Dirty deeds

      В этой комнате, независимо от времени суток и погодных условий за окном, всегда царит полумрак. Окна всегда занавешены шторами из плотной тёмной ткани, интерьер не предполагает наличие других цветов, кроме оттенков черного и белого. В воздухе всегда витает запах мускатного шалфея в сочетании бобов тонка, кедра, амбра вперемешку с табаком и... Ещё что-то, но именно так пахнет дерзость, ум, бескомпромиссность, сила и интеллигентность в одном флаконе. Эти качества делают любого мужчину сексуальным и желанным, и именно эти человеческие черты отражаются в личном запахе этой комнаты и её обладателя – Гарри Стайлса. Атмосфера этой комнаты и её детали навсегда врезаются в память каждой девушки, которая, волей случая или нет, побывала здесь. Даже если с годами она забудет запах, обстановку: где и что стоит, сколько комнат, мелкие детали интерьера; даже если она забудет нюансы во внешности хозяина этого дома: цвет глаз, волос, тембр голоса; то те ощущения, общую атмосферу квартиры, она не забудет никогда.

POV Aria

      Мои внутренние часы говорят мне, что я уже давно опоздала на первую пару. Что я давно должна была встать и сделать все утренние процедуры, но я продолжаю лежать в мягкой и теплой постели. Просто нет сил открыть глаза. Я не в своей квартире, это я могу понять по запаху, который витает повсюду в течении времени, потраченного мною на то, чтобы проснуться. Я не знаю, как описать этот запах, но я его раньше уже встречала. В эту же секунду я вспоминаю все события вчерашней ночи и, конечно же, самого обладателя этого запаха. От быстрого потока информации голова начинает немного кружиться и сильно болеть, а во рту суше, чем во всех пустынях мира вместе взятых. Именно жажда заставляет открыть глаза и начать искать поблизости стакан, а лучше бутылку с водой. На прикроватной тумбочке стоит чей-то стакан с недопитой водой. Времени думать о гигиене совсем нету, моя жажда всё сильнее. Когда я осушила стакан, стало намного лучше, не идеально, но лучше. К моему удивлению, глаза оказалось открыть проще, чем я думала, и всё благодаря тому, что в комнате мрак. Слишком темно для утреннего или дневного времени суток. Я всё ещё была сонной и поэтому мне хотелось встать и пойти на поиски душа. Но сперва нужно открыть занавески и впустить немного света в помещение, что я и сделала. Стоило лучам света проникнуть в комнату, как мне пришлось услышать порцию отборной брани: — Твою мать, сука, зашторь окна обратно, немедленно! — закрывая глаза ладонью, прокричал Гарри. Я немного испугалась грубого тона голоса, который раздался слишком неожиданно в тишине, поэтому тут же закрыла окна и комната вновь погрузилась во тьму. — Так-то лучше... Никогда не открывай эти шторы раньше пяти вечера, я терпеть не могу свет в помещениях, —сонным голосом, который становился все тише и тише, произнес парень, засыпая. Я очень люблю светлые помещения и естественный свет, не понимаю, как этот парень живёт в постоянной темноте.       Когда я нашла ванную комнату и включила свет, я обнаружила, что она такая же черно-белая. Всё стильно, но сочетание чёрного и белого меня очень угнетает. Не долго думая, я приняла душ, смыла с лица вчерашнюю косметику, а с тела не только все запахи вчерашней ночи, но и ужасные прикосновения того парня. Я уже забыла его имя, но то, что он пытался сделать, я не забуду никогда. Через пару минут я вышла из душевой и взяла чистое полотенце в гарнитуре для ванной. Выбор был невелик: они все были идеально белые и махровые. Гарри явно помешан на этих двух цветах. Позже я надела ту же футболку, что дал парень и вернулась в комнату.       