Что видел Перси

Часть первая Февраль 1988 года Одиннадцатилетний Перси лежит в своей широкой кровати с задёрнутым пологом и плачет. Уже давно был отбой, и он только рад, что однокурсники спят, потому что просто не выдержит их расспросов, что случилось и откуда слёзы. Перси даже сам не совсем это понимает. Он знает лишь то, что ещё никогда не чувствовал себя таким запутавшимся. «Поверь мне, это не выход» Этим вечером он отбывал отработку у Снейпа за то, что убедил Саймона Денисона добавить чемерицу в зелье беспамятства, которое они варили, – это была месть слизеринцу за попытку на прошлой неделе поджечь галстук гриффиндорца. Перси часто недооценивали, видя в нем прилежного ученика, который всегда придерживается правил, но иногда он тоже мог дать отпор. Дома в тех нескольких проделках, автором которых он был, всегда винили близнецов, и Перси, вне всяких подозрений, наблюдал за последствиями своих шуток, скрывая усмешку за книгой. К несчастью, у Снейпа была манера незаметно приближаться к студентам сзади, поэтому он всё слышал и, что ещё хуже, зелье взорвалось прямо в лицо профессору. Три часа Перси чистил вонючие засохшие котлы – ходили слухи, что Снейп специально пачкает их каждый вечер, чтобы у него всегда было что поручить студентам на отработках. Но еще хуже липких и омерзительных котлов был сам зельевар. Перси вздрагивает: теперь он знает, о чём всё время думал его профессор. Мальчик натягивает одеяло на самый нос, теперь его всхлипы приглушает мягкая ткань. «Я последние месяцы только об этом и думаю, и сегодняшний день не исключение» Кроме «входите» и «начинайте чистить» Снейп ничего больше не сказал, и за всё то время, что Перси провёл в классе, профессор, казалось, ни разу не шелохнулся. Он сидел за столом, уставившись на стопку бумаг – наверное, сочинения студентов, – но за все время не перевернул ни одной страницы и ни разу не поднял головы. Со стороны это выглядело, по меньшей мере, зловеще, и мальчик с облегчением выдохнул, когда, наконец, закончил чистить котлы, и Снейп указал ему на дверь. Подгоняемый желанием быстрей оказаться как можно дальше от мрачного преподавателя, он почти выбежал из класса. И только оказавшись недалеко от входа в гриффиндорскую гостиную, Перси понял, что забыл мантию. Взмокнув от усердия, он её снял и повесил на спинку соседнего стула. Замечательно. Теперь необходимо её забрать, потому что у него было всего две мантии, доставшиеся ему от старших братьев, эту он забыл, а вторую отдал в стирку. Мальчик поспешил в подземелья, стараясь не попасться Филчу или его мерзкой кошке, ведь десять минут назад уже был отбой. Добравшись до класса зельеварения, он услышал голоса, доносящиеся из-за приоткрытой двери. Перси остановился, раздумывая, стучать или дождаться конца разговора. – …не верите, что я благодарен, да? – резким тоном спросил Снейп. Такого огорчения в его голосе Перси ещё никогда не слышал. Ответ собеседника зельевара напротив был спокойным и тихим. Но голоса говорившего Перси не узнал. – Нет, и точно не в следующем году! И вообще никогда! Вы не можете заставить меня передумать, – что-то в голосе зельевара было… не то. Перси не мог объяснить лучше и явно чувствовал, что ему стоит уйти и оставить дурацкую мантию в классе. Завтра во время завтрака он спустится в подземелья и заберёт её. Но вместо этого он наклонился ближе к двери, чтобы лучше слышать. – Поверь мне, это не выход. – Перси понял, что говорил директор. – Это единственный выход. Я последние месяцы только об этом и думаю, и сегодняшний день не исключение. – Северус, если тебя здесь больше не будет, то никому лучше ты этим не сделаешь. Снейп хочет уехать? Но, конечно же, так будет лучше! Да все студенты будут прыгать от счастья! Но Перси понимал, что Дамблдор не может сказать такое одному из преподавателей. Воодушевление от подобной перспективы накрыло его с головой, так что пришлось усилием воли заставить себя стоять на месте, и сделать несколько глубоких вдохов, чтобы не выдать своего присутствия. – Не смешите меня, – с презрением возразил Снейп. – Эти гады танцевать будут от радости, что от меня освободились, а мои так называемые коллеги тоже не слишком расстроятся. Альбус, посмотрите правде в глаза, никто кроме вас по мне скучать не будет. Гриффиндорец молча с ним согласился. Нельзя сказать, что он ненавидел или боялся профессора Снейпа, как его однокурсники, но точно скучать по нему Перси не будет. – Тогда что ты скажешь о себе? Тебе это тоже не поможет, – грустно сказал Дамблдор надтреснутым голосом, в котором, казалось, звучал весь опыт прожитых лет, отчего Перси стало совершенно не по себе. Взрослые говори о чём-то очень личном, и его здесь быть не должно. – Я вас прошу, – и в этих словах не было ни капли привычного яда. Перси сомневался, чтобы он или любой другой студент хоть раз слышали, как Снейп просил. – Я надеялся, что именно вы, как ни кто иной, поймёте меня. Я просто больше не могу, – очень устало, и, что странно, по голосу казалось, будто Снейпу больше лет, чем Дамблдору. При этом воспоминании у Перси вновь мурашки по спине бегают. Пока его, хвала Мерлину, не заметили, сейчас было самое время уйти отсюда. Но он не ушёл. – Вы не представляете, как это сидеть в этом классе с детьми, с их родителями, тётушками и дядюшками… – Северус… – Нет! Я по ночам спать не могу. Я… они приходят ко мне во сне! Иногда они со мной разговаривают. Чёрт, да некоторые из них всё ещё были детьми! – Если бы говорящий не был Снейпом, то Перси готов был поклясться, что мужчина сейчас заплачет. – Северус, ты сам тогда был почти ребёнком. – Это ничего не меняет. Тишина. Перси затаил дыхание, сердце колотилось с такой силой, что, он был уверен, его стук наверняка слышен в классе. – Северус, позволь мне помочь, – он никогда не слышал, чтобы кто-то из профессоров говорил таким мягким голосом. – Это не в ваших силах. Или настолько печальным. Опять тишина. Теперь звук шагов и шелест одежды. – Северус, ради меня. – Нет. Сейчас голоса звучали ближе друг к другу. – Сделай это ради меня. – Пожалуйста, не надо. – Ты мой друг, и ты мне нужен здесь, рядом со мной. – Нет, не нужен. – Северус. Голоса становились всё тише и тише, и Перси пришлось чуть ли не прижаться ухом к двери. – Я вас ненавижу, – признавая полное поражение, произнёс Снейп. – Спасибо тебе. Ты мне обещаешь? – Обещаю. – Пожалуйста, скажи это. Цедя слова, напряженным голосом зельевар проговорил: – Я обещаю, что больше не совершу попытки суицида. Теперь доволен, старый маразматик? Совершенно забыв о мантии, Перси отскочил от двери и понёсся прочь из подземелий. Теперь, час спустя из его глаз до сих пор льются слёзы. Он даже не знает, когда начал плакать или почему. Но, конечно, он плачет не из-за Снейпа – тот ему даже не нравится. «Северус, позволь мне помочь» «Это не в ваших силах» Он знает, что означает слово «суицид», и, может быть, он плачет, потому что ему больно, ведь в жизни всё должно быть по-другому. Такого не должно происходить ни с кем и никогда. Никого не должны посещать мысли о самоубийстве. В конце концов, ему всего лишь одиннадцать. И, может быть, это из-за странного ощущения, что кто-то же должен из-за этого поплакать, и почему-то, хотя он сам не понимает, откуда эта мысль взялась, Перси знает, что Снейп плакать не станет. Уже почти засыпая, всё ещё шмыгая носом, с мокрыми щеками, уткнувшись во влажную подушку, мальчик клянётся, что больше никогда не попадёт на отработку. Он никому не рассказывает об услышанном. |*|*|*| Октябрь 1992 года Перси патрулирует коридоры, как и любой другой староста и профессор Хогвартса в этот момент. Уже почти полночь, час назад деканы факультетов вызывали старост из спален, чтобы те помогли обыскать замок. Холодно. Перси устал и с большим удовольствием бы спал в своей кровати, но