все вокруг поняли, что он Аркан. Он просто разозлился на одного его дноклассника, который чем-то его задел, да и взорвал телевирзор, старый такой, стоявший в классе больше как украшение. Сейчас горе Аркан не просто не понимал, как он это сделал, он не понимал и обьяснений, как это вообще делается.       -Прошу прощения, учитель, но у меня не получается. Я не понимаю. - Киба сидел на полу и пытался удержать в руках нечто похожее на лизуна, только светящееся. По идее эта субстанция восприимчива к силе Аркан, под воздействием которой меняет форму. Первое упражнение - шар, яйцо, пирамида, куб и звезда. Но у Кибы получался только лизун.       Учитель сидел в кресле и наблюдал. Казалось еще чуть чуть и он засмется, но манеры удерживают его сейчас от такого открытого унижения подопечного. Мари не было, так как реквизит им был не нужен. Пэтому искать хоть каплю сочувствия, ну или других объяснений было не у кого.       - Ты хоть слушал, что я тебе обьяснял?       - Что-то про ядро, энергию, потоки, воображение. Только вот я тупой и нет у меня воображения. - от досады он повысил голос, но вспомнил наказание за манеры. -Прошу прощения, просто я уже два часа верчу эту субстанцию и не выходит. Может я и не Аркан вовсе.       Последняя фраза была сказана шепотом скорее самому себе, но учитель услышал ее. Он вздохнул, поднялся с кресла, подошел ближе и уселся на пол напротив Кибы.       -Это все твое ограниченное воспитание в человеческом обществе. Я должен был предугадать такое. Раз у тебя так туго с воображением, я просто покажу все тебе покажу. Но сначала надо раздется.       -Что!?!? - Киба струхнул. Во-первых, он вспомнил сны и мерзкие ручонки, во вторых, он тупо стеснялся. Да он был чуть выше и крупнее, но не считал это крутым. Честно говоря, в зеркале он видел не плей-боя, а накаченного волосатого оборотня, и его волосы ушки были вишенкой на этом торте. Зато вот учитель точно был, как парни вампиры из девчачьих фильмов. Хотя Киба видел открытыми только лицо, кисти и малнькую часть шеи, он был уверен в своих доводах.       -Только верх, больше не надо. Стоп. Ты что, стесняешься? - казалось учитель сейчас откровенно заржет, чем полностью растопчет остатки достоинства Кибы. Но делать он этого не стал, а просто добавил. - Стиснение - это тоже отголоски человеческого общества. Ты - Аркан, и перед другими Арканами тебе не чего стиснятся.        Свою речь он подтвердил, оголив торс без единой эмоции и задних мыслей. И он дейстительно был хорош, черт. Киба хотел убежать: он не хотел раздеваться сам, тепрь он точно осозновал свою убогость. Но в голове засела навязчивая мысль, что посмотреть не учителя в таком виде ему больше не представится. И, господи спаси, почему он так завис? Учитель многозначительно глянул, на подопечного, мол его очередь. Киба замялся, но помнил про наказания, так что потянулся к вороту футболки и не спеша стянул ее с себя.       Удивительно, но учитель и глазом не повел. Было бы даже обидно. Но урок еще продолжался. Учитель взмахнул рукой, что-то вывел и тихо произнес: - Покажи все, что скрыто.       Все вмиг поменялось. Стены были покрыты светящимися неоновыми магическими печатями. Воздух приобрел краски, словно они были в клубе и лазерное шоу как раз перешло в активную фазу. Учитель сидел неподвижно и на кончике его пальца светилась неоном красная маленькая печать.        -Сейчас ты видишь потоки вселенской энергии. Оформеные в печати и нет. Но самый главный поток энергии - это ядро. - он прижал руку к центру своей груди и под ладонью засветилось. - Это источник твоей энергии, это твоя сила, это твой аркан, это твоя связь с нашим миром, с истинным миром Аркан. Люди называют это душой. У людей тоже есть ядро. Ядро есть у Земли, у Солнца, у галактики и у самой вселенной.       