be somebody +2

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Star Conflict

Основные персонажи:
Наёмник (Игровой Персонаж)
Пэйринг:
ОМП/ОЖП
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Романтика, Ангст, Songfic
Предупреждения:
ОМП, ОЖП
Размер:
Драббл, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
We all wanna be somebody
We just need a taste of who we are...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
13 августа 2017, 21:32
- Десять!
- А ты везучий сегодня... Дай-ка я.

      После успешной защиты сектора крыло корпорации Штормов играет в кости. Все как по учебнику: выпивка, разговоры "за жизнь", разве что девочек нет. Двенадцать человек сидят за столом неровным кругом и по очереди выбрасывают на заляпанную пойлом столешницу по два игральных кубика. Они ругаются, подкалывают друг друга, шутят и хохочут. Капитан Тим - высокий парень с длинными каштановыми волосами, брутальной бородой и добрым взглядом прекрасных зеленых глаз - не отстает от своей команды и отдыхает душой вместе с ними, раз за разом выбрасывая победные комбинации. Уж точно не знаю, чему он в тот момент был так рад, но он определенно пребывал в отменном расположении духа.

- Дабл! Двенадцать!
- Ты издеваешься?
- Капитан, а не мухлюешь ли ты часом, а?
- Да ну тебя, чугунная твоя башка.

      Через два места от капитана, чуть сгорбившись и уткнувшись взглядом стакан с выпивкой, сидела Ирма. Среди окружавших ее офицеров светленькая девушка, чей рост составлял всего лишь полтора метра пять сантиметров, казалась откровенным карликом, да и вообще сама по себе она даже не выделялась из этой компании, а скорее выпадала из нее. Она заработала здесь репутацию тихони, так что похвастаться крепкой дружбой или хотя бы хорошими знакомствами она не могла. Ее не любили, но и не сторонились, правильнее сказать, не замечали. Ну, как, все знали, что на захват сектора она ходит только в роли дальнобойного фрегата с дезинтегратором или на худой конец инженера и все, этого было вполне достаточно. Ирма в любой компании чувствовала себя несколько чужой, а уж тем более среди таких бодрых парней, занятых игрой и выпивкой, так еще и под давлением романтических чувств к капитану. Нет, эта любовь не была безответной, ее объект знал о ней и проявлял знаки внимания в ответ, да и ребята из корпорации были в курсе, но она сама как-то то ли стеснялась, то ли боялась проявлять чувства при ком-то еще, а особенно при такой толпе народу. Скорее всего опасалась шуточек и подколов.
      И вот сейчас она сидит, ссутулившись и опустив голову, иногда при том бросая короткий взгляд в сторону вошедшего в азартное настроение капитана. Казалось, он совсем забыл о сидящей рядом Ирме ибо перестал обращать на нее какое-либо внимание, хоть прежде они и периодически обменивались взглядами. Ирму слегка опечалил сей факт, потому она спустя некоторое время совсем повесила голову. Ей было здесь не уютно, она хотела уйти, но привязанность к капитану не давала ей покинуть веселую посиделку крыла. Не то что бы она ревновала, да и не к кому тут было ревновать - одни парни сидят, но пока что именно присутствие Тима держало ее в этой комнате.

- Эй, - обратился вдруг к ней сидящий рядом 78-й, - Ирм, а ты чего сидишь, как неродная? Давай, брось кости, выпей и улыбнись.

      Стоит отметить, что за сегодня кости в руки девушка не брала совсем, очередь как-то незаметно проходила мимо нее. Она не являлась поклонницей азартных игр. Ирма деликатно отодвинула стопку от себя к центру стола, дав понять, что пить она не собирается, и, кое-как прикрыв горлышко огромного стакана маленькой рукой, потрясла его в руках. На стол с грохотом выпали два игральных кубика.

