Твоя жизнь в моих руках

Мальчик лет 10 с рыжеватыми волосами сидел на пледе и читал очередную заумную книгу. Рядом сидел красноволосый мальчишка с слишком взрослым, змеиным и хитрым взглядом. Не был он похож на ребенка 10 лет, вот просто. Он собирал лего. Обычное мальчишеское занятие, ничего примечательного. Однако, собирал он не машинки, не дома, не танки, а пистолет. Выглядел этот лего-пистолет очень и очень реалистичным. Будто просто немного неровный, с выступающими углами пистолет в руках. Даже издалека можно было разглядеть орудие и не увидеть, что это лишь пластик и конструктор. Мальчишка направил оружие, взяв в руку и положив палец на «курок» или, по крайней мере, место, где он должен был находиться, и «выстрелил» в своего друга, произнес — «Пиу!» — будто и правда выстрел, и приподнял его вверх, показывая, что выстрел был и это отдача. Рыжеволосый захлопнул книгу с громким звуком и раздраженно посмотрел на златоглазку. На его лице отображалось лишь одно — «Беги, пока можешь!» Взяв книгу в обе руки, он погнался за «стрелком» с возгласами — «Не мешай мне читать!» Его друг лишь смеялся и убегал, зная, что иногда все же мальчику нужна разрядка от постоянного потока информации. Все же, иногда разъяренный мальчишка попадал книгой по спине или попе, а изредка еще по голове, чему радовался и раззадоривался еще больше. Резвый мальчишка с пистолетом в руке снова «выстрелил» в друга и споткнулся о камень. Его друг следом за ним, накрывая сверху. Они дружно засмеялись и легли на спины макушкой к макушке. Посмеиваясь и восклицая про животных, людей и вещи, указывали на небо, где примерно такой формы, как и их восклицание, плыли белоснежные, пушистые облака. «Смотри, вон там гриб!» — сказал красновласый, указывая своим пальчиком на голубое покрывало с волнистыми, даже бугристыми, картинками. Так же можно было сказать, что эти неровности — камушки в песке, а также закопанные ямки. Рыжеволосый посмотрел туда, куда приблизительно указал своим пальчиком, и увидел фигуру, которая напоминала, и вправду, какой-то грибочек. Ребятишки весело захихикали и вновь продолжили выглядывать разные фигуры. Но вдруг вся эта картинка стала разваливаться по кусочкам и в конце стала черной… Рыжеволосый гамма резко принял сидячее положение, проснувшись. Его дыхание было учащенным, как и сердцебиение. Глаза чуть ли не вылетали из орбит и были широко распахнуты. В уголках глаз стояли маленькие капельки слез, которые текли от испуга, нервов. Мужчина пытался успокоится минут 20, приложив одну руку к сердцу, а другой сжимая простынь. Его тело подрагивало, что выдавало его растерянность. Все эти 20 минут он смотрел на вещи размыто, будто перед глазами находится белая, чуть прозрачная дымка. После этого времени, он успокоился и наконец слез с кровати. Он потянулся, как принято после сна разминать конечности. Встав на мягкий ковер, он обулся в тапочки и пошел в ванную, где выполнил все утренние процедуры. После этого, переоделся в обычные домашнюю, белую майку и коричневые шорты. Затем, чуть зевая, прошел на кухню и залез в холодильник, ища, из чего сделать завтрак. Вид у него напоминал больше уставший, даже ленивый, чем бодрый, но это оправдывается тем, что у него загруженные графики постоянно и, даже в отпуске на пару недель, он умудряется что-то сделать по работе. Можно было сказать, что он — повелитель трудоголиков на всем белом свете. Не придумав ничего лучше, чем хлопья, он выбрал из всех кукурузных и не кукурузных медовые, кукурузные хлопья. Из холодильника, в который он лазил, достал, если логично предположить, молоко. Поставив на столешницу тумбочки кофейного цвета миску, насыпал в нее хлопья и залил молоком. Размешал ложкой и начал есть, освежаясь от прохладного молока. Его мысли были сосредоточены на работе и повторении графика, который был составлен его секретарем. В этом графике были: деловые встречи, приемы, бумажные дела и проверка персонала, которая была раз в неделю. Гакушу сполоснул миску от молока, поставил у раковины на ту же столешницу и прошел в свою комнату, где, как всегда, висел его серый костюм с фиолетовым галстуком. Пока он подходил к двери в комнату, у него в голове пронеслось воспоминание про цветок, который в данный момент находился в вазе на кухне. Задумчиво пробыв у двери минуту, он все-таки прошел в комнату, вспоминая язык цветов. Он много чего знал, много чего помнил, так как читал чуть ли не поминутно, но вспоминать то, что не повторял несколько лет, ему было все еще трудновато, особенно, если это была не особо важная информация. Одеваясь, он все-таки вспомнил значение бегонии на языке цветов и усмехнулся, уже застегивая рубашку. Надев штаны, пиджак, завязав галстук и обувшись в черные туфли, он вышел из квартиры, беря с собой черный портфель, в котором, как видимо, находились его папки с документами, пару распечаток графика на день и кошелек. Обычно он носит все важные вещи, такие как телефон и кошелек, в карманах пиджака или штанов, но вчера просто закинул кошелек в портфель и так и не доставал его. На руке красовались часы черного цвета с, как стандартно, временем и с дополнениями ввиде: температуры и даты. Стрелки и электронные цифры показывали: 8:07, 15.04, 13°. Для апреля довольно тепло. Однако, Асано работал и в более жаркие дни, даже в других