Величайший

- Без этого, конечно, никак! - Недовольно пробурчал Босс. Цепкий взгляд английского гостя мигом обнаружил источник беспорядка. Нарастающие потоки мусора распространялись из комнаты в дальнем от входа углу дома. Обожжённые остатки двери безмолвно свидетельствовали о вспыльчивом темпераменте и крайней спешке последнего посетителя. Хагрид последовал по предположительному его маршруту. Судя по всему, раньше помещение служило хозяевам кабинетом. Небольшой квадратик бежевых стен, ковер, отрывной календарь, скупой набор книжных полок и рабочий стол, обитый чем-то, выдающим себя за зеленую парчу. Как это ни было мерзко, но Величайший почти стал привыкать к таким бомжатским апартаментам. Необычным казался только излишне «подвижный» и шуршащий пол. Медленно склонив голову в сторону Ада, до которого из этого города было даже ближе, чем от стен Дита, лесничий Хогвартса увидел многочисленные тетрадные листы. Вряд ли пожелтевшие, скорее - желтые изначально, вдоль и поперек они были исписаны маленьким неразборчивым почерком. Босс не стал тщательно всматриваться в содержимое, отметив лишь, что тексты, скорее всего, относились к разряду волшебной химии, а точнее - соединениям компонентов, не встречающихся в магловской науке, но изредка упоминавшихся в тех книгах, что Величайший успел просмотреть в школьной библиотеке. Триста четыре листа, методично разбросанных по вылинявшему линолеуму, явно были неоконченными черновиками. Их продолжение несомненно и было целью проводившего обыск. Понять что-либо конкретное по обрывках было решительно невозможно. Квалификации Хагрида хватило лишь для того, чтобы определить, что разработки относятся к сфере психики и ее коррекции. Два листа Босс поднял и положил в свою папку. Это открытие серьезно взбудоражило Босса. Впервые за долгое время события, казалось, развиваются в сторону разгадки тайны его появления в этом мире. Он решил более внимательно осмотреться. Книги - научные, художественные не должны были содержать ответа. Тем более, предыдущий исследователь комнаты уже потрудился изучить большую часть интерьера. Разве что, художественная литература подверглась не столь придирчивому анализу. Да и немного той находилось. Русская классика, из которой явно выделялся своим объемом сборник Чехова. - Интересно. - подумал Босс. После чего решил уделить чуть более внимание фолиантам. Но ничего необычного - кегль, шрифт, текст - все как в оригинале (как минимум на первой, последней и сороковой страницах; не читать же всю книгу! Если тебе нехер делать - иди читай, а у Величайшего есть более важные дела). Рабочий стол также подвергся разорению. У левой его ножки спинкой вверх валялась рамка фотографии, разбитое стекло которой разбрызгалось неподалеку. Хагрид поднял ее, и перевернул. А там... Антон Павлович. - Еще интереснее. - Еще раз подумал Босс, на этот раз вслух. Выбор необычен. Семья, любовница, президент или собака подошли бы на роль столовой фотки куда больше. Здесь могла быть какая-то магия. Величайший, к глубочайшему на этот раз сожалению, на этот раз не мог проверить этого. Ни палочки, ни специальных знаний не было. Только на фрагментированном уровне семи курсов и нескольких внепрограммных книг. Однако палочки не было все равно. Скорее наудачу, чем наверняка, Хагрид произнес несколько незамысловатых латинских формул. К удивлению, комнату заполнило синее свечение, облепив не считанные секунды каждый предмет, а затем исчезло. Эффекта не было. Впрочем, это ничего не значило. Лесничий даже не был уверен, что применил адекватные ситуации заклинания. Но, что мог, он сделал. Возможно, любитель просроченного кумыса просто фанател от вышеназванного писателя, а может тайна все же имеется. Но узнать это на данный момент Босс уже не пытался. Лучше было продолжить осмотр. На зеленой поддельной порче виднелись характерные потертости и вмятины. По ним Величайший установил