Дочь?

Беспокойство по-прежнему мучило шерифа. Он проснулся и проведя рукой по пустой половине кровати, тяжело вздохнул и встал. Желание идти на работу, есть и вообще что-либо делать не было. Все равно выпив чашку горького кофе, капитан вышел на улицу. Он повторно попробовал дозвониться до своей жены, но вновь услышал короткие гудки, сброшенного звонка. Поборов свое нежелание, Киллиан отправился в место, куда ходили наверное все жители города, и где без проблем можно было узнать какую-либо информацию. Место, где зарождаются все слухи — кафе «У бабушки». Народу было полным полно, поэтому каждому новому посетителю оставалось только сидеть на улице под небольшим дождиком. Но наш пират пришел сюда ведь не для того, чтобы завтракать. Почти сразу у барной стойки, шериф наткнулся взглядом на недовольно ковыряющего яичницу в своей тарелке, Лероя. Сжав руку в кулак, Джонс целенаправленно пошел к нему. Рядом сидящий посетитель, заметив серьезное лицо шерифа, решил, что сидеть под дождем не так уж и плохо, и забрав с собой поднос, ушел из помещения. Капитан воспользовавшись случаем присел рядом с гномом, устремив глаза в его тарелку. — Ворчун, уверен ли ты, что видел Эмму у въезда в город? — спросил мужчина, обращаясь к гному, который продолжал пилить взглядом яичницу, не обращая внимания на пирата. — Это не мое дело, — пробурчал тот, наконец отодвинув свою тарелку, и стараясь как можно быстрее выйти из кафе, но капитан ему этого не позволил. — Я видел жёлтый жук и все, — попытался отвязаться Лерой, и задумавшись Киллиан и сам не понял, что отпустил руку гнома. А тот уже успел выйти, оставив после себя только грязные салфетки и недоеденную яичницу. Капитану не хотелось верить в сказанные слова. Эмма была не из тех девушек, кто вот так просто сдастся. Он верил, что она готова его простить и не уехала из города. Он сам пробрался к ее сердцу, разрушив стены, защищавшие ее десятки лет от предательства. Он конечно не мог считать свой поступок равным с изменой, но понимал, что вранье выглядит также неприятно и больно. И теперь она снова воздвигнула эти стены. Кивнув бармену, чтобы тот налил шерифу что-нибудь покрепче, мужчина перебирал все варианты, куда могла уехать Эмма. Но его мысли прервала Реджина. Она схватилась за его руку, в панике посмотрев на капитана. Немой вопрос он тут же понял, поэтому женщине даже не надо было что-то говорить. Видимо она услышала часть разговора с Лероем о лучшей подруге. — Мне интересно, где все время была ты? — грубо спросил пират, явно недовольный происходящим. — Скажи-ка, что заставило ее покинуть город? — королева тоже не сдавалась, предполагая основную причину, из-за которой Эмма могла поступить так, даже не задумавшись. — Я не хотел, чтобы она уехала, — признался пират, пытаясь хоть как-то оправдаться. Перед родителями Эммы он был готов признаться и честно заслужить свое отношение к себе, но с королевой становится во всем виноватым не хотелось совсем. Тем более, что она по-прежнему не слишком сильно ему доверяла и как и многие желала бы своей подруге пару лучше. Но при этом уважает ее решение и каждый раз старается вести себя с шерифом по-доброму. Когда дело не касается, конечно, пропажи Свон. — Было бы удивительно, если бы ты этого хотел — огрызнулась Реджина, испепеляя взглядом капитана. — Будете что-то заказывать? — присоединилась к разговору официантка, стараясь отвлечь шерифа и королеву, чтобы те не подрались прямо здесь и сейчас. К слову на пару секунд это подействовало. И отцепившись от куртки Крюка, Реджина заказала себе обед. Киллиан же, воспользовавшись таким случаем вышел из кафе. Узнать ему толком ничего так и не удалось. Уезд Эммы только подтвердился и теперь капитан был совсем загнан в угол. Неужели из-за ссоры с мужем, она готова все бросить и уехать из города. Бросить родителей, подруг, а главное Генри, который кстати еще не в курсе. И первым делом пират решил встретить его из школы, чтобы тут же обо всем рассказать. Он не представлял как поведет себя сын Спасительницы, но скрывать что-то от него было слишком глупо. Тем более, что он должен ночевать сегодня в их доме. Реджина стояла у барной стойки, рассматривая меню на столе, пока ее заказ грелся в микроволновке. Она думала о своей подруге. Ей вспомнились все прошлые годы, проведенные вместе. Как они не ладили, но потом Эмма и их общий сын заставил Злую королеву изменится и почувствовать, что значит любовь. Погрузившись в воспоминания, она едва услышала до боли знакомый голос, который благодарил за заказ. Реджина встряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок и забрала уже свой готовый поднос. Но следующая картина заставила ее практически уронить содержимое подноса. Напротив нее, копаясь в своем телефоне и держа в одной руке поднос с едой, присаживалась за свободный столик Эмма. Со стороны нельзя было сказать, что она грустная или злая. Эмма, как Эмма, что немного напрягло королеву. Темноволосая осторожно подошла к столику, пока ее подруга печатала что-то в телефоне. Она подняла свои глаза, чтобы утащить со стола кружку с кофе и застыла. То ли от страха, то ли от чувства вины перед своей лучшей подругой. Ведь ей она даже слова не сказала, когда между ними с Крюком произошла ссора, а так не должно было быть. И больше всего блондинка боялась того, что Реджина начнет ее отчитывать. — До меня дошли слухи, что ты покинула Сторибрук, — с возмущением произнесла королева, но в ее глазах можно было заметить огромное облечение, ведь ее подруга все-таки некуда не делась. — Я хочу, чтобы так думал Киллиан, — призналась блондинка, откусывая кусок котлеты, — возможно, у нас уже ничего не выйдет. — Что произошло? — нахмурившись спросила Джина. — Долго объяснять, — отмахнулась Эмма, делая глоток кофе. — Я никуда не спешу, — настаивала подруга, внимательно следя за эмоциями Спасительницы. Эмма рассказала все от начала до конца, периодически при этом останавливаясь, чтобы поесть. Ее подруга даже не притронулась к еде. По ходу всего рассказа Реджина не могла определится, кого все-таки надо винить. Она однозначно была за сторону Эммы, но капитана винить тоже не могла, так как он вполне логично не рассказал все своей супруге. По-любому все началось с маленькой девочки, которую к слову Эмма еще ни разу не видела. Той, которая ворвалась в их семейную жизнь, разрушив мир и спокойствие. Но теперь блондинка была спокойна, поскольку помимо ее родителей, которые так и настаивали на примирение ее с шерифом, с ней была еще Реджина, которой она могла выложить все свои чувства и пережитые моменты. Которой она доверяла больше, чем самой себе.