Гарри до сих пор спал. Если бы я не знала, что он может быть очень грубым, нахальным, испошленным и самодовольным, я бы сейчас подумала, что передо мной самый невинный человек, которого я когда-либо встречала. Мышцы расслаблены, выражение лица умиротворённое, отчего он казался невинно-милым с виду. Но это только с виду, я знаю. Делать было нечего, от мысли о еде меня начинало тошнить, поэтому я легла рядом и какое-то время просто смотрела, как он спит. —Ну что за розовые сопли, прекрати на меня смотреть, — пробубнил Гарри и повернулся ко мне спиной. Я наигранно нахмурилась и тяжело вздохнула. Он всегда самодовольный и нахальный, хоть пару минут можно же насладиться приятной стороной его личности, пусть даже в спящем режиме? Я поднялась на колени и попыталась развернуть его обратно к себе лицом. С большим трудом мне это удалось. —Ну что ты от меня хочешь? Если сама проснулась, не мешай другим спать. Родители в детстве об этом не говорили? — его голос уже не был таким сонным, отчего я сделала вывод, что он просыпается. Осталось ему только помочь, иначе, если он уснет, я умру от скуки. — Нет, родители мне такого никогда не говорили. А ещё мы с тобой проспали, как минимум, две пары, так что предлагаю поспешить на третью, — сработало! Он мгновенно открыл глаза и начал всматриваться в мои, видимо пытаясь понять, шучу ли я. Потом он покрутил пальцем у виска и обратно повернулся спиной ко мне. —Ну же, мне скучно! Мой вчерашний спаситель, повернись ко мне, — парень раздосадованно вздохнул, но всё же развернулся ко мне лицом со словами, что очень не любит видеть по утрам девушек в своей постели, потому что мы начинаем шуметь и на это находится сотни и тысячи причин. Его слова мне показались забавными и вызвали улыбку.       А у него тело довольно в неплохой форме: хорошо накачанная грудь, а также плечи и руки. Верхний пресс очень хорош, но с нижним и боковым нужно ещё поработать. Я сделала заключение, что в целом его тело очень эстетично. Он заметил мой взгляд, который пару минут не отрывался от его тела и усмехнулся. — А моя очередь смотреть скоро? — и вновь эта ухмылка на лице. Его вопрос был очень неожиданным, что заставило меня смутиться. Я хотела что-то ответить, уже набирала в легкие побольше воздуха, но ничего такого же едкого не приходило в голову. Он засмеялся, отчего я начала злиться и сжимать ладони в кулаки. Когда Гарри прекратил смех, он уже было хотел встать с кровати и пойти в душ, но мне пришла в голову мысль: — Тебе вне очереди, — с этими словами встаю с кровати и стягиваю футболку с тела, оставаясь в одних трусиках. Он явно не ожидал такого поворота событий, но его удивление быстро сменилось на хищный взгляд. На секунду в голове всплыло воспоминание вчерашней ночи и сердце пропустило тревожный удар. Взгляд того парня... Он был таким же, хищным и животным. На секунду, всего на секунду вернулся тот страх, но мне удалось быстро взять себя в руки. Я не заметила, как Гарри подошел почти вплотную и положил свои руки по обе стороны бедер. Моя реакция не заставила себя долго ждать. Слегка отталкиваю его и отхожу на пару шагов, надевая обратно футболку. — Подразнить меня решила, значит? — хищный взгляд всё ещё присутствует на его лице и он вновь начинает подходить ближе, а я, соответственно, отходить. Где-то глубоко внутри закрадывались нотки страха, но мой разум мне говорит, что Гарри ничего плохого мне не сделает. Это успокаивало, поэтому мне удавалось отвечать на его инстинкт хищника игривостью. Ещё шаг назад и я падаю на кровать, а он тут же нависает сверху, начиная поглаживать бедро, а после талию. Это по-прежнему игра, поэтому с той же игривостью отрицательно качаю головой в ответ на его поглаживания и показываю средний палец прямо перед его носом.       Он усмехается, но резко убирает руку и отходит от меня со словами: — Как хорошо, что я, в отличие от Адриана, не педофил.Ты меня не интересуешь в плане секса. Не выросла ещё, чтобы заниматься взрослыми делами, — последние его слова звучат с ноткой издевки, насмешливо, но я не успеваю ничего ответить, так как он уже выходит из комнаты, оставляя меня одну.