бывшее место фотографии Чехова. Но на противоположной стороне стола были похожие следы. А вот рамки не было. Либо Антон Павлович просто перекочевал однажды с края на край, либо он не был одинок на столешнице. О сущности предполагаемого соседа можно было только гадать. Из папки, любезно предоставленной кожаной московской интеллигенцией, Хагрид знал, что семья - жена и дочь (хах, как шаблонно), - у Болтуша все-таки была. Но они ли были на фотографии, неизвестно. На этом что-либо необычное в кабинете закончилось. Осмотр остальной части дома не принес ничего интересного. Наличие таких же разоренных комнат - спальни, детской, гардеробной, кухня, сральник (прошу прощения, но никак не туалет) - подтверждали теорию заброшенности дома. Хотя и без этого все было понятно. Разве что окончательно стало ясно, обыск - дело рук не хозяев, но их ярых недоброжелателей. Последней, уже на выходе, Босс решил осмотреть гостиную. Все перевернуто. На стене, обклеенной дешёвеньким обоем, над камином расположилась небольшая инсталляция. Набор охотников разных времен. Ружья, луки, ножи и всякая прочая херь. Венцом выставки стал... портрет Чехова. Это уже странно. Первая мысль - тайник. - Да ладно... Не, это уж слишком! Тем не менее, Босс осторожно подошел к портрету, и снял его со стены. Под ним оказалось... пятно. Лишь немного оно уступало размером рамке. - Блять. - Максимально лаконично подытожил Величайший. На всякий случай он простучал стену и даже ударил кулаком, вложив немало сил. Стена продавилась несколько, но тайник не обнаружился. Хагрид снял со стены ружье. - Это так и не выстрелит! Муляж. - Ухмыльнулся Хагрид. (Не понял шутки? Загугли про «чеховское ружье», необразованное чмо). А вот пятидесяти сантиметровый кортик выглядел вполне рабочим, настоящим и дорогим. Когда-то давно, в прошлой жизни, Величайший не стал бы опускаться до воровства. Но пустому дому этот ножик был нужен меньше. Больше здесь нечего было делать. Босс вообще-то не любил тратить время впустую, а теперь ситуация и вовсе требовала действовать как можно быстрее, а потому волшебный Шерлок покинул злополучное жилище и двинулся на поиски марийца, испытывающего в этом году, видимо, неуемное внимание не одного лишь раздосадованного английского лесничего. (Придирчивый читатель, в отличие от тебя, мог задаться вопросом: «А откуда, собсна, Босс обладает такими навыками следователя и так плавно идет по уликам?». А вот не выделывайся. Ответ прост - Величайший пережил столько обысков в своих личных домах от следователей многих стран, что невольно впитал в себя их умения. Дела, по которым пытались закрыть Босса, для тебя так же недостижимы, как и его слава. Но благодаря своему удивительному аналитическому уму и дедуктивного методу он всегда оставался чист перед законом. Впрочем, повторять в домашних его приемы условиях даже не пытайся. Ты просто получишь пятак строгача за свой украденный килограмм гречки). Положение Величайшего становилось более тяжелым. Следы кумысного отравителя стремительно исчезали. Последней зацепкой оставался НИИ. А дальше - только звонить в колокола. По дороге к институту, адрес которого был указан в бесценной папке Даниила, Босс прикидывал план действий. Он почему-то был уверен, что на месте сотрудника не окажется. Поэтому большее, чего можно было добиться - выяснить, куда или хотя бы из-за чего пропал хозяин разоренного дома. За размышлениями дорога прошла незамеченной, благо и замечать было нечего. Требуемая организация располагалась в закрытом на вечный ремонт детском саду. - Вы по какому вопросу? - Проскрипел противной голос, который в любой стране и в любое время мог принадлежать только вахтерше. - Добрый день! - Произнес Величайший с нарочито английским акцентом, примерно так, как изображал бы англичанина актер русского провинциального театра. Как это ни странно, но более весомого довода, чем фальшь еще не