вместо этого должен искать боггарта, который убежал от неумёхи-профессора по защите, Локхарта. Ему никогда не понять, почему все девчонки сходят по нему с ума. Даже у Пенелопы есть в спальне его фотография – это ему её подружка рассказала. Перси сам видел, как райвенкловка каждый раз томно смотрела на профессора, окажись он поблизости. Гадость какая. Директор хочет, чтобы боггарт был найден до утра, во избежание неприятных сюрпризов для младших студентов. Сначала коридоры и классы, а если до завтрака его обнаружить не удастся, то необходимо будет обыскать гостиные и спальни. Перси надеется, что боггарта скоро найдут и, желательно, что не ему придётся иметь с ним дело. Юноша не знает, какой у него самый большой страх, – его класс изучал боггартов по книгам – и не имеет ни малейшего желания прояснять этот вопрос. Не очень по-гриффиндорски, да? Но он всегда считал, что бессмысленная отвага – несусветная глупость. Он не должен ничего доказывать: ни себе, ни кому-либо другому. Перси знает, что, в случае необходимости, он сможет быть храбрым. А всё остальное, вроде шуток, которые так часто устраивали младшие братья, – пустая трата энергии. Иногда он задумывается над тем, почему он оказался не в Райвенкло. Как бы там ни было, Перси должен сосредоточиться и быть внимательным, ибо он в любой момент может встретить боггарта, и на этот случай надо быть во всеоружии. Он поднимает палочку, на конце которой тускло мерцает огонёк, и заглядывает в класс истории магии. Открывшееся перед ним зрелище чуть было не заставило его выронить палочку, но Перси вовремя берёт себя в руки и, слишком удивленный, чтоб заговорить или пошевелиться, тихо стоит и наблюдает. Посреди класса вполуоборот к двери стоит профессор Снейп. Он не замечает гриффиндорца – он смотрит на… самого себя. Два Снейпа смотрят друг на друга, и поначалу Перси не может понять, что происходит. На первый взгляд оба профессора абсолютно одинаковы: широкие чёрные мантии, длинные сальные волосы, желтоватая кожа, кажущаяся в блеклом свете люмоса, зажженного обеими палочками, ещё бледнее, чем обычно, крупный нос и презрительно скривленные тонкие губы. Но, присмотревшись лучше, юноша замечает, что тот Снейп, который стоит ближе к нему, с трудом удерживает палочку – рука трясётся, а лицо, точнее та часть, что видна Перси, нервно поддёргивается. Второй Снейп, который ему виден гораздо лучше, намного спокойней и просто смотрит на своего противника, но тень падает так, что его глаз не видно. Наверное, проходит всего лишь несколько секунд, прежде чем один из профессоров нарушает тишину, но Перси эти мгновения кажутся вечностью. – Риддикулус! – хрипит Снейп, странным каркающим голосом, и только сейчас гриффиндорец понимает, что Мастер зелий нашёл то, что они все искали. Секунду он ждёт, когда более спокойный Снейп-боггарт превратится во что-то весёлое, над чем профессор сможет посмеяться, но ничего не происходит. Боггарт продолжает молча смотреть на Снейпа, и почему-то он кажется более мрачным, чем настоящий Снейп, более зловещим и грозным. Пропитанным злом. – Риддикулус! – вновь повторяет Снейп. Теперь его трясёт ещё больше. Ничего. Перси понимает, что должен войти и заставить боггарта повернуться к нему, потому что очевидно: Снейп сам справиться не может, но его не покидает мысль, что зельевар никогда не простит, если в такой ситуации его застанет студент. Что ему делать? В течение ещё одной мучительной минуты, кажется, растянувшейся, по меньшей мере, в час, Перси просто наблюдает, и когда уже решает наплевать на обстоятельства и зайти в класс, слышит доносящиеся из-за угла шаги и голоса. – …в классе истории магии. Там столько больших шкафов для книг и карт, что лучше места спрятаться просто не придумать. – Ты права, Минерва. Я проверю там, а ты проверь класс древних рун. Дамблдор! Ещё никогда Перси не был так рад слышать голос директора. Он быстро разворачивается и уходит в противоположном направлении. Притаившись за ближайшим углом, гриффиндорец украдкой выглядывает и видит, как в класс заходит Дамблдор. И всего несколько секунд спустя до его слуха доносится громкое и уверенное «риддикулус». Юноша с облегчением выдыхает и направляется в сторону гриффиндорской башни. На полпути к гостиной он слышит, как по коридорам раздаётся голос Дамблдора: – Старосты и преподаватели могут отправляться спать. Проблема решена. Всех благодарю за помощь и желаю спокойной ночи. Но Перси до самого утра не смыкает глаз. Он размышляет. |*|*|*| 10 июня 1992 года До летних каникул осталось десять дней. Перси рад возвращению домой. Гриффиндорца чрезвычайно взволновали последние события: Сириуса Блэка сначала поймали, а потом ему удалось сбежать, а профессор Люпин изобличён как оборотень. Он уволился и уехал этим утром. Перси не сомневается, что завтра школьная почта будет пестреть вопиллерами, и многие из них будут адресованы директору за то, что он позволил тёмному существу стать преподавателем Хогвартса и поставил под угрозу жизни студентов. Юноша в полной растерянности и не знает, что обо всём этом думать. Ему нравился Люпин, но то, что случилось прошлой ночью, просто не укладывалось ни в какие рамки. Его младший брат имел все шансы навсегда стать оборотнем, или, что еще хуже, он мог быть убит! Но теперь уже все опасности позади, и сегодня вечером основной заботой Перси является надлежащее исполнение обязанностей старосты. Ему нравится патрулировать тихие коридоры, хотя после случая с боггартом они перестали быть такими таинственно притягательными, как до того. Каждый раз, проходя вечером мимо кабинета истории магии, юноша вспоминает Снейпа. Признаться откровенно, он думает о нем на каждом уроке истории магии. Из-за чего этот предмет стал нравиться ему гораздо меньше, чем раньше. Перси вздыхает и пытается направить ход своих мыслей в другую сторону. Он просто не знает, что о Снейпе думать. Ведь именно он распространил слухи о ликантропии профессора Люпина, а Перси не выносит изобличительства – оно противоречит его понятию справедливости. Но ему действительно лучше не забивать этим голову. Юноше осталось провести всего несколько дней в стенах Хогвартса, после чего он, наверное, больше никогда не увидит Мастера зелий. Очнувшись от своих раздумий и оглядываясь по сторонам, гриффиндорец понимает, что оказался у теперь уже почти пустого кабинета профессора Люпина. По крайней мере, он должен быть пустым, но, судя по свету, пробивающемуся из-за двери, это не так и… В качестве подтверждения Перси слышит грохот, будто что-то с силой швырнули на пол. Наверное, Пивз хулиганит или, тревожно раздумывает юноша, возможно, кто-то из слизеринцев решил, что устроить погром в классе бывшего преподавателя будет весьма достойной проделкой. Они, не в пример другим, довольны, что профессор защиты уволился. По сути, они с плохо скрываемым злорадством всем рассказывают, каким, по их мнению, мерзким и ужасным животным является Люпин. Решительно поджав губы, Перси подходит к двери. Кто бы там ни давал волю своим чувствам, он положит этому конец. Только вот гриффиндорец совершенно не ожидает увидеть в кабинете Снейпа. Кажется, он сошёл с ума. Преподавательский стол Люпина и стул перевёрнуты, и сейчас Снейп пытается опрокинуть один из застеклённых шкафов, стоящих вдоль стены, при этом он даже не пользуется магией, а действует примитивной физической силой. Ему удаётся совершить задуманное, и со страшным грохотом шкаф падает, щепки и осколки стекла разлетаются во все стороны. Юноша застывает на месте, в ужасе глядя на профессора, который принимается за следующую этажерку. Он не успокаивается, пока не переворачивает последний шкаф, затем достаёт из кармана мантии полупустую бутылку, открывает её, делает глоток и швыряет об стену. Во все стороны летят осколки, и в воздухе разливается