- Дабл, - заявила она во всеобщем гомоне тихим печальным голосом, передала кости рядом сидящему и покинула комнату. Прежде чем скрыться в коридоре, Ирма решила оставить капитану что-то вроде весточки, что она ждет его там, снаружи, но не нашла никакого больше способа это сделать, кроме как пройти за спиной Тима и легонько, как будто бы невзначай коснуться на ходу его плеча. Такой знак уж вряд ли будет распознан кем-то еще кроме того, кому он предназначен.
      Она слышала, как комната взорвалась от громогласного мужского смеха за ее спиной, пока она медленно шла по коридору, слышала, как зазвенели стаканы после произнесенного тоста. Но ей было все равно.
      Ирма остановилась в коридоре станции, там, где он был частично прозрачным. Отсюда открывался потрясающий вид на мерно плавающие в вакуумной колыбели планеты. Облака в их атмосфере сверкали от яркого света местного солнца, а повсюду горели разноцветные звезды. Она любила эту красоту космоса, от которой у нее с самого детства по коже пробегали мурашки. Влекомая сверкающим саваном Вселенной с самого раннего возраста, с коего девочки начинают мечтать о платьях принцесс и принцах, Ирма мечтала рассекать вакуум на своем корабле. Мечта сбылась. Только немного не в том русле. Ирма совершенно не хотела пилотировать боевые корабли.
      Но беспощадная судьба занесла маленького пилота именно на поприще наемника. Она испытывала жуткое эмоциональное истощение после каждого боя, потому почти все в корпорации и считали ее тихоней - подчас она и вовсе переставала как-либо эмоционально реагировать на все происходящее. Об этом знали лишь двое: сам Тим, с которым она провела бок о бок очень много времени, и ее товарищ, который ее, собственно, с капитаном и свел. Ирма очень хотела бы понять, что и в какой момент пошло не так, почему она оказалась в гуще схваток. Девушка облизнула в задумчивости тонкие искусанные губы. На покрытом светлыми веснушками лице мелькнула тень скорби.