Киба рассматривал все как завороженный. Это мир был прекрасен. Учитель сейчас был бы прекрасен тоже, но скверный характер и чертов сон, не давали так сказать. Его мозг аккумулировав сию информацию выдавал только определение - горячий, но не пркрасный.       - Знаешь, чем Арканы отличаются от людей? - Киба отрицательно помахал головой. - У нас есть сосуды, проводящие энергию, помогающие управлять ею, выпускать ее.       Учитель начал вести ладонью от центра груци к ключице затем по руке к кисти. За ладонью под кожей тянулся свет, словно подсвеченная кровь текла по сосудам. И черт подери, ладно это было прекрасно. Свет нитями сорвался с ладони, потянулся к лизуну, опутал его и начал придавать разные формы.        Затем учитель прижал руку к груди засмотрешвегося ученика. Тот очнувшись, будто обжегся об нее.       -Вы чего!?!?       -Твоя сила не активирована. Я хотел узнать какие у нее замки. Ты помнишь, что ты чувствовал, когда в первый раз использовал силу? О чем ты думал тогда?       -Я... Я не помню... Точно не могу сказать. Я понмю, только взрыв. - Киба не врал и действительно помнил только взрыв.       - Возможно тогда были ложные схватки, а сейчас надо родить. Ты же - Повешенный. Пес, ты готов принести жертву?       -Вы о чем?       - Этот урок должен был быть чуть позже, но похоже надо объяснить сейчас. У каждого Аркана разной масти, разные способности. Я - Дьявол. И моя основная способность заключается в уничтожении духовных сущностей, чего не могут другие. Ты - Повешенный и твоя сила в жертве, ты меняешь одно на другое, вне зависимости от законов природы. Так, ты готов принести жетрву?       -Я должен отдать, что дорогое или как?       -Нет, балбес, может просто поменяешь что-нибудь? Всю атмосферу своей тупостью портишь, Псина.       Киба не обидился и не расстроился, он даже обрадовался ценрзурному содержанию порицаний. Горе Аркан напряг свое хилое воображение и решил, что поменять кресло на табурет, будет по крайней мере весело. В груди разорвало, а в глазах сначало потемнело, потом просветлело до слепоты. И вот он уже валяется на полу, над ним учитель удерживает свет льющийся из груди.       -Отлично! Теперь, тупица, видишь свое ядро? Чувствуешь его?       Киба чувствовал. Хорошо чувствовал. Даже рука учителя на груди не ощущалась вовсе, а просто регистрировалась. Учитель начал совершать на теле Кибы те же движения рукой, как не давно на себе. Повел рукой к ключице, к плечу, до самой кисти.       -Давай вставай! Выпускай силу!        И Киба встал и выпустил. Он смог почувствовать, как сила течет по сосудам, вслед за теплом чужой ладони. Теперь уже его светлые нити захватили лизуна и начали формировать фигуры. Кривые правда, но восторга меньше от этого не стало. Это лучшее, что происходило с ним за все его 16 лет и казалось дальше будет только лучше.

***

      Ночью он не спал. Печать, что показывала потоки энергии, действовала 12 часов, так что сейчас Киба игрался с лизуном, делая уже ровные фигуры. Он все думал о силе своего аркана Повешенный. Хотелось бы поменять свои кошмары с учителем в главной роли на какие нибудь сны про кроликов. Может у него и получится. Учитель уже не казался таким сатаной, как раньше. Хотя, скорее всего, это от того, что Киба стал вести себя лучше, выучил манеры, окреп от тренировок и хорошо их переносил. Вот только отлынивать от работы по дому он не перестал. Стыдно конечно, что все делает Мари, но, если он еще и по дому что то делать начнет, то точно свалится.       Он заснул в три ночи, его просто срубило. Кошмар как бы ему не хотелось все равно приснился. Более пошлого содержания, чем обычно, но его все равно били и издевались. Утром, меняя простыни, он думал, что учитель загонял его тренировками и наказания просто въелись под кожу так, что даже мокрые сны теперь с избиениями.       Это было плохим оправданием.