запах огневиски. Тяжело дыша, посреди всего этого погрома спиной к Перси стоит Снейп, всё ещё не замечая гриффиндорца, его голова склонена, а руки безвольно висят вдоль тела. – Ненавижу тебя, Люпин, – задыхаясь, произносит он заплетающимся языком, и Перси понимает, что Мастер зелий пьян. – Почему? Ответь мне! Почему всё должно было случиться именно так? Почему я хоть раз в жизни не могу получить то, что хочу? – профессор обхватывает себя руками, будто ему холодно. – Почему я всегда всё только разрушаю? – если сначала Снейп был полон ненависти и злости, то теперь его ярость быстро испаряется. Его голос, это голос человека, смирившегося со своей судьбой, и это с такой силой напоминает юноше поздний вечер пять лет назад, что у него вновь по спине бегут мурашки. Перси чувствует, насколько его присутствие здесь неуместно. – Я не мог… просто не мог… – продолжает Снейп, но гриффиндорцу так и не удаётся узнать, что же он не мог, потому что зельевар, застонав, резко оседает на пол. Сжавшись в комок среди разгромленной мебели, он кажется таким маленьким, и Перси понимает, что полон желания хоть как-то ему помочь. Только не знает, как. Но когда профессор начинает медленно раскачиваться из стороны в сторону и вновь произносит несколько слов, юноша осознаёт, что ему остаётся сделать лишь одно. – Я люблю тебя, Ремус. Прости меня. Я так тебя люблю… Гриффиндорец тихо отступает назад, закрывает дверь и запечатывает класс заглушающими чарами. Никто не должен видеть Снейпа в таком состоянии. Ещё одна бессонная ночь. Ещё одна ночь, которую он проведёт, лёжа в постели, уставившись в тёмный полог и думая о Снейпе. |*|*|*| 30 июня 1997 года Перси откладывает в сторону «Ежедневный пророк» и чуть не опрокидывает чашку с чаем. Но он этого не замечает. У него пропал аппетит. Молодой человек вновь недоверчиво смотрит на первую страницу, как и многие другие жители магической Британии в этот момент. Дамблдора больше нет. Его убил Снейп. Перси тут же вспоминает тот вечер на первом курсе Хогвартса, и ему остаётся лишь качать головой. «Поверь мне, это не выход» «Сделай это ради меня» «Обещаешь?» Снейп – предатель? После всего, чему Перси был свидетелем, он не может в это поверить. Но это ведь правда, да? Что еще могло заставить его сотворить такое? Убить человека, который его спас? Он всё ещё смотрит на фотографию Снейпа в газете, смотрит на угрюмого, уродливого, хмурого мужчину и мыслями уносится на четыре года назад, когда он видел, как два одинаковых Снейпа поедали друг друга взглядом. Его бывший профессор был мудрым человеком – понимает сейчас Перси, ведь он боялся того, что таилось у него глубоко внутри, боялся того, на что он был способен. Не прикоснувшись к завтраку, Перси встаёт из-за стола и отправляется на работу. В министерстве оживлённей, чем обычно. Все только и говорят, что о Дамблдоре и о Снейпе. Молодой человек в обсуждениях не участвует, потому что, в отличие от остальных, не знает, чему верить. Кабинеты авроров гудят от оживления. Краем уха Перси слышит, как кто-то из аврората делится подробностями того, что сделает, если доберётся до Снейпа. Лучше бы он этого не слышал. Ночью он не может уснуть. |*|*|*| Февраль 1998 года Зайдя после работы в бакалейную лавку, Перси направляется домой. Уже восьмой час и на улице темно. Весь день шёл небольшой снег. У молодого человека превосходное настроение, потому что мистер Помрой заявил сегодня, что у него ещё никогда не было такого хорошего помощника. Перси насвистывает и размахивает пакетом с продуктами, наслаждаясь морозным воздухом и искрящимся в ярком свете фонарей белым снегом. Он идёт по узкому тёмному переулку и думает о работе на завтра – нужно будет составить перечень полученных книг по археологии и путешествиям – как вдруг справа от него раздаётся треск, заставляя Перси остановиться. Звук знакомый, хотя он уже больше полугода его не слышал. Кто-то аппарировал. Перси думает, кто это может быть. Обычно волшебники стараются не аппарировать в такой огромный город как Лондон из-за чересчур большого риска оказаться замеченными. Но никто не показывается, и он решает идти дальше – наверное, тот, переместившийся, пошёл в другой конец переулка – но ещё один звук заставляет его вновь замереть на месте. Будто кто-то стонет от боли, затем раздаётся кашель, а потом вновь стон. Кажется, аппарировавший либо ранен, либо, по крайней мере, чувствует себя не очень хорошо. Секунду поколебавшись, Перси с палочкой на изготовку вновь ступает в тёмный переулок. Несколько мгновений он привыкает к тусклому освещению, затем оглядывается и замечает очертания человека, полускрытого за мусорными баками. Перси медленно подходит, ведь сейчас каждый встречный может оказаться Упивающимся смертью. – Эй, вы там! С вами всё в порядке? Ответа нет. Он подходит ближе и понимает, что мужчина – сейчас уже можно разглядеть одежду – без сознания либо, по меньшей мере, сильно ранен: он лежит, уткнувшись лицом в землю, и не шевелится, чёрная мантия в нескольких местах порвана и видны кровоточащие раны. Перси опускается на колени и осторожно переворачивает раненного на спину. Снейп. Пару мгновений ошеломлённый Перси даже пошевелиться не может. Он машинально поднимает палочку, но застывает, не закончив жест. Молодой человек вновь смотрит на Снейпа, разглядывает раненного и потрёпанного зельевара. Бледное лицо, порванная мантия, костлявое тело. С вздохом Перси убирает палочку во внутренний карман куртки. Он понимает, что должен связаться с министерством, аврорами, передать Снейпа под арест. Ведь он убийца в бегах. Поэтому бывший гриффиндорец совершенно не представляет, почему вместо этого поднимает безвольное тело на руки и аппарирует в свою квартиру, находящуюся всего в нескольких кварталах отсюда. Полчаса спустя он смотрит сверху вниз на все ещё не пришедшего в себя мужчину, лежащего в его кровати и одетого в его пижаму. Перси снял со Снейпа рваную одежду и несколькими стандартными заживляющими чарами, которым их обучали на седьмом курсе, исцелил самые заметные раны: пару порезов и синяков на левом боку и ноге. Ему даже удалось влить в Снейпа жаропонижающее, потому что вдобавок ко всему у Мастера зелий ужасная простуда. Больше он ничего придумать не может, поэтому Перси накрывает больного одеялом и, на всякий случай, оставив дверь спальни приоткрытой, отправляется в маленькую кухоньку раскладывать продукты. Он отказывается думать о том, что натворил, пока не усаживается в гостиной, уставившись в чашку с чаем. В результате почти часового бдения чай остыл, но умных мыслей в голове у Перси не прибавилось. Наконец, он решает идти спать, но потом понимает, что не может уснуть. Час за часом он прислушивается к звукам ночного Лондона и засыпает далеко за полночь. Он просыпается от криков – Снейпу снятся кошмары. Перси окружает заглушающими чарами квартиру, но не спальню. Перси просыпается в десять часов утра. После сна на слишком жестком матрасе гостевого дивана ломит спину, но сильно расстроиться по этому поводу он не успевает, потому что, едва надев очки, молодой человек слышит громкий стон из спальни, а затем глухой звук удара, будто что-то… или кто-то!.. упал с кровати. Вновь раздаются стоны, и через несколько мгновений Перси уже стоит в дверном проёме и смотрит на покачивающегося Снейпа, который вот-вот рухнет на пол. – Вам не следовало вставать, – больше ничего путного в голову не приходит. И в этот самый момент ноги у Снейпа подкашиваются. Хотя зельевар сопротивляется, Перси удаётся уложить его в постель. К счастью, мужчина не в той форме, чтобы его попытки встать увенчались успехом. В конце концов, Снейп сдаётся и позволяет укрыть себя одеялом. – Думаю, я сначала осмотрю ваши раны, а потом мы позавтракаем. Перси осознаёт, как, наверное, смешно звучат его слова, но просто