Круто ты попал (Mass Effect)

      — Тебе с самого начала рассказывать? — поинтересовались у меня.       — Давай с самого. — ответил я, подперев голову рукой, тем самым принял позу, готовясь слушать, дабы не заснуть.       — С начала было ничего… — было начал он, но я прервал.       — Стоп-стоп, ты что, собираешься мне рассказывать момент сотворение мира и тому подобное? — удивленно спрашиваю.       — Да, без этого, ты не сможешь познать сути и причины, почему я здесь. — спокойно ответил мне Орион.       — Ладно, давай рассказывай. — говорю, вздыхая, готовясь слушать очередную теорию создание мира, вроде теории Креационизма или Большого взрыва.       — Сначала не было ничего. И сколько это длилось, никто не ведает. Но, потом появился ОН, мы называем его ДРЕВНИМ. Откуда он появился, мы не ведаем, мы просто знаем, когда он появился, он начал создавать всё, что нас окружает. Он создал: Светила, Жизнь, Смерть, то, что вы называете Планетами и многое другое. Но, когда он закончил творить, ему показалось, что пустой мир не должен быть и он создал … — замолчал он.       — Он создал кого, смертных? — решил я поддеть немного, ожидая типичную историю многих религий.       — Нет, смертных создал не он. Он создал тех, кто были равны ему. Вы бы называли их Богами, мы же называем их Старшими, те, кто появились от самого Древнего. После того, как он сотворил их, он начал учить их творить, как он сам. Именно он обучил их и показал, как создавать смертных и искру в них самих, так похожую на их собственную, но совсем крошечную. После чего он исчез… — печально произнес он.       — Так, погодь, ваш Древний, создал тех, кого ты называешь Старшими, обучил, а потом свалил? — немного в недоумении спрашиваю.       — Да. Он сказал, что они должны теперь развиваться сами, и может, когда-нибудь, они смогут достичь в творении его.       — Ничего себе папаша… Что-то мне подсказывает, что они не были от этого уж сильно радостными… — высказал я свои мысли.       — Ты прав, они были растеряны и не знали, как быть без Древнего. Они просили его остаться с ними, но он был непоколебим. И дав им последние наставления, он исчез… — ненадолго замолчал он, после чего продолжил свой рассказ.       — Сначала, Старшие, не зная что делать, стали следовать последнему словам Древнего и начали заселять пустующие миры смертными. И стали заключать союзы между собой, из-за чего появились те, кого ты можешь называть Богами. Ведь истинное их имя ты не сможешь понять. И все они жили в счастье и гармонии.       — Я тебя понял, у Старших появились дети, и они стали чем-то вроде просто Богами, так как Старших можно было бы назвать Старшими Богами. И в итоге, что-то случилось, верно? — спрашиваю у него.       — Верно. Некоторые из Старших решили, что они должны встать на место Древнего, ведь они научились творить, как он. Ведь они обучили своих детей творить, как и он. Но, многие из тех, кто верил, что Древний может вернуться к ним и те, кто не желал перемен, выступали против такой идеи… Через какое-то время между ними возник конфликт, который разросся в нечто разрушительное… — с печалью в голосе, поведал он.       — Началась война между ними? — догадался я.       — Верно, началась Война Богов. Я ещё должен тебе кое-что объяснить. Только Старший может убить другого Старшего. Боги же могут нанести временные раны, которые вскоре исцеляться. Только вот, Старшие могут без проблем убить Богов… Война в итоге разразилась по многим населенным мирам, тем самым полностью уничтожив всё живое в этих мирах… Всё это продолжалось до тех пор, пока один из Старших понял, к чему это в итоге приведёт, наблюдая, во что превратилось то, что когда-то они и Древний с такой любовью создавали. Он стал взвывать обе стороны конфликта остановиться, пока не стало слишком поздно. Но они не хотели останавливаться, ведь ими двигало желание отомстить за смерть других Старших и своих детей. Но он повторно пытался их убедить, даже не смотря на своё собственное желание отомстить, за свою любимую и за одного из сыновей. — ненадолго прервал он рассказ.       — Мдя… Типичная междоусобица ради власти, которых когда-то было очень много в определенное время и среди людей, но со временем, их хоть и стало в каком-то роде меньше, только вот, они более масштабны… Ладно, что дальше было? — интересуюсь я, желая услышать продолжение.       — Тот Старший стал молиться. — дан был мне ответ.       — Он начал что? — в недоумении спрашиваю, даже голову набок наклонив на автомате.       — Он стал молиться Древнему, чтобы он остановил этот ужас, иначе весь мир будет почти уничтожен, а Старших останется ничтожно мало…       — И что? Неужели тот, кто вас, по сути, кинул, услышал? — с интересом интересуюсь.       — Он услышал… Он явился и разгневался, увидев, во что его дети превратили то, что он создавал с ними. Когда он узнал из-за чего начался этот конфликт, который почти уничтожил его творения… Он покарал Старших и Богов с обеих сторон, особенно тех, кто начал этот конфликт, ведь он учил их жить в мире и согласии… После этого, поняв, что такое может когда-нибудь повториться, он призвал того Старшего, который молил его о помощи и назначил его Старшим Богом над всеми остальными, даровав ему чуть больше силы, чем обычным Старшим, после чего снова исчез… И тем Старшим был мой отец.       — ПФФФФ!!! — от неожиданности, я издал звук, типичный в аниме, когда узнали что-то неожиданное. — Так ты получается, что-то вроде принца, если твой отец самый главный? И ты у нас Бог? — заваливаю его вопросами.       — Возможно, но это скорее можно отнести к моим братьям, которых у меня двое… И нет, я не Бог. — отвечает он мне с непонятной интонацией в голосе.       — Как это? Ты сын Старшего, значит должен стать Богом? — в непонятках спрашиваю его.       — Ты это узнаешь позже, когда я до расскажу историю, ты готов дальше слушать? — задает он мне вопрос       — Да-да, я внимательно слушаю. — отвечаю, так как мне и вправду было интересна это история, плюс, может, когда он всё расскажет, я пойму, куда именно я попал. В чем я нисколечки не сомневался, только главный вопрос, куда?       — После того, как Древний исчез, отец собрал всех оставшихся Старших и Богов и объявил, что они должны теперь восстановить всё, что они уничтожили, а также возродить смертных и создать новых. Ведь тех не осталось в живых, после Битвы Богов… Никто из оставшихся в живых не посмел перечить, ведь его избрал сам Древний и самых Старших и Богов осталось не так много… — с большой печалью, произнёс он.       — Сколько же осталось Старших и Богов? — осторожно интересуюсь.       — Из когда-то около трех сотен, по вашему способу исчисления, осталось около сорока. А Богов, из почти двухсот, оставалось около тридцати. Так что, ты, наверное, можешь представить, что было бы, если бы мой отец не остановил их… — тоскливым голосом, проговаривает он.       — Вы бы, могли просто вымереть… — сглатывая, произношу я. Представив, каких масштабов были битвы, что самых высших существ в этом мире, осталось чуть больше 10%…       — Ты прав, но благодаря отцу, этого не случилось, и многие, даже те с кем он сражался, когда смогли понять масштаб того, что они натворили, даже просили их убить, за их поступки. Но отец запретил, и наказал им исправить то, что они сотворили… — ненадолго остановился он.       — Чтобы вернуть в Мир жизнь, после того как они почти погубили его, пришлось потратить очень много времени, даже не смотря на то, что у нас чувство времени другое, по сравнение со смертными. Но, они смогли, и в мирах снова зацвела жизнь, в том числе и смертные. Но, отец решил запретить всем Божественным Сущностям напрямую вмешиваться в жизнь смертных. Многие были согласны, ведь они только-только смогли их возродить и создать, поэтому решили не вмешиваться в их жизнь напрямую, хотя и давали им определенные наставления, что не было запрещено… Другие же, просто решили не противоречить отцу… После этого, в Мире снова наступил гармония и порядок, пока в мире Богов, где они жили и наблюдали за Миром не появились Они…       — Они, это кто? — интересуясь, сам при этом, перебирая в голове, кто же мог попасть в мир Богов самостоятельно?       — Младшие Боги… — ответил он мне.       — А они, как образом появились? — удивлённо спрашиваю.       — Сначала мы сами не могли понять, откуда те, которые ощущались, как мы сами, но при этом гораздо слабее, да и самые первые Младшие не могли сначала понять. До тех пор, пока они не рассказали свои истории, и тогда стало понятно, как они появились… Это были обожествлённые смертные, которые с помощью веры в них, стали Божественными Сущностями, хоть и младшими.       — Герои чтоле? — спрашиваю, сразу вспоминая, того же Геракла из мифов, хоть и чуть передергиваюсь внутри, вспоминая одного гиганта с каменным тесаком…       — В каком-то роде, это были смертные, которые своими поступками заслужили восхваления других смертных и вознесение их над собой. После чего, когда эти смертные умерли, благодаря вере, восхвалениям и даже молитвам, они вознеслись в наш мир. И их появление, внесло определенные изменения в наш мир.       — Это ж, какие изменения могут внести вознесенные герои? — удивленно спрашиваю.       — Мы, по своей сути, состоим из чистой энергии, поэтому нам не нужны, как вам, смертным тела, так как ваша искра слишком слабая, и без тела в ваших мирах она не может долго находиться. А мы может существовать в виде силуэтов, сотканных из энергий. А вот Младшие имели внешний облик, такой же, который у них был при жизни. И даже, если они преобразовывали себя в энергию, они потом снова возвращались к ней. Поэтому, Старшие и Боги, увидев это, решили, что так же, преобразуют свою энергию, чтобы казалось, что у них есть тела, как у смертных. И многим это идея очень понравилась.       — Вот оно как, с появлением тех, кто выглядел, как смертные, остальные решили также заиметь себе внешний облик, как и у смертных… — задумчиво произношу, потирая подбородок.       — Да, но у Старших и Богов имелась одна особенность, когда они не хотели иметь облик смертного, то они возвращались в форму энергии, а остальные видели их форму смертных. — разъясняет мне Орион.       — Это, конечно интересно, но пока никак не объясняет, почему ты здесь? — задаю вопрос, надеясь чуть ускорить рассказ.       — Ты помнишь, что у моего отца погибла любимая при войне? — задает он мне вопрос.       — Да, я помню, погибла жена и один из сыновей. — отвечая, не понимая, к чему он ведет.       — Мой отец, с тех пор, больше не испытывал тех чувств ни к кому из Старших или Богам, не смотря на то, что союзов между Старшими и Богами почти не было. И дети от таких союзов становились только Богами.       — Что-то я все равно, не очень понимаю, о чем речь. — высказываюсь, добавив толику непонимания в голос.       — Мой отец влюбился в одну из Младших, одну из первых Младших Богов, которые придумали сами смертные и стали верить в них… — печально произнес Орион, что показалось очень странным, если учесть, что его отец нашел новую возлюбленную, хотя…       — И что в этом такого? — удивленно спрашиваю. — Стоп, смертные начали придумывать Богов и благодаря их вере они рождались?       — Союзов, между Старшими и Младшими до этого никогда не происходили, ведь они считались неподходящими для этого. Только изредка Боги с ними заключали союзы, у них появлялись дети, что-то между Богами и Младшими, но это было редкостью… Именно благодаря союзу между моим отцом и этой Младшей, появился Я… — произносит он, замолкая.— Да, благодаря вере смертных стали зарождаться новые Младшие Боги. — отвечает он, после нескольких минут молчания.       — И что такого, подумаешь, твоя мать из низов мира богов, зато твой отец с ней был счастлив, верно? — спрашиваю, с подбадриванием в голосе. Решив попозже узнать поподробнее о зарождение новых богов способом, который очень похож на способ из некоторых аниме и фильмов.       — Верно, сначала мой отец и мать были счастливы, несмотря на неодобрения многими Старшими, что мой отец, заключил союз с моей матерью. Даже мои братья были против этого, и когда я появился, часто смотрели на меня с неодобрением, и многое ещё было … — печально произносит он. — Но, моя мама, не смотря на то, что была им не родная, любила их так же, как и меня самого. И со времен, братья приняли её и даже стали называть мамой, что очень радовало отца, ведь теперь в семье не было разногласий и был мир и покой… До тех пор, пока не случилось трагедия … — сначала обычным голосом говорил он, после постепенно, с каждым словом затихал.       — Что же случилось?! — удивленно восклицаю, пытаясь представить, что снова могло случиться, по мнению Божественной Сущности, является трагедией. В голову пока приходит, что снова могла начаться война или какие-то волнения такого рода.       —  Мы с моим отцом и матерью проводили время вместе, пока мир не сотрясли голоса боли… Их издавали все Младшие Боги, которые были вознесены из смертного мира. Голос нарастал, и мгновение спустя, и моя мать начала кричать от боли. Мы с отцом сразу же бросились к ней, пытаясь выяснить, в чем дело. Братья тоже появились спустя некоторое время, сказав отцу, что такое везде… Чтобы понять, в чём дело, отец замедлил течение времени в мире богов, ведь оно для нас совсем по-другому течет…       — Насколько же по-другому? — прерываю, интересуюсь в важном, как мне казалось, вопросе.       — В мире смертных, могут смениться… — пытаясь подобрать слово, замолчал Орион.       — Эпохи?       — Да, подходит. У вас могу смениться целые эпохи, а мы даже не заметим этого.       — Ладно, мы потом к этому вопросу вернемся. Что было дальше?       — Мой отец замедлил течение времени, из-за чего голоса боли затихли, и мы смогли выяснить у мамы, что она чувствует боль внутри себя, в самой своей сути. Отцу это сразу не понравилось, и он обратил свой взор на мир смертных, решив, что что-то с ним происходит, если это отразилось на Младших…       — И что он увидел?       — Он увидел, что смертные сотворили странных созданий, которые стали их уничтожать полностью, из-за чего страдали Младшие, ведь они появились из-за веры смертных. Пока в них верят или знают, или они Боги самих народов смертных, они будут жить, даже если будет ослаблены. Пока отец наблюдал это, по миру пронёсся крик, что одни из самых первых Младших погибли…       — Стоп. Смертные сотворили что-то, что начало их уничтожать и из-за этого начали погибать Младшие, которые были связаны с этими смертными, я верно понял? — резко спрашиваю. Так как, мне сразу это напомнила некоторые фильмы и игры, что когда человечество или другие расы доигрывались в богов, что в итоге вело к гибели мира.       — Да. Всё так. Смертные создали то, что даже мы не могли понять, что это и оно стало их уничтожать. — ответили мне.       — Так, с этим ясно, но все равно не понятно, почему ты оказался здесь.       — Когда многие Младшие увидели, что их народы уничтожали, они хотели броситься им на помощь, но отец им запретил, ведь они не должны вмешиваться в мир смертных напрямую… Многие были против такого, и спускались в мир смертных, уничтожая врага, но это не сильно помогало смертным, ведь нарушив закон отца, они лишались большинство своих сил и также погибали от рук врага… - с грустью произнес Орион.       — Что же такое создали смертные, что они могли уничтожать, даже ослабленных богов?! — в недоумении спрашиваю, восклицая.       — Мне это неведомо… Но отец запретил другим Младшим вмешиваться, несмотря ни на что, и приказ Богам и Старшим карать, если те покинут мир богов… И многие погибли так…       — Стоп! Твоя мать ведь из Младших, она ведь тоже должна была бы умереть, если погибнет её народ?! — громко кричу, спрашивая.       —  Всё верно, она не смела идти против отца, даже под угрозой смерти, хоть я и уговаривал отца, чтобы он спас народ мамы, но от твердо стоял на своём решение, что мы не должны вмешиваться в мир смертных… Поняв, что на него не стоит надеяться, я сам отправлялся в мир смертных, уничтожая врага, который грозил народу матери, но меня останавливали мои братья, возвращая обратно, ведь я тоже могу понести кару. И так продолжалось, пока однажды меня не поймал один из Старших… — тихо проговаривает Орион.       Чёрт, я, конечно, понимаю, что отец его не вмешивался из-за политики, скорее всего. Ведь многие Старшие и Боги не одобрят, что он спасет народ своей жены, оставив других Младших на погибель, а возможно, они так хотели избавиться от той, которую считали, что ей не место среди них… Сука, похоже на типичное поведение каких-нибудь аристократов.       — И что же случилось, когда тебя поймали?       — Меня привели к отцу, где были другие Старшие и некоторые из Богов, братья тоже там были. Старший, который меня поймал, обвинил меня, что я нарушаю закон моего отца и требовал у моего отца, покарать меня. Мой же отец, снисходительно сказал, что он меня накажет позже, и меня можно простить, ведь я делал это из-за любви к матери… — проговорив, замолчал он, чтобы следующие слова уже сказать на повышенных тонах. — Меня это привело в гнев, меня значит спасти от кары он может, а мать спасти нет и ещё многое ему наговорил, что я думаю о нём… После чего, он приказал мне замолчать, иначе он здесь и сейчас накажет меня… От этих слов, я пришел в ярость и напал на своего отца, ранив его…       — Ух ты… Ты ранил своего отца? И что такого, ведь его рана должна была зажить, ведь ты не можешь нанести ему серьезное ранение?       — Я тоже так думал, когда увидел, что я натворил… Отец сначала хотел на меня накричать, не обращая на рану внимания, пока ему не сказали, что она не заживает… Он был в своей смертной форме, потому мой удар пришелся по тому, чем вы видите. Он обратился в энергию, думая, что это поможет, после снова принял смертный облик, рана исчезла, но вот, чем вы видите, нет…       — Как такое возможное? — удивленно произношу я.       — Мне это неведомо, но меня тут же схватили и тут же стали обвинять, что я пытался убить своего отца… А сам я ничего не понимаю, смотря на хмурое лицо отца, пока он не велел меня отпустить, чтобы объявить, что буду заключен в определенном пространстве, пока не пройдет время, сколько он считает нужно. Это будет моим наказанием за нарушения закона и остального. После подомной, появилась воронка, которая меня поглотила и я оказался здесь… А ведь не смог даже попрощаться с мамой… — с глубокой грустью произносит Орион.       — Вот теперь понятно, как ты оказался тут, да ты бунтарь. — даже немного весело произношу я. Промолчав о том, что возможно, таким образом, отец спас парнишке жизнь, ведь, если он может ранить Старшего, значит, может и убить, такую опасность, Старшие бы не потерпели бы. — Неужели, ты больше так не видел свою мать? — спрашиваю тихо у него.       — Видел, но она не видела меня…       — Это как?       — Мой отец сделал так, что я могу понаблюдать тогда, за миром богов, когда умирала мать… Но после, он закрыл мне взор туда... Но для того, чтобы я понял свои преступления, он дал мне возможность, наблюдать за миром смертных.       — Ну, хоть позволил увидеть мать напоследок, хоть в этом молодец. — произношу вслух. — А ты сейчас можешь мне показать смертных?       —  Я не уверен, получиться ли, ведь я теперь заключен в твоём теле… — Неуверенно произносит он.       — Ты попытайся, думаю, ты сможешь. — поддерживаю его.       — Закрой глаза. — Говорит он мне, и я закрываю глаза. — Каких именно смертных, ты хочешь увидеть? — спрашивает он.       — Ну не знаю, насколько у нас развились смертные уже?       — Смертные бороздят звезды.       — Значит уже вышли в космос… Давай меня к тем, кто в космосе больше всех бороздят. — дал я ответ.       — Сосредоточься на том, что ты хочешь увидеть. — проговорил он мне. После чего я попытался сосредоточиться, что хочу увидеть высокоразвитую расу, которая бороздит космос. — Открой глаза. — Сказал мне Орион.       Открыв глаза, когда мне сказал Орион, у меня челюсть тут же отвалилась, когда я увидел, что оказалось передо мною…       «Это, чтоб вас всех за ногу, ГРЕБАННАЯ ЦИТАДЕЛЬ ИЗ МАССЫ!!! ХРЕНОВ, МАТЬ ВАШУ, НЕКРОПОЛЬ!!!» — Проорал я себе в мыслях. Когда перед моим взором, была Цитадель из Масс Эффекта, плавающая в космическом пространстве.       Так, успокойся, надо узнать больше информации.       — Орион, мы можем увидеть, что внутри неё? — задаю вопрос ему, стараясь держать голос ровно. Смотря, как вокруг Цитадели снуют разные космические корабли.       — Захоти там оказаться. Тебе нужно учиться пользоваться теперь уже нашей Силой. — Выдал он мне.       После чего, я закрыл глаза и пожелал оказаться в Цитадели, после чего, что-то почувствовал внутри себя. После чего открыл глаза и лицезрел, что нахожусь внутри Цитадели, а мимо меня ходят туда-сюда протеане, и парочку других рас попадалась, но мне они были неизвестны и их было мало.       «Так, если Цикл у них ещё не начался, то возможно можно их предупредить, тем самым не дав канону Массы быть.» — размышлял, пока вдруг через меня не прошёл один из протеанинов.       — Это ещё как? — удивлённо произношу я.       —  Мы всё ещё находимся в заточение… Мы можем, видеть сам мир, но взаимодействовать не можем с ним. — объясняет мне Орион.       — Так вот, что ты имел в виду, когда говорил, что видел мать, но она тебя нет? — Озвучиваю ему свою мысль.       — Да, так и есть. — ответил он.       «Ладно, пока не начался Цикл, я могу…» — было я подумал, но мне не дали довести мою мысль до конца…       Пространство Цитадели начало трястись, а все прохожие начали что-то кричать.       — Что происходит?       — Враг пришёл. — отрешённо и с горечью, сказал мне Орион.       После его слов, я сразу закрыл глаза, пожелав, оказаться вне Цитадели и когда снова открыл их, увидел следующее.        Цитадель ярко светилась синим, как ретранслятор в Массе, после чего около Цитадели стали возникать Жнецы разных классов, которые сразу стали уничтожать жалкие корабли, которые сновали около Цитадели.       — Нам больше тут делать нечего. — произнёс Орион, после чего мы снова оказались просто в космическом пространстве.       — Так вот, что за враг, о котором ты говорил? — спрашиваю у него.       — Верно… Я обычно сплю, пока они не появится, но на этот раз проснулся чуть раньше, из-за тебя, скорее всего. — даёт он мне ответ.       — И долго тебя ещё сидеть тут взаперти?! — раздражено спрашиваю, ничуть не радуюсь, что мне придётся торчать здесь неизвестно сколько.       —  Один лит. — отвечает он мне.       — Это ваше исчисление? Можешь сказать, сколько в смертные года это? Год, два, десять, сто, тысяча лет? Или ещё один Цикл, в течение 50 тысяч лет? — возмущённо сращиваю его, начиная злиться.       — Ещё 50 тысяч смертных лет. — даёт спокойно мне ответ.       — Ладно, 50 тысяч лет, и что мне прикажешь делать столько времени?! — восклицаю я.       — Я собираюсь снова заснуть… Думаю ты тоже сможешь также поступить.       — А переживу такое? Моё тело не обратиться в прах?! — громко задаю вопросы.       — Пока я в тебе, тебе ничего не грозит… — спокойно говорит, хотя его голос стал немного затихать.       — А если я не захочу сейчас заснуть? — уже более спокойно спрашиваю.       — Засыпай… Когда… Тебе будет… Удобно… Когда при…дет время… Я тебе пробужу… — затихающим голосом, сказал он мне, после чего замолчал.       — Орион? — пытаюсь обратиться, но в ответ мне было только молчание.       «Класс… Как мне теперь во всем этом разбираться?» — подумал я, вставая на ноги, и начав просто бродить по этой… Тюрьме.