изобрели. - Я хотел бы видеть господина Болтуш Серов. Вахтерша скривила лицо настолько, что оно почти стало прямым. - А Вы кто такой? - Я есть английский профессор. Мне нужно видеть мой коллега Болтуш. - А мне нужно видеть пропуск! - Но у меня нет пропуск. Я приехать из Лондон, делать долгий путь, мне нужно говорить. - Ничего не знаю. Объект стратегический, пущать никуда не буду! (К несчастью, на определенную породу бабок может воздействовать только Андрей Малахов, президент и индексация пенсии; но никакая харизма, даже внеземная, не может их пронять). - Хотя бы позовите кого-нибудь. - Ну ладно. Ждите. - Благодарю! Босс остался ждать у окошка раздевалки, так и не проникнув в основное здание. Проходная была выложена узорчатой мозаикой - невероятное сочетание белой плитки и серого бетона. Несколько минут спустя в помещении материализовался неизвестный обладатель некогда белого, но давно утратившего это свойство, халата. - Здравствуйте! Это Вы хотите посетить кого-то из наших сотрудников? - Добрый день! Да, это так, мне нужно встретиться с... Незнакомец кашлянул: - Кхем. - Огляделся. - Пройдемте. Неелохалатный провел Величайшего через коридор, завел в кабинет администрации. - Меня зовут Алексей Иванович. Я начальник отдела, в котором работает Серов. Что Вы хотите? - Встретиться с господином Серовым. - Да... однако, видите ли... - Иванович несколько помедлил, ворочая мозгой. - Серов на данный момент находится в отпуске, увидеть его не получится. Но Вы можете поговорить со мной. Я в курсе научных изысканий своих сотрудников. Почему, собственно, Вы пришли искать Серова в НИИ? Что ж, с надеждой найти отравителя самостоятельно можно было распрощаться. Хагрид понял это весьма отчетливо. Потому настало время звонить в колокола. - Это так. Дело в том, что господин Серов этим летом посетил меня в Англии и передал ряд документов, которые просил проверить, а затем отправить совой. К сожалению, он указал неверный адрес, и мой ответ не был доставлен. Поскольку я знал, что документы очень важный, я решил доставить их лично. Я узнал, что господин серов работает в этом институт, и привез документы. - С этими словами Босс достал из-за пазухи папку Даниила, снабженную надписью: «Папка № ___», из которой торчал краешек подобранных в разоренном доме листов. На лице Алексея Ивановича смешались изумление, облегчение, скрашенное толикой недоверия. А затем мрачное удовлетворение. Всего на мгновение. Но Величайшему хватило. - Да, Вы проделали нелегкий путь! Это очень ответственно! - Сказал небелохалатный, взяв себя в руки. - Мы очень благодарны. Думаю, Вы можете оставить документы мне, а я передам их Серову, как только он вернется из отпуска. - Спасибо! Однако я хотел бы отдать их лично, чтобы поделиться вдобавок некоторыми своими идеями. Надеюсь, это не делает Вам обиду. Но раз его нет... Господин Серов говорил, что у него есть семья, возможно, я буду идти к ним, они сказать мне, где он. Но если уж нет. То, разумеется, я вернусь к Вам. Не могли бы Вы сказать мне адрес господина Серова? Тучка беспокойства пробежала по лицу Алексея Ивановича, но быстро сменилась решительным выражением. - Да, конечно... - Небелохалатный достал из ящика стола тетрадный лист, написал на нем адрес, из которого Босс только недавно вернулся, и протянул англичанину. - Желаю Вам успеха! - Большое спасибо! - Я провожу Вас. В дверях детского сада коллеги-ученые распрощались. Босс еще раз вгляделся в лицо Ивановича, на котором чуть не буквально было написано: «Лох из детектид». Впрочем, лесничий был того же мнения. И Величайший вновь отправился к дому Болтуша. За время его посещения в НИИ город никак не изменился, а потому описывать было по-прежнему нечего. И вот, путь закончен. Снова облезлая двухэтажка, заросший участок. Босс вошел внутрь, прошел до середины гостиной. И тут сзади с неожиданным стуком захлопнулась дверь. - Хеллоу, англичанин!