не имеет представления, что ещё можно сказать. Он идёт в ванную, чтобы взять свежие бинты и мазь, которой он обрабатывал порезы прошлым вечером, а когда возвращается, Снейп угрюмо смотрит на него, но ничего не говорит. Он продолжает хмуро рассматривать Перси, пока тот занимается ранами, но даже когда молодой человек сервирует завтрак, взгляд зельевара остается столь же безучастным. Когда становится ясно, что у Снейпа чересчур трясутся руки, чтобы самостоятельно держать ложку, он позволяет Перси кормить себя бульоном, но не сводит с него настороженного взгляда. Только когда Уизли уже у двери, чтобы отнести поднос с грязной посудой на кухню, зельевар наконец произносит: – Почему вы не вызвали авроров? Перси оборачивается и понимает, что пригвождён к месту взглядом чёрным глаз. Он качает головой. – Не знаю. Снейп ухмыляется. Или, по крайней мере, пытается, но его мгновенно накрывает приступ кашля. – Ваш начальник в министерстве был бы впечатлён. Поймать убийцу Дамблдора – это дорогого стоит, – последние слова даются ему с большим трудом, а голос больше похож на противный скрежет, отчего Перси чувствует себя весьма неуютно. – Прекрасный шанс на повышение, не так ли? – Я больше там не работаю, – резко отвечает Перси. Несколько мгновений Снейп молчит. А потом безразлично спрашивает: – Вы меня выдадите? – Нет. Я… я думаю, что нет. Мужчина в кровати ещё пару секунд пристально смотрит на него, будто пытается понять, врёт Перси или говорит правду. Потом откидывается на подушки и закрывает глаза. Перси идёт к телефону, чтобы на несколько дней взять больничный. |*|*|*| Следующие четыре дня проходят тихо: они едва разговаривают; по сути, они почти не видят друг друга. Снейп спит, ест и опять спит. Перси только промывает его раны, а всё остальное время сидит в гостиной, пытаясь занять себя чтением, но получается скверно. Он до сих пор не понимает, почему помогает Снейпу. Ведь он совсем его не знает, и тот совершенно ему не нравится. Перси лишь знает то, что не хочет видеть его в Азкабане. Знает, что, непонятно почему, верит ему, хотя до конца не понимает, на чьей зельевар стороне. Всё это совершенно нелогично, что тоже не даёт ему покоя, но ничего поделать Перси с собой не может. На пятый день Перси продолжает думать, что Снейпу ещё рано уходить, но он больше не в состоянии его удерживать. Ему удалось остановить Мастера зелий два дня назад – просто смешно даже предполагать, что прошло достаточно времени для выздоровления, – но он осознаёт: Снейп прав, говоря, что, оставаясь дольше, он подвергает опасности их обоих. Перси позаимствовал зельевару свою одежду – в маггловских брюках и свитере а-ля Уизли у бывшего профессора чудной вид. Они оба стоят посреди гостиной, Снейп готов аппарировать. Перси по непонятной причине нервничает, будто что-то должен сделать, но никак не может решиться, а по лицу зельевара видно, что тот уже сосредотачивается, настраиваясь на аппарацию, и тут молодой человек не выдерживает: – Подождите. Явно раздражённый Снейп поворачивается к нему. – Если когда-нибудь… то есть, если вам понадобиться место, чтобы переночевать, то вы знаете, где меня найти. Кажется, его бывший профессор на мгновение задумывается над услышанным, но в конечном итоге, ничего не ответив, аппарирует. По правде говоря, Перси даже не думает, что тот вернётся. Поэтому от неожиданности он чуть не роняет из рук книгу, когда шесть недель спустя Снейп аппарирует прямо к нему в гостиную. С палочкой наизготовку он начинает обыскивать небольшую квартирку. Гостиная, спальня, ванная, кухня. Убедившись, что в шкафу не прячутся авроры, зельевар возвращается в гостиную и, прикрыв глаза, падает в кресло. Он не предпринимает попыток что-либо сказать, поэтому несколько мгновений спустя Перси поднимается и идёт на кухню готовить ужин. Они молча ужинают, а потом бывший гриффиндорец готовит единственную в доме постель для гостя. Снейп уходит после завтрака. Не считая лаконичного указания, в каком виде ему приготовить яйца, они не говорят друг другу ни слова. Мастер зелий не сказал «спасибо», а Перси знал, что так и будет. Но перед тем как аппарировать, Снейп кивает, и молодой человек не может сдержать улыбки. Вся ситуация совершенно нелепа, но он чувствует себя довольным своим поступком, чего уже давно не было. Следующие девять месяцев подобные визиты нерегулярны, но постоянны. Снейп появляется вечером, они ужинают, и зельевар ложится спать. На пятый раз он перестаёт обыскивать квартиру, и Перси испытывает удовольствие от мысли, что Снейп здесь чувствует себя в безопасности, что верит своему благодетелю или, по крайней мере, доверяет настолько, чтобы не считать того способным выдать его врагам. Потому что Перси не уверен, что Снейп вообще кому-нибудь верит. Часто, когда Снейп уже спит, Перси сидит в гостиной с чашкой холодного чая и предаётся раздумьям. Что Снейп замышляет? Каковы его планы, мотивы? Что он всё это время делал? Как часто был близок к тому, чтобы его поймали и отправили в тюрьму? Но Перси не спрашивает. Он окружает заглушающими чарами квартиру, но не спальню, и пытается не задумываться над тем, почему так поступает. Потом ему приходит письмо. Он не представляет, как сове удалось его найти – никто в магическом мире не знает его адреса в маггловском Лондоне, но, прочитав послание, перестает придавать этому вопросу какое бы то ни было значение. Письмо от матери, она пишет, что Чарли убили во время выполнения задания Ордена. Также сообщается дата и время похорон. Холодным дождливым ноябрьским днём, пытаясь не привлекать к себе внимания, Перси подходит к группе людей, стоящих вокруг ещё не зарытой могилы. Он замечает свою семью, Гарри, Гермиону и нескольких членов Ордена. Гроб ещё не опустили, и девушка, которую Перси видит впервые, произносит речь, но на каждом втором предложении пускается в слёзы, а потом сдаётся и бросается в объятия Молли. Перси чувствует себя лишним и останавливается у большого дерева в некотором отдалении от собравшихся. Он наблюдает, как ещё пару человек что-то говорит, затем гроб медленно опускают в яму. Непонятно почему, он вспоминает, как Чарли таскал для него печенье с кухни, когда Перси было четыре, и жалеет, что не попрощался с братом. Когда всё заканчивается, люди начинают расходиться. Его семья, Гарри, Гермиона и девушка, которая, вероятно, встречалась с Чарли, идут в его сторону, и пока Перси решает: стоит ему подойти и поговорить с ними или лучше уйти, они уже рядом. Молли крепко его обнимает и плачет, Билл и Джордж хлопают по плечу и бормочут, что рады его видеть. Когда Молли его наконец отпускает, он не находит слов, Перси чувствует себя ужасно смущённым – он их так давно не видел. Он понимает, что, наверное, должен попросить прощения, только не знает, как это сделать. И лишь что-то внутри, что он ненавидит и, в то же время, чему остаётся неизменно верным, запрещает ему извиниться. Голос гордости. Он смотрит на свою семью, на семью, которую покинул. Его мама, Билл и Джордж кажутся грустными, а у Джинни вид, будто она не знает, что сказать. Отец полностью его игнорирует. Фред и Рон пристально на него смотрят, и Перси не удивлён, что именно первым Рон нарушает тишину. – Чарли бы стыдился тебя. – Перси вздрагивает и краем глаза видит, что Молли делает то же самое. – Тебе здесь не место, – продолжает Рон. – Он бы не хотел, чтоб ты здесь присутствовал. Он понимает, что ожидал чего-то подобного, и хотя Билл и Гермиона начинают отчитывать Рона, а Молли вновь плачет, Перси видит, что, в той или иной мере все они придерживаются подобного мнения. Сам же он думает о Снейпе, спящем в его кровати, о Снейпе, таком же убийце, как и тот, кто убил Чарли. Перси поворачивается и уходит. Он не отвечает матери, когда та кричит вслед, что будет писать. В довершение всего этим же