Конец POV Aria

POV Harry

      После душа надеваю легкие домашние шорты и иду на кухню. Вроде бы там я оставил неразобранные коробки с юридической литературой, которую я захватил с собой из Лос-Анджелеса. Пары мы проспали, на день я ничего не планировал, никто не звонил, а значит есть время заняться её научной работой. Чёрт, как я мог подписаться на это? В который раз я задаю себе вопрос. Слышу легкие шаги позади себя. — Ого, сколько книг! Ты, оказывается, иногда учишься? — обходит меня и приближается к подоконнику, где, собственно, и лежат книги, которые она начинает рассматривать и листать. Я промолчал в ответ и начал готовить завтрак: достал из холодильника бекон, пару-тройку яиц, зелень, чеснок и томаты. Я давно уже ничего не готовил сам, с этими обязанностями справлялась моя домработница, поэтому первые два яйца не удалось удачно разбить, а потом я и вовсе порезался, когда нарезал ломтики бекона. Но, с горем пополам, завтрак был готов. Я выложил яичницу на большую тарелку, нарезал томат, хлеб и поставил на стол, положив рядом две вилки и небольших столовых ножа. — Мы будем есть с одной тарелки? — услышал я брезгливый тон Арии и обернулся. Она смотрела с таким выражением лица, как будто я предложил ей самую безумную в мире идею и она ей на все 100% не нравится. — Да, потому что я не люблю мыть посуду, особенно, когда её много. Поэтому я буду рад, если на одну тарелку будет меньше, — она немного поморщилась и закатила глаза, но ничего не сказала в ответ. Через пару секунд она достала себе чистую тарелку и часть яичницы выложила себе на тарелку. — Не беспокойся, я вымою посуду, — мой рот был занят едой, поэтому я пожал плечами в знак того, что мне относительно всё равно, кто будет мыть посуду. Это так странно, раньше вопросов бытового характера у меня никогда и ни с кем не возникало, особенно с девушками. Обычно они приходили ко мне ночью, а наутро уходили без завтрака, без обмена телефонами и даже без разговоров. Сейчас совсем нестандартная ситуация для меня.       Наш совместный прием пищи прошел без разговоров, после я оставил тарелку в раковине, захватил с собой пару книг и вышел из кухни. Девушка что-то возмущенно мне сказала вслед, но я не расслышал, да и желания особо не было слушать её недовольства.       В комнате с трудом нашел ноутбук, который, по каким-то непонятным причинам, лежал в моей гардеробной. Пока открывался Word, я думал над темой будущей научной работы. Почему-то была уверенность, что девушка даже не думала, о чём будет писать, а я не хочу сильно напрягаться и что-то дополнительно читать, поэтому предложу ей что-нибудь из корпоративного права. Через пару минут в комнату вошла Ария и села рядом, заглядывая в книгу в моих руках. — Ты хочешь сесть за мою, точнее нашу, научную работу? Я ничего не знаю по предпринимательскому праву, у меня не настолько узкая специализация, — её аргумент совершенно не аргумент для меня. Если не знает ничего, значит будет что-то знать. Через пару минут я отрываюсь от страниц учебника и поворачиваюсь лицом к девушке. — "Правовые основы деятельности организаторов торговли", "Обязательства в коммерческом обороте", "Договорное посредничество в торговле" – выбирай тему своей работы. Мне плевать, знаешь ты коммерческое право или нет, его знаю я, научный руководитель тоже я, а значит отталкиваемся от моих знаний, — прежде чем она выбрала тему, я успел выслушать её мнение касательно меня, моего подхода работы. Девушка сделала заключение, что я нахальный мудак, который пытается облегчить себе ситуацию, в чём она была совершенно права, но говорить об этом я не стал, дабы не нарываться на дальнейшие пререкания. В итоге она выбрала самую первую тему. — Лови книги, вся информация там, тебе осталось только найти и выучить, всё очень просто. Будут вопросы — зови,—пока я искал нужные документы по всей комнате, мне пришлось слушать её очередные возмущения: —В смысле, зови?! А ты разве не обязан мне объяснить какие-то основные темы? Наметить план нашей работы?