- Ирма? - раздался за ее спиной голос Тима. - Почему ты ушла?
- Я... - она растерялась. Что ответить? Потерзавшись в лихорадочных раздумьях несколько секунд, Ирма все же решила озвучить истинную причину своего ухода. - В общем, мне стало там неуютно. Ты же знаешь, я в компаниях не очень... Я почувствовала себя неловко, вот.
- Почему? - с искренним недоумением спросил капитан, делая еще шаг навстречу Ирме. До сих пор он держал дистанцию, но потом, глядя на ее печальное лицо и вспоминая это мимолетное прикосновение за столом, стал потихоньку сближаться с ней. После секунд тридцати неловкого молчания Тим снисходительно улыбнулся, будто резко все поняв, аннулируя таким образом последний свой вопрос, и встал за спиной Ирмы, грустный взгляд которой продолжил блуждать по сверкающему триллионами звезд вакууму. Разница в росте позволяла капитану легко обнимать ее хоть за плечи, хоть за талию, хоть под руки, не встречая никакого сопротивления, чем он и воспользовался, бережно обвив руками ее щупленькую фигурку. Она лишь тихонько вздохнула и прикрыла печальные зеленые глаза, удобно устроив голову у Тима на груди. Тот немного вздрогнул, но не от испуга, а от какого-то внутреннего трепета и некоторого беспокойства за душевное состояние своей благоверной. Обычно у нее такой жест буквально кричит о необходимой эмоциональной защите. Капитан наклонился к лицу Ирмы и нежно ткнул ее носом в щеку. - Что случилось, моя родная? Тебя кто-то посмел обидеть?
      Девушка совсем закрыла глаза и чуть улыбнулась, обмякнув в объятиях капитана. Любое его прикосновение заставляло ее краснеть и таять от полученной нежности. Побалдев еще немного, она вдруг опомнилась: Тим же задал ей вопрос. Собравшись с мыслями, она тихо отозвалась:
- Нет, никто меня не обижал. Все в порядке.
- Но почему же ты тогда такая мрачная? Сильно устала? - с беспокойством поинтересовался капитан, в самом деле готовый нести ее до кровати на руках. Впрочем, такое уже было, только тогда Ирма была без сознания и сейчас решительно сей факт отрицает.
- Нет... дело не в этом, - девушка вновь тихо вздохнула и открыла глаза, устремив взгляд в глубины черноты космоса. - Послушай... У тебя бывало ощущение, будто ты совсем не тот, кем являешься на самом деле?
- Поясни, - попросил капитан, проследовав за ее взглядом. Он тоже находил вакуумные космические пейзажи по-своему красивыми и очаровательными, но не болел ими так, как Ирма. А возможно и болел, только как-то спокойнее, без такого фонтана эмоций.
- Как сказать... - замялась девушка, начав бегать взглядом от звезды к звезде, будто пытаясь там найти внятное отражение своего внутреннего состояния, будто ответ на вопрос "что со мной?" написан на той стороне стекла. - Мне кажется, что я делаю не то, что должна. Мне кажется, что я в какой-то момент свернула с маршрута и иду совсем не той дорогой, иду не туда...
      Возникла томительная пауза. Тим, предчувствуя долгий разговор, вздохнул, легко подхватил Ирму на руки, уселся прямо на пол и осторожно усадил девушку себе на колени, протянув одну руку за ее спиной. Она удобнее устроилась у него на плече и снова стала изучать мерцающий ковер из звезд и планет.
- Да, было, - голос Тима сделался печальным. - Я был в этом абсолютно уверен. Я тогда не был занят ровным счетом ни чем, кроме походов в сектора. Аж вспоминать противно, как я тогда жил, - поморщился, - я только и делал что пил, да в кости с ребятами играл. Ну и в картишки с 78-м. В общем, бестолку время тратил черт-те на что. Без цели жил. Даже не жил, существовал. Мне казалось, я свалился в какую-то яму. Вроде к успеху шел, а тут вдруг что-то произошло, и я оказался в такой дыре... - он покачал головой, а потом посмотрел в лицо лежащей у него на плече Ирме и будто разом оттаял от своих темных и муторных воспоминаний. - Ясно знал, что пошел куда-то не туда. Мне казалось, что я просто маленький мальчик во взрослом теле, угодивший в самую гущу событий...
- И что же изменило этот ход событий? - с искренним и добрым любопытством спросила Ирма, переведя взгляд широко раскрытых зеленых глаз на Тима. Тот только шире улыбнулся и бережно провел пальцами по ее в миг порозовевшей щеке.