вечером появляется Снейп, и сейчас, как никогда раньше, Перси благодарен, что Мастер зелий никогда не обнаруживал склонности вести разговоры ни о чём. Молча и каждый думая о своём, они ужинают, точнее, Снейп ест, а Перси просто рассматривает еду на тарелке, чувствуя, как атмосфера вокруг них сгущается. Кажется, зельевар пребывает ещё в худшем настроении, чем обычно. Наконец Снейп швыряет вилку на тарелку и, не говоря ни слова, уносится в ванную. Когда Снейп возвращается, Перси расстилает постель. Зельевар проходит мимо него, комната небольшая, поэтому их плечи соприкасаются, и Перси так никогда и не поймёт, как случилось, что внезапно он хватает Снейпа за руки, и они впиваются друг в друга взглядами, в которых плещется ничто иное, как голод. Одежда падает на пол неопрятной кучей – и на мгновение Перси удивлён, что Снейп не запустил в него заклятием, – а когда они оказываются в кровати, то Перси сверху – ещё один сюрприз. Нет ни поцелуев, ни глупых слов, ни притворства, что они что-то испытывают друг к другу, есть лишь жажда прикосновений и разрядки. Перси с силой входит в Снейпа, и их тела синхронно начинают двигаться в жестком темпе. И вскоре напряженная тишина сменяется тяжелым дыханием и тихими стонами Снейпа. Перси кончает и падает на любовника. Он поспешно скатывается в сторону – сейчас, когда всё закончилось, прикосновения кажутся особо неуместными – они молча лежат, и слышно лишь их тяжелое дыхание. Когда Перси, наконец, переводит взгляд на Снейпа, то тот уже спит. Он накрывает обнажённое тело одеялом и, невзирая на противоречивые чувства, обуревающие его, улыбается. Перси не знает, почему имя, ненароком слетевшее с уст зельевара, причинило ему такую боль. – Я Перси, а не Ремус, – тихо говорит он, но говорит лишь потому, что знает: Снейп не может услышать. Большую часть ночи он сидит в гостиной, а когда Снейп просыпается, то оказывается, что Перси уже ушёл на работу. Возле чашки с холодным чаем зельевар находит записку: «Я был бы очень признателен, если Вы найдете возможность в течение нескольких следующих месяцев не беспокоить меня своими визитами». Снейп появляется лишь три месяца спустя, и когда он приходит, то они делают вид, будто ничего не произошло. А через две недели его выслеживают и отправляют в Азкабан. Об этом пишут во всех газетах – Перси до сих пор читает «Ежедневный пророк», просто чтобы быть в курсе событий, – и все требуют приговорить Снейпа к поцелую дементора. Но приговор Визенгамота ограничивается пожизненным заключением, потому что, очевидно, они видят в Мастере зелий весьма полезный источник информации, ведь это один из самых высокопоставленных Упивающихся, какие попадали к ним в руки. Но все допросы ни к чему не приводят: он ничего не говорит, и, наконец, через полгода Снейпа оставляют в покое. Больше нет статей о нераскаявшемся омерзительном убийце и нет толп демонстрантов, требующих его смерти. Перси считает, что у магического мира есть занятия важней: Сами-знаете-кто до сих пор жив. |*|*|*| Сентябрь 1999 года Он уже забыл, что значит находиться рядом с дементорами с тех пор, как они в конце седьмого курса покинули Хогвартс, но и тогда у него не было ни малейшего желания вновь оказаться поблизости от этих существ. Сейчас он чувствует, как холод от их присутствия пробирается сквозь одежду внутрь и заполоняет разум, хотя он ещё даже не вошёл в тюрьму; лишь мысль, что он посетитель, и что он может уйти в любой момент, придаёт ему мужества войти в Азкабан. Перси не знает, чего он ожидает от этого визита. Он немало удивился, что ему разрешили навестить узника, но чиновники были удивлены ещё больше, что кто-то вообще может захотеть увидеть Снейпа, без очевидного намерения задушить или избавиться от него любым другим способом. Сейчас он стоит перед камерой Снейпа и смотрит внутрь. На первый взгляд зельевар не изменился, если не считать, что он немного отощал и выглядит непривычно в тюремной робе. Но это если его не знать, тогда, конечно, почти ничего не заметно. Только Перси, имеющий немалый опыт наблюдений за своим бывшим профессором, видит, что Снейп, облокотившийся о каменную стену, сутулится гораздо сильнее, чем раньше; видит, как мужчина сжимает кулаки, чтобы не дрожали руки, или как временами нервно бегают когда-то неподвижные черные глаза, в данный момент устремлённые в его сторону. – Зачем пришёл? – тот же спокойный безразличный тон, к которому привык Перси. Молодой человек лишь качает головой в ответ. Он не знает. – Ты идиот, – говорит зельевар, и Перси не может не согласиться. Ни одно из решений, принятых им относительно бывшего профессора, нельзя назвать умным, и сегодняшний приход сюда тоже не образец гениальности. – Убирайся и больше не приходи, – слова намеренно грубые, но Перси удаётся уловить почти незаметную дрожь в голосе Снейпа. Он понимает, что это означает, и, кивнув, уходит. Но только спустя три месяца вновь придя в Азкабан и застав Снейпа спящим, Перси осознаёт, что ему действительно не стоит больше сюда приходить. Он лежит ночью без сна и слушает голоса из прошлого. «Они приходят ко мне во сне!» «Северус, позволь мне помочь» «Это не в ваших силах» «Ты мой друг, и ты мне нужен здесь, рядом со мной» А теперь ещё и слова, вырвавшиеся во сне у Снейпа: «Прости, Альбус. Прости меня. Прости». Перси точно знает, что в присутствии дементоров видит Снейп. |*|*|*| Часть вторая Октябрь 2003 года В этом году в октябре ночи ещё теплые, и Перси этому только рад. Он находится на границе хогвартских земель с тех пор, как начался торжественный обед, на который его, конечно, не пригласили, и в случае дождя или холодного ветра сидеть на земле несколько часов было бы довольно неуютно. Ему видны окна Большого зала, из которых льётся весёлый свет от тысяч зажженных свечей, теперь, когда Гарри Поттер наконец победил Сами-знаете-кого, у всех такое же весёлое и праздничное настроение. Без потерь не обошлось, но сейчас всепоглощающее облегчение и радость затмили печаль. Как и чуть больше двадцати лет назад, ведьмы и волшебники празднуют прямо на улицах – изумленные магглы лишь качают головами. Скоро полночь, и гости потихоньку начинают расходиться. Перси уходит глубже в лес – у него нет никакого желания оказаться замеченным. Человек, которого он ждёт, всё ещё внутри. Для всех стало большим удивлением, а многие просто отказывались верить, когда Гарри Поттер спустя несколько дней после смерти Сами-знаете-кого объявил, что зельевар всегда был на светлой стороне, и потребовал его немедленного освобождения. Провели публичное слушание, где было предоставлено неопровержимое доказательство невиновности Снейпа: письмо от Дамблдора, магическим путем доставленное из прошлого и магически же проверенное на подлинность, объясняющее необходимость того, чтобы все, и в первую очередь Сами-знаете-кто, до конца верили в виновность Снейпа. С тех пор прошло три недели, и теперь в Хогвартсе устроили торжество по случаю победы, а Снейпа пригласили в качестве почётного гостя. Молодой человек вообще о нём ничего не слышал, и хотя, откровенно говоря, он ни на что не надеется, Перси разочарован. Он не знает, где зельевар живёт, поэтому решил воспользоваться случаем и увидеть его здесь. Два часа спустя распахиваются ворота, пропуская последних гостей, и на некотором отдалении позади всех Перси замечает одинокую закутанную в чёрное фигуру. Он ждёт, пока первая группа пройдёт мимо, и их разговор затихнет вдали, затем выходит из-за деревьев. Кажется, Снейп его не замечает. Прикрыв глаза, он облокачивается о ворота, и в жёлтом свете фонарей Перси видит, что мужчина изменился. В чёрных волосах появились серебристые пряди, и выглядит зельевар уставшим, и даже каким-то съёжившимся, хотя в глазах Перси это слово совершенно не вяжется со Снейпом. – Что вы будете теперь