Участвовать в процессе её написания? Я даже не знаю с чего начать! Это совсем далекая от меня сфера! — я пытался не вслушиваться в её эмоциональные слова, иначе бы я начал смеяться. А чего она ждала? Неужели думала, что я буду ей разжевывать и тщательно отслеживать всё? ... О, вот они! Наконец я нашел эти жалобы и заявления. Взяв нужную документацию, прежде чем уйти, решил пояснить ей некоторые моменты, пока не началась истерика: — Прежде чем начать писать работу, ты должна обладать знаниями, у тебя их нет, значит тебе нужно что-то выучить, хотя бы азы коммерческого права. Я дал тебе учебники — изучай. Когда будут знания, тогда будешь знать сама о чём писать, а если знаешь о чём писать, значит, я тебе не нужен. Гениально, правда? — мой сарказм она не оценила, что-то пробубнила себе под нос и открыла книгу. Тяжело вздохнув, я присел рядом с ней на кровати. — Ладно, давай так. Ты начинаешь читать, как только что-то непонятно, тыкаешь в книгу и я объясняю. Сойдёт?— она с улыбкой мне кивнула и каждый занялся своим делом. Но перед этим я назвал ей темы, которые она должна прочитать в любом случае и набросал пункты её будущей работы. Когда девушка наконец отстала от меня, я занялся жалобами, поступившими на компанию моего клиента в отцовской фирме.

Конец POV Harry

      Пять часов вечера. Парень, в положении полулежа продолжает составлять ответы на жалобы. Иногда ему приходится звонить своим клиентам для уточнения некоторых деталей, а девушка, сидящая рядом, страницу за страницей изучает материал учебников. В комнате стоит приятная, никого не напрягающая тишина, лишь изредка можно услышать шелест страниц или же голос Гарри, когда он разговаривает с кем-то по телефону или же объясняет в очередной раз что-то непонятное для девушки. Иногда, отрываясь от учебников, Ария тихонько поглядывала на Стайлса, наблюдая за его действиями. Он, хоть и неосознанно, тоже обращал на неё взгляд при малейших телодвижениях. С момента отработки в университете прошло пару дней, но это время дало Арии новые знания о парне, сидящем рядом. Уже второй раз они остались наедине. И если в первый раз тишина тоже не напрягала, некий дискомфорт всё же был, потому что совершенно молодые люди ничего не знали друг о друге. Сейчас же Гарри имеет представление о Арии, как о человеке, о её качествах и характере так же, как и она о нём. И поэтому нету совершенно никакого напряжения. Она знает, что он нахальный, самоуверенный, наглый и в какой-то мере эгоистичный человек, но когда вспоминает положительные моменты, произошедшие за пару дней, минусы становятся такими невзрачными на фоне его плюсов. Гарри же... Он очень проницательный человек, поэтому ему не составило труда понять, что из себя представляет эта девушка. И самый главный вывод, который он сделал за пару дней – она ещё ребёнок. Да, она умна, рассудительна, всегда есть личное мнение и ее отношение к нему отличается от того, как ведут себя другие девушки. Но при этом она ребёнок, за которым нужно присматривать, чему-то учить, объяснять. Это немного утомляет, но не напрягает