Подходит.

Сирень цветёт в мае, перескакивая и минуя ещё и пару дней июня. Сирень пахнет порохом и чем-то приторно сладким. У сирени пьянящий запах. Даже когда она лишь узор на чьёй-то руке или нежный оттенок в глазах. Но он ненавидел сирень, что цвела в мае, пахла весной и распускалась пышной безвкусицей на левой руке. Невянущие цветы, от которых более чем тошно. Он носил мягкие шарфы, читал Брэдбери с Достоевским, закусывая их Пушкинским Петербургом, пил чай с мёдом по утрам, а вечерами предпочитал что-то покрепче. Исправно учился, смотрел хоккей по пятницам и хотел научиться тайскому боксу, когда появится свободное время. Когда сирень на руке завянет, и её запах выветрится из лёгких. Как страшный сон забудется то время, когда дышать он мог только ею. Подслащённым порохом и пустыми надеждами. И человек-подсолнух, у которого вся рука солнечная-солнечная, а улыбка стоит не меньше миллиона, с радостью подождёт его. Он ждал год назад, ждал вчера и ждёт и сегодня. Цветок, распускающийся под солнцем, тянется к нему всю жизнь. А сумеречная сирень, от которой повевает прохладой, робко томится в тени. Узоры на руках не имеют похожего в нежно-сиреневом и золотисто-жёлтом. Не идеальны. Без шансов на пересечение. И только пальцы рук неуклюже переплетаются, связывая их сильнее игривой сирени, что цветёт где-то в мае, и солнца июня-июля. Такие цветы не завянут. Нет смысла ждать невозможного. И человек с лиловым под светлым кружевом длинных ресниц понимает это гораздо лучше, чем нелепый подсолнух под тканью спортивной куртки. Таких чудес не бывает. Но руки они разжать не готовы. Даже если на смертном одре их будут сковывать этими разными, что цветут один за другим в летний зной. Потому что рядом ещё не мазнула чужая рука с таким же лиловым букетом, и не блеснул золотым вихрастый подсолнух. Год за годом сирень заплетается с солнечным. И глупость полнейшая ждать чего-то другого. Причудливый букет привлекает внимание, но им как-то всё равно. У них хоккей по пятницам и тайский бокс по субботам. И пальцы всё также сплетённые. Хоть рядом давно и маячит такой же подсолнух, а где-то на этаж выше живёт кустистая сирень. Потому что ждать идеального можно вечность. А можно делить её с солнечно-солнечным. Есть мёд по утрам и считать звёзды на небе, мечтая о космосе. Сирень цветёт в мае-июне, а подсолнух июле-августе. Но день за днём они идут рука в руку, минуя лето. Золотистый подходит лиловому как нельзя лучше.