делать? – спрашивает бывший гриффиндорец. Мастер зелий открывает глаза и несколько минут спокойно на него смотрит. Так странно стоять здесь вместе, отдавшись на волю ласковых прикосновений легкого ветра, на исходе бабьего лета, и молчать, ожидая, что будет дальше. Странно, но не неприятно. – Не знаю, – наконец раздаётся ответ, и хотя голос Снейпа кажется уставшим, но, как и в прошлом, никаких эмоций не выдаёт. Со стороны зельевар выглядит столь же неприступным, как и всегда. Перси почти уверен, что он один из тех немногих, кто понимает, что это всего лишь видимость. – После того, как я покинул своё последнее «радушное» пристанище, Минерва милостиво предложила мне апартаменты в Хогвартсе, – Перси нравится слегка циничный тон зельевара. – Но, конечно, никто не сможет забыть, что я сделал. Отныне гостеприимства Хогвартса для меня не существует. Складывается впечатление, что его это не сильно заботит, хотя нет ничего удивительного в том, что человек, так долго бывший в бегах, не станет сильно переживать, не имея пристанища на ночь. Но от чего Перси приходит в ярость, так это от того, что Снейп, кажется, ожидал чего-то подобного. «Почётный гость» – да конечно! Он едва сдерживает гневное «хм». Провели суд, формально признали его заслуги, а сейчас вежливо просят убраться куда подальше, чтобы не пачкать их новый чистенький мирок. – У меня новая квартира, – спокойно говорит Перси. – Досталась мне вместе с книжным магазином, в котором я работал, когда умер владелец. Квартира прямо над лавкой. Можете занять вторую спальню – всё равно места для меня одного слишком много. Пока не подыщите себе что-нибудь более подходящее. Кажется, ещё секунда и Снейп, наконец, решится спросить, почему Перси это делает, но потом лишь кивает и принимает предложенную руку, его длинные прохладные пальцы смыкаются вокруг ладони Перси. И тот не может сдержать улыбки, когда аппарирует их в Лондон. |*|*|*| Январь 2004 года Жизнь со Снейпом быстро превращается в размеренную череду однообразных дней. Обычно зельевар просыпается рано и готовит завтрак, потом Перси спускается в магазин. Часов в семь он возвращается и готовит ужин – странно, но Снейп готовит плохо. Один раз он попытался, но получилось ужасно. Вечерами они сидят в гостиной, большей частью читают, иногда слушают классическую музыку. К счастью, у них одинаковые вкусы. Они до сих пор мало разговаривают друг с другом, но это их нисколько не стесняет. Перси до сих пор окружает заглушающими чарами всю квартиру вместо одной лишь комнаты Снейпа и до сих пор поражается тому, что зельевар ещё не понял, что иногда кричит во сне. Перси аккуратно запирает за собой дверь «Книжного магазина Помроя». Магазин достался ему год назад по завещанию после смерти мистера Помроя, у которого Перси работал, но молодой человек решил не менять название. И он уже знает, где найдёт Снейпа, когда, купив продукты, вернётся домой. Последние три месяца картина не меняется, что совсем его не огорчает: Снейп сидит за кухонным столом и мрачно смотрит в раскрытый «Ежедневный пророк», несколько объявлений о найме на работу подчёркнуты красным. – Что-то нашёл? – спрашивает Перси, разбирая пакеты с продуктами, но этот вопрос по большей части просто формальность, и Снейп даже не затрудняет себя ответом. Никто в магическом мире добровольно не возьмёт его на работу. Но всё равно он продолжает пытаться, а Перси продолжает делать вид, что верит в то, что Снейпу удастся что-то найти. Они оба знают, что, в конечном итоге, ему придётся искать маггловскую работу, но Перси понимает, как, должно быть, тяжело это признавать Мастеру зелий, поэтому совершенно не собирается торопить события. Ведь доходов от магазина вполне достаточно для двоих. Но сегодня вечером Перси решает изменить ситуацию, поэтому за ужином он начинает жаловаться на свою работу, на большой поток покупателей и на то, что он не может положиться на помощника, которого, видимо, придётся уволить, а также на то, что сейчас так тяжело найти человека, в котором можно быть уверенным. Снейп странно на него смотрит, но ничего не говорит. Три недели спустя помощника уже нет, и после завтрака Снейп спускается вместе с Перси в магазин. Но о том, чтобы сейчас, когда Снейп зарабатывает собственные деньги, он снимал квартиру отдельно, речи не идёт. |*|*|*| Работая в одном магазине, им неминуемо приходится проводить больше времени вместе и приходится разговаривать друг с другом. Сначала это лишь касается магазина, но постепенно они находят общие интересы, главным образом идёт речь о музыке, книгах и искусстве. Перси любит музеи, и однажды в июле он приглашает Снейпа пойти с ним. Они приятно проводят время, критикуя современных художников, а когда приходят домой, соглашаются, что подобные походы необходимо устраивать чаще. Есть темы, которые они оба осторожно обходят: семья Перси и большая часть прошлого Снейпа, поэтому общение получается не таким доверительным и личным, как хотелось бы, и молодой человек не может не испытывать небольшое разочарование. Но жаловаться он не будет – на что вообще здесь можно надеяться? В первую очередь чего он вообще хочет? Жизнью своей он доволен, и ему нравится считать Снейпа другом – настолько близкого человека у него ещё не было. И, если говорить честно, ему не хочется знать, что по этому поводу думает Снейп. Наступает первая годовщина победы Гарри Поттера над Сами-знаете-кем. Весьма досадно, что именно в этот день палочка Снейпа, которая немало пострадала в прошлом, решает взорваться прямо в лицо бывшему профессору. Без неё он всегда чувствовал себя неуютно, а после Азкабана, где он вынужден был обходиться совсем без палочки, она стала ему и вовсе необходимой, поэтому зельевар отправляется на Диагон аллею. Перси, который всё равно время от времени заходит в «Флориш и Блоттс», составляет ему компанию. Снейп покупает у Олливандера новую палочку – одиннадцать дюймов, ива со струной из сердца дракона – и всё идёт хорошо, пока они не выходят из книжного магазина. Внезапно ведьма средних лет, указывая на них пальцем, начинает кричать. – Ты! – вопит она, и, очевидно, что имеет в виду Снейпа. – Как ты посмел сюда явиться именно сегодня?! Как тебе не стыдно показываться среди честных ведем и волшебников! Ты должен гнить в Азкабане, где тебе самое место! В надежде на бесплатное зрелище вокруг них собирается толпа, но Снейп спокойно смотрит на женщину, а потом уходит прочь. Но Перси внезапно охватывает ярость, и не столько из-за этой невежественной ведьмы, оскорбившей Снейпа, сколько потому, что он не смог пропустить её слова мимо ушей, как это сделал зельевар. Его ненависть подстегивают всплывшие воспоминания о презрении, с которым весь магический мир относится к Снейпу; о лицах, искаженных ненавистью и требующих поцелуй для бывшего Упивающегося, когда тот, наконец, был пойман несколько лет назад; об аврорах в министерстве, пытающихся перещеголять друг друга в том, кто придумает самую жестокую пытку для Снейпа, когда его поймают. Перед его внутренним взором встает лицо профессора, смотрящего на боггарта, который воплощает собой всё то, что он ненавидит и чего боится; Перси видит Снейпа, сидящего посреди разгромленного кабинета. И в последнюю, но не маловажную очередь он впадает в ярость из-за того, что человек, который с каждым днем становится для Перси дороже, чем кто бы то ни было в его жизни, пытался пятнадцать лет назад совершить самоубийство, и молодой человек боится, что однажды он повторит попытку. – А вы, – рычит он на неё, – вместо того, чтобы его оскорблять, должны сидеть на своей кухне и попивать чай, как вы и делали всё то время, пока он сражался за вас, пока он годами прозябал под надзором дементоров, потому что ради вас он пожертвовал всем! Не говорите того, чего не понимаете! Он не ждёт ответа – поворачивается