парня. — Почему договоры поставки товаров и договоры купли-продажи схожи? — раздаётся голос девушки и Гарри откладывает очередной документ, чтобы посмотреть в книгу, куда она указала пальцем. Через пару секунд он отрывает взгляд и возвращается к своим делам и, будто машинально, произносит: — Потому что у них есть основные признаки, такие как передача товара покупателю, который обязуется оплатить поставленный ему товар, то есть договор носит такой же двусторонний характер. Отличительным признаком будет являться то, что стороны договора поставки являются профессиональными предпринимателями, — не услышав никакого ответа от девушки, кудрявый парень поворачивает голову в сторону сидящей девушки и всматривается в её глаза. — Понимаешь? — Ария в ответ неуверенно кивает, но Стайлс по её взгляду понимает, что она лжет. Тогда парень откладывает бумаги и, не отрывая взгляда от девушки, пытается дать более точное разъяснение: — Ну смотри. Поставщик занимается производством товара с целью продвинуть его на рынок, то есть перепродать его покупателю. И в отличие от предпринимателя-покупателя, поставщик-предприниматель продает товар не для личного, семейного или домашнего использования.То есть поставщик занимается только производством и оптовой продажей.Так понятнее? — Ария наконец поняла сказанное и с улыбкой кивнула, вернувшись к чтению.       После этого небольшого разъяснительного разговора, между ними больше не происходило никаких бесед ближайшие пару часов. Где-то к восьми Гарри наконец разобрался со всеми рабочими делами и решил позвонить отцу. С момента отъезда из Лос-Анджелеса они ни разу не разговаривали. Гарри хотел привстать, чтобы поискать телефон на своей кровати, но голова девушки на плече не позволяла. Ария уснула в процессе чтения. Усмехнувшись, парень убрал учебник с коленей девушки, отодвинул макбук и аккуратно уложил её на поверхность кровати. Где-то в складках простыни он смог вскоре найти телефон. — Здравствуй, Гарри. Пропал ты куда-то, не звонишь совсем и не пишешь. Как дела у тебя? — голос отца показался Гарри уставшим и немного грубоватым, впрочем, как и обычно. Вопрос был совершенно простым, но Стайлс-младший не совсем понимал, о каких конкретно делах папа спрашивает. — С учёбой.всё в порядке, с жалобами и заявлениями я тоже вот только разобрался. Всё отправлю тебе чуть позже факсом, а копии кину на электронную почту. Как дела у тебя? Мама не звонила? — Гарри в это время сложил все бумаги в одну стопку и положил на прикроватную тумбочку. — Мать мне звонит, ты и сам это прекрасно знаешь. Так же, как и то, что я спрашиваю у тебя далеко не о делах на работе и учёбе. Как у тебя с той девушкой? — тон голоса Десмонда Стайлса резко сменился, стал значительно жестче и суровее. Гарри вздохнул и, немного потирая глаза пальцами, ответил: — Это всё не так быстро, пап, над этим я работаю, — общими фразами отвечал Стайлс, переживая, что Ария может услышать тему разговора сквозь сон. Они ещё какое-то время поговорили. Гарри объяснил, что Ария не из тех девушек, которым достаточно что-то подарить, куда-нибудь сводить и переспать пару раз, чтобы она выдала всё на тарелочке с голубой каемочкой. И, конечно же, этот разговор происходил уже подальше от ушей спящей девушки. Через определённое время парень услышал какие-то звуки из его комнаты, а позже и шаги.       Ария не успела ступить ногой в коридор квартиры, как резко испугалась приглушенного голоса парня и сидящего силуэта на полу. Тяжело дыша и держа руку на груди, она отыскала выключатель и включила свет.