- Ну а как ты думаешь? - капитан одарил свою благоверную милым поцелуем в лоб. - Твое появление перевернуло все с ног на голову. Когда я тебя впервые увидел, еще там, в кабинете... Конечно да, ты выглядела такой печальной и подавленной, я не могу до сих пор забыть тот твой тяжелый взгляд... Но во мне что-то переклинило. Для меня ты была, как глоток свежего воздуха, как будто я вспомнил, как надо дышать и вообще жить. Можешь отрицать это столько, сколько тебе влезет, но я помогал тебе лишь потому что ты была для меня безумно ценна, как человек. Я тогда даже не думал о любви и отношениях, забыл, как это, мне было важно, что на свете есть тот, кто всегда может меня выслушать, помочь в меру своих сил... - он тихо вздохнул и едва заметно прижал Ирму к своей груди. - ...и у меня так рвало душу то, как ты страдала...
- Ой, - Ирма аж скривилась от воспоминаний о зависимости и бесконечных ломках. - Не напоминай...
- Прости. Но в любом случае, я поставил себе цель: спасти тебя от этого недуга. Я наблюдал, как он медленно поглощал тебя и не мог допустить, чтоб ты пропала...
      Капитан прежде не говорил с Ирмой на эту тему так откровенно и непринужденно. Почему-то она считала ее запретной... Но судя по тому, как иногда срывался и вздрагивал его голос, он просто сильно волновался. Ну, как тут не заволнуешься, вспоминая, как тот, кого ты любишь, медленно угасал под натиском болезни, будучи не в силах больше с ней бороться. Видно было, как Тим помрачнел, словно пережив весь этот кошмар заново. Ирма даже испугалась. Немного замявшись, она протянула руку, дотронулась ею до щеки капитана и быстро залепетала, силясь словами удержать его от дальнейшего погружения куда-то в трясину мрачных воспоминаний:
- Но сейчас же все хорошо? Вот она я, жива-здорова, на тебе сижу. Я вообще не знаю, как тебя благодарить за мое спасение...
      Тим снисходительно улыбнулся и прижал раскрасневшуюся от смущения девушку к своей груди, бережно обняв ее хрупкое тельце. Он на самом деле страшно боялся переусердствовать и причинить ей боль своими объятиями, относился к ней, как к хрустальной. Кончено же капитан знал, что девчонка она крепкая, особенно его удивляло то мужество, с которым она переносила жуткие боли во время ломки. Но эти маленькие руки с тонкими длинными пальчиками казались ему такими нежными и утонченными, что даже слабо верилось в истинную причину извечной потертости на указательном пальце левой руки - кольцо на ручке штурвала. Маленькая ростом, слабая и хрупкая телом, но невероятно сильная своим духом, своей преданностью и любовью она очаровала его.
      В темноте сомкнутых век промелькнули одно за другим воспоминания о том, как Ирма сначала боролась с угнетающим ее горем, затем с депрессией, тянущей к ней свои черные руки, вот она изо всех сил сдерживает слезы во время ломки, а позднее она же за штурвалом с перебитыми ногами, вся в бинтах и пластырях, но счастливая...
      Ирма же особо не запоминала свои приключения, она отчетливо запомнила только то, что капитан всегда был с ней рядом, в любой беде. Именно он был всегда ее спасителем, ее защитником. Тем, кто помог ей выжить и пережить весь этот ужас, снова стать обычным человеком, лицо которого часто озаряет счастливая улыбка, который рад своей жизни, рад тому, что он жив здесь и сейчас.
      В этих объятиях было что-то такое радостное, переполняющее чувствами, что по телу Ирмы побежали мурашки. Он резко осознала, насколько сильно она привязана к Тиму, насколько сильно она его любит. Кажется, если начать разматывать это чувство, как клубок ниток, конца ему не будет никогда. Нет, она обязано ему напомнить об этом.
       Девушка чуть подалась вперед, тихо вздохнула и прошептала на ухо Тиму, хотя на самом деле от переизбытка эмоций хотелось кричать:
- Я тебя люблю.
- Я тоже тебя люблю, - ответил Тим точно так же тихо по схожей причине и уткнулся носом в шею Ирме, при том тихо и умиротворенно засопев. Немного помолчав, он вдруг заявил: - С тобой я могу быть таким, какой я есть, и ты всецело принимаешь меня таким. Я счастлив с тобой, Ирма.
      Она на миг задумалась о том же самом - а ведь действительно, рядом с Тимом ей не нужно скрывать своих эмоций, она может смеяться и плакать так, как этого требуют бушующие эмоции. Они говорят обо всем, обязательно вместе, если кому-то из них необходимо немного любви и понимания или поддержки. Вот они сейчас сидят прямо на полу, обнимая друг друга, совершенно притом позабыв о недавних событиях - жестоком бое и буквально выцарапанной зубами и когтями победе. Не в этом ли истинное счастье, когда наедине с любимым забываешь обо всем, что тебя тревожит или гнетет? Именно в этом. И еще в миллионах других мелочей, которые обеспечивают полное взаимопонимание, так жизненно необходимое при построении серьезных отношений.
      

Как бы оно ни было, сейчас оба они безмерно счастливы.