и догоняет Снейпа, идущего в сторону «Дырявого котла». По дороге домой они про этот случай не упоминают. Вечером ни у кого особого аппетита нет, а после ужина они сидят в гостиной: Перси в кресле, Снейп на диване. Оба читают или, в случае Перси, притворяются, что читают. Молодой человек хотел бы поговорить о дневном происшествии и о многом другом, но не смеет и не знает как. Они никогда не затрагивали этих тем. Наконец он, раздражённо выдохнув, откладывает книгу в сторону, а когда поднимает взгляд, то замечает, что Снейп пристально на него смотрит, причем складывается впечатление, что он занимается этим уже достаточно долго. – Ты не должен был обращать на неё внимания, – наконец произносит зельевар. – Именно этого они добиваются – реакции. А потом ещё больше злятся и чувствуют собственную правоту. Перси кивает. – Знаю. Но я не мог сдержаться. – Я же смог, – укоризненно отвечает Снейп, и молодой человек не до конца уверен: резкий тон вызван гневом на Перси за то, что он поддался на провокацию, или болью от слов ведьмы. На несколько минут воцаряется неприятная тишина, потом внезапный вопрос: – Почему ты приходил в Азкабан? Его голос ничего не выражает, но Перси научился читать эмоции Снейпа, и он видит, насколько для него важен ответ. Молодой человек старается говорить спокойно и не показывать своей глупой и неуместной нервозности. – Тебя увидеть. – Никогда бы не догадался. – Пауза. – А к чему это всё? Вместо ответа Перси встаёт, подходит к дивану, садится и осторожно обнимает костлявого зельевара. Он чувствует, как Снейп на мгновение замирает, но потом постепенно расслабляется и облокачивается на Перси, опуская голову тому на плечо. И сидят они так очень долго. |*|*|*| Осень медленно уступает дорогу зиме, и Перси начинает замечать, что Снейп иногда странно на него смотрит, когда думает, что молодой человек чем-то занят. Он просто смотрит на него своими тёмными непроницаемыми глазами, и Перси не понимает, что же это может означать. Он пытается не думать об этом, дабы не давать пищи ложным надеждам. Более того, он старается не задумываться о самой сути этих надежд. Отныне по утрам Снейп частенько находит на кухне чашку с холодным чаем. Поначалу робко и нерешительно, но постепенно все увереннее, их разговоры начинают затрагивать личные темы, и пусть иногда получается неуклюже и смущённо, Перси доволен таким развитием событий. Ему хочется думать, что Снейпу это тоже нравится, иначе он не допустил бы ничего подобного. – Ты по ним скучаешь? – спрашивает как-то Снейп, заходя в гостиную и видя, что Перси сидит за письменным столом и отвечает на письмо от матери. Как и обещала, Молли пишет регулярно, а в этот раз даже Джордж приписал несколько строчек внизу. Перси поднимает голову, но понимает, что ответить не может. Поэтому просто кивает и возвращается к письму, он с такой силой стискивает ручку, что белеют костяшки пальцев. Озвученная кем-то посторонним эта мысль ранит гораздо сильнее. Он чуть не подпрыгивает на месте, когда внезапно чувствует на плече руку Снейпа, но через несколько секунд закрывает глаза и наслаждается успокаивающим прикосновением, которое исчезает так же быстро и внезапно, как и появилось. Проходит неделя за неделей, и таких моментов становится всё больше и больше. Наступает Рождество. Снейп при виде ёлки, которую приносит Перси, посмеивается, но не отказывается помочь её украсить. Утро Рождества получается очень милым: он дарит Снейпу билеты в театр на современную сатирическую постановку, а зельевар находит для него редкую и старинную книгу по археологии – Перси недавно заинтересовался мифами и легендами Древнего Египта. В комнате повисает ощутимое напряжение, когда Перси открывает свёрток, пришедший по почте, и находит там свитер и письмо от матери, Била и Джорджа. Джинни его тоже подписала. И молодой человек сидит на диване, перед глазами всё плывёт, а он пытается взять себя в руки. Он чувствует, как Снейп забирает письмо и вместо этого кладёт ему на колени свитер. – Почему бы тебе его просто не надеть? – тихо предлагает он. Перси кивает, натягивает свитер поверх рубашки и выдавливает улыбку. Остаток дня проходит мирно. Перси запоем читает новую книгу, а Снейп, кажется, решает поставить рекорд по количеству прослушанных за один день произведений Дворжака. После ужина Перси раскладывает коллекцию марок – увлечение, с которым его познакомил мистер Помрой. Ему это нравится, потому что здесь требуются скрупулёзность и порядок, хотя многие не понимают прелести этого занятия и считают его скукой смертельной. Снейп сидит в кресле и читает. В комнате царит спокойная и уютная атмосфера, в последнее время очень часто вечера у них тихие и размеренные, и Перси понимает, что больше всего ему нравится именно это время суток. – Альбус вечно дарил мне на Рождество что-нибудь нелепое, – совершенно неожиданно произносит Снейп. Перси поднимает взгляд от письменного стола и с удивлением смотрит на Мастера зелий – раньше он никогда не упоминал Дамблдора. – Каждый чёртов год лимонные дольки, – продолжает мужчина, не отрываясь от книги. – Мне они не нравятся, и, казалось бы, за столько лет он должен был это понять. А однажды мне в подарок от него достались сиреневый банный халат и тапочки с жёлтыми зайчиками. Он действительно думал, что я это надену? – Книга падает на пол, а Снейп с силой сжимает кулаки. – Должен был быть другой выход! – голос его становится хриплым и резким. За последние годы Перси ни разу не слышал этих интонаций. Они напоминают ему школу, седьмой курс, первый курс. – Я должен был найти решение и не соглашаться на чёртову клятву! Должен был сделать всё возможное, чтобы спасти его! А не убивать! Хотя он сам меня просил об этом! Перси одолевают сомнения, но потом он поднимается, подходит к зельевару и садится на подлокотник кресла. Когда Снейп закрывает глаза, то выглядит усталым, несчастным и сильно постаревшим. – Я по нему скучаю, – шепчет он, а когда Перси обнимает его, то Снейп утыкается лицом ему в шею, плечи мужчины трясутся, но он не плачет и не издает ни звука. Позже они расходятся по комнатам, так ничего друг другу не сказав. Через несколько часов Перси всё ещё лежит в кровати, не в состоянии сомкнуть глаза, и вдруг слышит, как Снейп вновь кричит во сне. Пару минут он просто слушает, потом крики стихают. Когда молодой человек вздыхает и повыше натягивает одеяло, стараясь, наконец, заснуть, дверь его спальни открывается, раздаются лёгкие шаги, у кровати они замирают. Он не совсем понимает, что нужно Снейпу, но он знает, чего хочет сам, поэтому молча приподнимает одеяло и ждёт. Когда, наконец, он засыпает, то его пижамная куртка на груди мокрая и липнет к коже, а руками он крепко прижимает к себе Снейпа. Больше в ту ночь никому ничего не снится. |*|*|*| В первый раз они целуются в феврале, в среду утром в подсобке магазина. Покупатель только что ушёл, и в лавке никого нет, поэтому Перси идёт на склад проверить, как Снейп справляется с инвентаризацией недавно поступивших книг по эзотерике и колдовству – он никогда не устаёт удивляться книгам подобного рода. Молодой человек находит зельевара у стеллажа с книгой в руках. В солнечных лучах, льющихся через большие окна, танцуют пылинки, и в ярком свете седина в волосах Снейпа искрится серебром. Сам того не осознавая, мужчина улыбается, и Перси понимает, что Снейп полностью погружен в чтение. Перси нравится внешность бывшего слизеринского декана, он не красивый и не прекрасный, или что там ещё пишут в любовных романах, но Перси неодолимо влечет к Снейпу, что позволяет молодому человеку чувствовать себя легко и непринужденно и испытывать удовольствие от их совместной жизни. И в такие моменты кажется так просто и естественно подойти, взять книгу из рук и поцеловать. Поэтому он и решает так поступить, увлекая