POV Aria

      Я проснулась в пустой комнате. Где это Гарри? В горле стояла неприятная сухость и очень хотелось пить. Это, собственно, и побудило меня направится за водой. В коридоре кромешная тьма, но я решила не включать свет, ведь за сутки успела немного освоиться у Стайлса дома. Неожиданно послышался тихий голос. Я не разобрала слов, но было настолько неожиданно услышать чей-то голос, что сердце пропустило несколько сильных ударов от испуга. Всматриваюсь в темноту и вижу чей-то силуэт. Я не сразу нашла выключатель, но когда включила свет, то увидела Гарри, сидящего на полу, облокотившись на обувницу. Он с кем-то разговаривал по телефону, но увидев меня, он как-то слишком быстро попрощался с собеседником и положил трубку. Я решила не придавать этому значения. — Всё в порядке? У тебя такой испуганный вид, — я даже не успела ничего ответить, так как парень встал и, подойдя ближе, положил ладонь мне на лоб. Убирала его руку, объясняя, что просто не ожидала увидеть его в коридоре. — Уже поздно, я через пару часов спать собирался. Ты останешься или домой пойдешь? — иду на кухню, попутно отвечая, что Анна мне писала о своём отъезде за город до завтрашнего утра, а ключи я оставила дома, поэтому в квартиру нашу я никак не попаду. Это была ложь, ключи я всегда с собой ношу. Может быть, спросонья моя голова недостаточно хорошо работала, но по каким-то причинам мне никуда не хотелось уходить. Наливаю себе воды в стакан и делаю пару жадных глотков. Гарри стоял рядом, оперевшись о дверной проем. Оторвавшись от, уже пустого, стакана, чувствую взгляд на себе. Пару секунд кудрявый всматривается в мои глаза, будто ищет какой-то ответ, но вскоре отводит взгляд и спрашивает, не хочу ли я пиццу. А кто не хочет пиццу? Он делает звонок в службу доставки, а я возвращаюсь в комнату. — Пиццу привезут через минут двадцать. Я закончил с работой на сегодня, может, посмотрим фильм или... Есть другие предложения? — я убираю учебники с кровати и поправляю простынь. Другие предложения? Да, есть и другие предложения. Я очень мало о нём знаю, поэтому хочется поговорить о чём-нибудь. Гарри очень умный и с правом он на "ты", но хочется знать что-то о нём и вне работы или учёбы. На моё предложение пообщаться, он усмехается и облокачивается на рядом лежащую подушку. Поправляю свою и поворачиваюсь к нему лицом, всматриваясь в его глаза. — Ну хорошо, о чём поговорим? Что ты хочешь знать обо мне? — с его губ не сходит усмешка. И если бы я не видела некой заинтересованности в глазах, то подумала, что он считает мою идею очень глупой. Хотя, кто его знает, может быть, он так и правда думает. Я спрашиваю его обо всём подряд: откуда и где он родился, о круге общения сейчас, чем увлекается, о его работе на данный момент. Он задумывается, смотря куда вдаль, но позже возвращает взгляд на меня и начинает рассказывать, устраиваясь поудобнее. — Родился, вырос и планирую жить после Гарварда в Лос-Анджелесе, мой отец владелец крупной юр.компании. Я думаю, ты это и сама знаешь, а также о вечных перепалках наших отцов, поэтому не вижу смысла говорить о том, что и так известно. В том числе и о том, что работаю я на компанию отца корпоративным юристом. Мои родители в разводе, мама замужем уже много лет, а у отца нет постоянной женщины, — а теперь моя очередь усмехаться. Видимо, непостоянность перенял от отца. На высказанное мною предположение Гарри начал посмеиваться, но позже продолжил рассказ: — Может быть, это прозвучит странно, но как таковых друзей у меня нет. Много знакомых, много приятелей и товарищей, но друзей близких... С натяжкой могу назвать Луи близким другом. Не знаю, никогда не зацикливался на этом вопросе. Увлечения? Все виды развлечений, какие только можно найти в этом мире, ну и музыка. Отлично играю на гитаре и могу пару партий из произведений на фортепиано, давно уже не практиковался.       Было интересно узнать, что он не только играет, но и пишет музыку самостоятельно. Пообещал что-нибудь сыграть в другой раз. Гарри начал задавать похожие вопросы в ответ. И я рассказала, что тоже родилась в Лос-Анджелесе, приняв решение опустить конфликт между нашими родителями. Я мало что об этом знаю, но слова отца быть осторожной с Гарри резко прозвучали в моей голове в этот момент. Рассказала о том, что моя мать умерла в мои шестнадцать. Рак четвертой стадии никого не щадит, поэтому мы с отцом вдвоём остались, смерть матери ещё сильнее нас сблизила. Наверное, увидев в моих глазах печаль, Гарри ласково погладил по руке и позже перевёл тему. — Близких у меня не так много, всего два-три человека, среди них и Анна, остальные же – знакомые. В плане увлечений мы схожи с тобой, правда в музыке я точно не такой профессионал, как ты. Из ряда других увлечений могу назвать спорт, у меня КМС по легкой атлетике. Ещё я неплохо умею шить, хочу в будущем открыть свое ателье, — он внимательно меня слушал.Для меня было немного странно открывать его с такой стороны. До сего момента думала, что он не очень любит вести беседы с девушками.       Мы обсудили интересные для нас фильмы, оказывается, он тоже смотрит сериалы время от времени, поговорили о музыке и любимых направлениях в ней. Почему-то я решила подробнее рассказать о своей детской мечте стать швеей, показалось, что ему будет интересно. А потом рассказал о своей мечте. Он хотел стать музыкантом, певцом, и собрать свою собственную группу, но семейное дело и настойчивость отца заставила пойти в юриспруденцию. Но он всё ещё мечтает. Вскоре принесли пиццу и мы продолжали разговор за едой на кухне. — Гарри... Ты помнишь что-нибудь из сказанного мной вчера ночью?