зельевара в долгий неспешный поцелуй, а когда, наконец, они отрываются друг от друга, то, оказывается, что ладонь Перси лежит у Снейпа на затылке, а руки мужчины обвивают его талию. Северус улыбается и целует его снова. Они выпускают друг друга из объятий только тогда, когда звон дверного колокольчика заставляет Перси выйти к посетителю. Они быстро свыкаются с тем, что их отношения перешли в новое русло, потому что всё происходит постепенно и без суеты. Через неделю Перси пытается успокоить Северуса, проснувшегося от кошмара, но его буквально вышвыривают из кровати. Сперва он приходит в ярость, но когда зельвевар требует, чтоб он ушел, он узнаёт этот тон. Так его прогоняли из Азкабана, и сейчас, глядя сверху вниз на свернувшуюся калачиком фигуру под одеялом, спиной к нему, Перси понимает. Он уходит и больше успокаивать не пытается. Он окружает заглушающими чарами комнату Северуса, а не всю квартиру, и неделю спустя его будят не крики от кошмаров, а Северус, забирающийся к нему в постель. Какое-то время Перси его просто обнимает, потом они целуются и половину оставшейся ночи занимаются любовью. |*|*|*| Август 2005 года Воскресным днём они дома, ждут сотрудника из водоканала, чтобы тот проверил водомер. Их планы прогуляться по парку рассыпались в прах с каждой минутой, ибо, как оказалось пять часов всё ещё можно рассматривать, как «где-то в обед». Поэтому они сидят в гостиной с распахнутыми настежь окнами, и лёгкое раздражение уже грозит перейти в нешуточную злость. Из глубины комнаты доносятся звуки вальса Шопена. Они до сих пор спят в разных спальнях, но половину ночи Северус теперь проводит в постели Перси. Они до сих пор не торопят события, и, как кажется Перси, они оба счастливы. В полшестого раздаётся звонок в дверь, Северус поднимается и идёт открывать. – Чертовски вовремя вы, наконец… – слышит Перси, как шипит мужчина, но потом Северус вдруг замолкает, и через несколько мгновений раздаётся спокойное: – Северус, я могу войти? Дверь закрывается, и в гостиной появляется Снейп, а за ним следует знакомый человек из их общего прошлого. – Почему бы тебе не присесть? – вежливо предлагает Северус тусклым голосом, его лицо застыло словно восковая маска. – Спасибо, – говорит Ремус Люпин и улыбается именно так, как помнит Перси. Он опускается в кресло и здоровается, Перси отвечает на приветствие, внезапно чувствуя, как пол уходит у него из-под ног. Он рассматривает гостя: одежда уже не такая потрёпанная, в волосах больше седины, вокруг глаз прибавилось морщинок, – затем поднимается. – Я сделаю вам чай, – произносит он и быстро проскальзывает мимо Северуса, прочь из гостиной на кухню, где уже закипает чайник. Он намеренно гремит посудой, когда достаёт чашки и блюдца, потому что не хочет слышать, о чём они говорят. По непонятной причине у него трясутся руки, и, пытаясь налить чай, он ошпаривает пальцы кипятком. Перси тихо шипит и подставляет руку под холодную воду, потом чарами залечивает ожог. Когда он возвращается в гостиную, Северус сидит на диване напротив Люпина. – А ты чай пить не будешь? – спрашивает он, когда Перси ставит на столик две чашки, молодой человек качает головой и вновь уходит. На кухне он садится за стол и смотрит в собственную чашку с чаем, который, он знает, останется остывать нетронутым. – …ты в порядке, – доносится голос Люпина из гостиной. – У меня всё хорошо, – это Северус. – Я рад за тебя. Чем ты сейчас занимаешься? Всё ещё варишь зелья? – Нет. Это осталось в прошлом. Я вместе с Перси работаю в книжном магазине внизу. Точнее, он владелец, а я его помощник. Несколько секунд сконфуженной тишины, затем раздается смех Люпина. – Никогда бы не подумал, что доживу до дня, когда ты добровольно согласишься стать чьим-то помощником, – весело произносит он. – Так получилось, Люпин, – коротко отвечает Северус, но без гнева. Если он хочет скрыть, что чувствует или думает, то никто не может заглянуть под его маску. Даже Перси это не всегда удаётся. – Ясно, – теперь в голосе Люпина слышно смущение. – Послушай, Северус, я… я не одобряю то, как многие к тебе относятся, и хочу, чтобы ты об этом знал. – Спасибо, – таким тоном Северус мог бы поблагодарить человека, передавшего ему соль. Они молчат, и Перси слышит тихое звяканье чашек о блюдца. На улице лает собака, затем раздаётся плач ребёнка. Его чашка с чаем до сих пор стоит нетронута. – Северус, – вновь говорит Люпин, явно пытаясь подобрать слова, – Я не знаю, что сказать. Я всегда… ты всегда заставляешь меня чувствовать, будто я разговариваю со стеной. – Почему бы тебе просто не сказать, зачем ты сюда пришёл. – Ты думаешь, это так просто?! – А разве не так? – Нет, не так! – по голосу понятно, что Люпин огорчён, но он больше расстроен, чем зол, от чего, в свою очередь, Перси тоже приходит в уныние, хотя на то нет объективных причин. – Я… я хочу, чтобы ты знал, что я прошу у тебя прощения… за всё. За то, как они с тобой обращаются и… за то, как обошелся с тобой я. За то, что я не пришёл раньше. За то, как нелепо всё между нами получилось. Я всегда верил… То есть… я хочу сказать, я надеялся, что, возможно… – он замолкает, очевидно, поняв, что начинает бессвязно бормотать. – Думаю, ты прав. Наверное, всё просто. Я… я лишь надеялся, что мы сможем быть друзьями. Или это невозможно? Перси смотрит на свои сцепленные руки: костяшки белые, а ногти впиваются в ладони. – Друзьями, – машинально повторяет Северус, будто Люпин действительно со стеной разговаривал. Но когда он продолжает, Перси готов поручиться, что его голос стал немного теплее и мягче: – Интересная идея. Может, это будет непросто, но я бы не сказал, что совершенно невозможно. – Спасибо тебе. – Кажется, будто у Люпина с души камень свалился… и оказался на душе у Перси. Они молча допивают чай, и, наконец, он слышит, как Северус провожает Люпина к выходу. – Тонкс беременна, – тихо сообщает оборотень. – Что ж, поздравляю. – До встречи, да? – Да, конечно. Дверь закрывается, и Северус возвращается обратно в гостиную. Перси встаёт из-за стола, выливает чай в мойку и начинает готовить ужин. Они не разговаривают. За ужином Перси почти ничего не ест. Позже они сидят в гостиной. Северус читает, а Перси разбирает марки, но не может сосредоточиться и нечаянно рвёт две из них. Закончив, он резко захлопывает альбом, что совсем на него не похоже. Северус поднимает взгляд от книги и вопросительно смотрит на молодого человека, который уже поднялся с места и подходит к нему. Перси хватает Северуса за руку и рывком поднимает на ноги, а потом тащит несопротивляющегося мужчину в спальню. – Раздевайся! – и больше не произносит ни слова. Он быстро расстёгивает рубашку, и покончив с собственной одеждой, он видит, что Северус уже тоже успел обнажиться. Перси толкает его на кровать. Против обыкновения секс сегодня не размеренный и ласковый, нет ни поцелуев, ни поглаживаний, ни неловких нежностей, сказанных шепотом. В этот раз в ход идут ногти и зубы, похоть и грубость, Северус придавлен к кровати, он изгибается под молодым любовником, стонет и умоляет, и лишь последние остатки гордости не дают Перси зарычать: «Моё, моё, моё!», когда он входит в него снова и снова. Когда Перси, наконец, достаточно приходит в себя, чтобы связно выражать свои мысли, Северус уже спит. Перси чарами очищает их от пота и спермы, укрывает Северуса одеялом и натягивает пижаму. Идёт на кухню и заваривает чай, следующий час он сидит за кухонным столом, уставившись в чашку. Он уже давно перестал задаваться вопросом, зачем вообще возится с чаем. В конце концов, он решает вернуться в кровать, и когда забирается под одеяло, спящий Северус инстинктивно прижимается к нему, а потом шепчет имя. И внезапно все страхи и переживания улетучиваются, Перси обнимает Северуса и улыбается. – Да, это я. Конец Март 2009