Конец POV Aria

POV Harry

      За разговором с ней я не один раз ловил себя на мысли, что многое для меня впервые за прошедшие дни. Я впервые просто спал с девушкой без какого-либо сексуального подтекста, я впервые чувствую вину за что-то перед девушкой и, чёрт возьми, я впервые просто веду разговоры и узнаю девушку, просто узнаю её, как человека. Когда узнал, что у неё умерла мать и кроме отца никого больше нет, как и у него кроме неё, я понял, как сильно ошибся отец насчет своих слов, что Эдварду Митчеллу важна только его компания. Я долго переживал уход матери и развод родителей, так что, должно быть, чувствовала эта девушка, когда её мать умерла. Я по-дурацки погладил Арию по руке и ничего толком не сказал. Ну, вот совсем не умею я выражать чувства, даже когда они действительно есть. — Гарри... Ты помнишь что-нибудь из сказанного мной вчера ночью? — её слова будто эхом раздались в голове. Я не знал что ответить, немного замешкался. Я всё слышал, конечно слышал, но сам виноват в случившемся, и чувство вины покалывает где-то внутри, когда я каждый раз вспоминаю наше с Адрианом соглашение. — Я ничего не помню, наверное, я уже спал. Ты что-то говорила? — про себя я молился, чтобы она не решила повторить сказанное и мои молитвы, видимо, были услышаны. Когда увидел замешательство на лице девушки, как она потирает шею от легкой неуверенности, стало понятно, что сказанное она не повторит, постесняется. Ария бросила короткое "тогда ничего", и, чтобы избавить друг друга от неловкости, я предложил потихоньку готовиться ко сну. Время уже позднее, а завтра вставать на пары. Она кивнула и пошла в сторону комнаты, а я в душ.       Люблю прохладный душ перед сном. Он расслабляет тело, а потом ты ложишься в постель и накрываешь себя теплым одеялом. Думаю, именно ради этого ощущения я и принимаю душ перед тем как лечь спать. Через минут пять-семь выхожу из ванной и иду в комнату. Выключаю свет, зашториваю окна, чтобы солнечный свет не напрягал утром, завожу будильник на шесть утра, так как Арии нужно вернуться утром домой чтобы переодеться, и ложусь в постель. Она поворачивается ко мне, когда я ложусь рядом с другой стороны. — Я по утрам умираю от сухости во рту, принесёшь воды? Пожалуйста, — мы отлично пообщались и проведённые последние часы перед сном мне понравились, поэтому не хотелось грубить и портить момент. Было слишком лень включать везде свет, поэтому пришлось ориентироваться на ощупь. Это была плохая идея. В коридоре что-то задеваю ногой и это что-то падает с звенящим звуком, поэтому приходится включить свет. На полу вижу полураскрытый клатч Арии, который лежит на полу, а где-то рядом с дверью в душевую – ключи. — Значит, ключи дома оставила? — вопрос был тихий, риторический и адресован самому себе. Я с усмешкой поднял ключи и положил их обратно в сумочку.       Через пару минут возвращаюсь в комнату со стаканом воды, который ставлю рядом с кроватью. Я не стал ничего говорить о ключах, поскольку сделанный вывод, что раз она солгала о них, значит хотела остаться, доставлял удовлетворение. Но она ведь могла просто забыть о них, вчера она много выпила. Дабы разрушить сомнения, я пододвинулся к Арии ближе и проговорил: — Я не помню, что ты говорила вчера ночью, но помню, как всю ночь ты прижималась ко мне, — глубокий вдох, скованность и бегающий взгляд выдавали в ней смущение и напряжение одновременно. Провожу рукой по её талии под одеялом и пододвигаю к себе. — Ну же, иди сюда, — она немного сопротивляется. В любой другой раз я был бы рад этому, поскольку терпеть не могу нежности, но я никогда не откажусь от возможности ублажить свое эго. Моя рука продолжает двигаться вдоль её талии, поднимая футболку и продолжая проводить ладонью по теплой коже. Грубовато сжимаю бедро и продолжаю настойчиво пододвигать к себе. Мои руки уже хаотично двигаются по её плоскому животу, бедрам, задевая ягодицы. Ге решаюсь быть слишком настойчивым, поскольку это может спугнуть. Чувствую, как дрожит живот, а вскоре и всё её тело. Моё желание доставить удовольствие своему эго настолько взяло верх, что я было подумал, что она возбуждена. Если бы не её дрожащий голос, я бы предпринял более решительные действия. — Вчера я была пьяна, это была временная слабость, поэтому, пожалуйста, не надо, я не хочу, — её слова заставляют понять, что, наверное , я оказался не прав. Внутренности начала прожигать злость оттого, что, должно быть, она бы давно ушла, если бы вспомнила, что ключи у неё. Убираю руки от её тела и немного резко говорю в ответ: — Когда шел за водой тебе, случайно ногой задел твой клатч и из него выпали ключи. Так что можешь вызвать себе такси и возвращаться домой, — слышу короткий всхлип и вижу, как она встает с постели в поисках одежды. Понимаю, что девушка всё-таки уходит, поэтому беру телефон и вызываю такси. Она поспешно одевается, вижу, как дрожат руки, когда она пытается застегнуть платье. Делаю вывод, что она в очередной раз плачет из-за резких слов и моей грубости. Вскоре Ария выходит в коридор, а я встаю с постели и иду за ней. — Такси будет минут через пять. Будь так добра, закрой дверь за собой. И спокойной ночи, — вижу её красные от слёз щёки и вновь эти дрожащие руки, которые пытаются застегнуть застёжку на обуви. Я понимаю, что мне не стоит говорить резко, в своей собственной злости я виноват сам, но слова сами вырываются, почему-то что-то внутри меня хочет сделать ей больно. Я долго буду себя ненавидеть за это желание. — Надеюсь, однажды ты научишься думать не только своим членом, — я офигел с её слов. Хотя нет, даже не так. Я скорее не понял, при чём тут это. Но когда я хотел спросить и выяснить, к чему сказанное, входная дверь захлопнулась. Обуваю первое, что лежит на виду и выхожу на лестничную клетку, чтобы остановить и поговорить. — Постой, Ария, при чём тут секс? Я тебе говорил уже днём, что не собираюсь тебя трогать, — в ответ услышал лишь усмешку на сказанное, после она зашла в лифт и нажала кнопку этажа. От непонимания злость становится сильнее, поэтому сжимаю кулаки, пытаясь держать себя в руках, уберечь от необдуманных поступков. Вдох-выдох, ещё раз вдох... Вроде помогает. Возвращаюсь в квартиру и закрываю дверь.       Явно произошло какое-то недоразумение. Мне хотелось с ней поговорить и выяснить, объяснить, что она поняла не так или же я, может, что-то недопонял. Но девушка вряд ли сейчас захочет каких-то разговоров, я всё испортил и сейчас нет смысла что-то обсуждать. Ложусь в кровать, ставлю новый будильник и пытаюсь уснуть. В голове крутятся мысли, как и где пересечься завтра в универе, чтобы поговорить. Не успеваю решить этот вопрос в своей голове и засыпаю. Многие говорят, что одно слово может изменить всё в долю секунды. Я не согласен. На такое способна даже одна мысль.

Конец POV Harry.