странах, где летом под 40°. А зимами под -30°. Погода Токио, столицы Японии, для него была пустяком. Перед домом уже стояла черная машина с пуленепробиваемыми окошками. Мужчина открыл дверь и залез в нее, захлопывая за собой дверцу и держась все так же прямо. Однако, увидев водителя, облегченно вздохнул и все-таки немного расслабился, откинувшись на спинку кресла. Водитель усмехнулся. — Работа так выматывает, Асано? — спросила его голубоглазая девушка, смотря на дорогу и ведя машину. Пассажир лишь невесело улыбнулся. — Ирина, я же говорил, чтобы ты меня не звала по фамилии, зови просто «Гакушу», — уклонился от ответа рыжеволосый и с упреком посмотрел на женщину. Она лишь засмеялась и покрепче взялась за руль, начиная движение. — Я же прекратил тебя звать Сучкой, — на висках у златовласки выступили жилки в раздражении, а лицо приобрело темный оттенок, выражая злость. — Я уже привыкла тебя звать так, но раз тебе так угодно, то хорошо. Будешь Гакушей, — она ядовито улыбнулась. Ей было не впервой, когда мужчина не отвечал на вопрос, это было уже обыденным, как только она садилась за руль. — Но на работе я буду к тебе официально обращаться, — она остановилась у большого здания, на котором висела большая вывеска «OFFICE AS» зеленого цвета. Под ней белого цвета было «Asano Corporation». По окнам, которые были во весь этаж лишь с разделением в потолки-полы, можно было сосчитать количество этажей, а было их около сорока. — Ну, не думаю, что кто-то одобрит твое обращение ко мне, если ты так и на работе будешь говорить, — усмехнулся парень, открывая дверцу и хватая портфель. Выйдя из машины, он принял деловой, серьезный и холодный вид, как и подобает владельцам крупных корпораций. Женщина уже припарковала машину и прошла в здание, в то время как рыжеволосый смотрел вверх на яркие буквы. Он задумчиво в них всматривался, пока его не окликнули. Повернув голову, он увидел своего секретаря — накачанный мужчина, ростом 180 см, игольчатой прической, зачесанной назад, строгими, хмурыми глазами темно-серого цвета и одетый в строгий деловой костюм: белая рубашка, черные галстук, пиджак, штаны и туфли. Смотрел на босса он раздраженно. — Асано-сан, я понимаю, что здание красивое и работы много, но никто не ждет, — грозным тоном сказал секретарь Гакушу. Последний же только опустил голову и прошел внутрь здания. На самом деле, в начале, работа для Асано была наслаждением, а сейчас ему хотелось побольше отдохнуть от этой рутины, так как вся спина натружена, все мозги пропахли… работой. Он уже буквально ей дышал, чистый воздух уже исчез из его жизни. Каждая минута, каждая секунда для него была тяжелой, так как он вечно думал о графике, работе, сотрудниках, как они там справляются без него. Ни минуты было покоя. Даже во время сна — ему ничего не снилось, оставляя темноту и не давая должного отдыха. Все это так достало гамму, что он буквально мог уже топиться, но считал это глупым деянием. Мужчина считал, что суицид — тупо и бессмысленно. Однако, это можно было и считать отбором, если, конечно, это не дети занимаются самоубийством из-за «неразделенной любви, бросил парень или бросила девушка, депрессии не из-за чего и т.д. и т.п.» Это, правда, его еще немного бесило, что в новостях могут писать про этот бред. Но в большинстве своем, он мог просто забить на это и пойти заниматься своими делами. — Асано-сан, Вы не забыли, что скоро у Вас прием важных персон в свой кабинет? — спросил брюнет своего начальника, который коротко кивнул. — Так же, сегодня будет деловой ужин с партнерами из Австрии, у них будет парочку вопросов по поводу магазинов и товаров. Так же, у Вас будут переговоры по поводу открытий в «OFFICE AS» пары ресторанов. Надеюсь, Вы все запомнили, — все это время сероглазый смотрел в листик и, лишь под конец его речи, соизволил посмотреть на босса. Гакушу кивнул и вызвал лифт, нажав на кнопку, которая загорелась в тот же миг оранжевым цветом. Глаза рыжеволосого повернулись в сторону секретаря, вместе с головой. — Ты, как всегда, серьезен, Карасума. Не волнуйся, весь график у меня в голове, я все помню, — холодно взглянул на подчиненного, будто хотел его напугать, но это совсем не так. Его боялись лишь те, кто не знал босса, а таковых было довольно мало, так как при себе он не держал незнакомцев с левого переулка. Все его стажеры и работники проходили спец тест и спец подготовку для служения такой крупной фирме. В доме буквально каждого человека, кто только был связан с этой корпорацией, были везде прикреплены камеры видеонаблюдения, про которые все сотрудники знали, но где именно эти камеры висели — никто не знал, кроме самого босса и пары работников, которые и развешивали эти камеры. За всеми сотрудниками наблюдало целое отделение, которое состоит из большого количества человек, что и не сосчитать. А за теми людьми следит другое отделение, уже меньше, на человек сорок, а за этими следят еще двадцать человек. За этими двадцатью следят десять, а за десятью четыре. За этими же четырьмя следит помощник секретаря — Джули Эдисон. Коротко стриженная блондинка с синими и глубокими, словно море, глазами. Грудь была на троечку, а фигура была чуть ниже идеала. Однако, эта девушка была бетой, так что ее никто не мог заполучить в этом мире. Лифт уже открыл двери и гамма вышел из него, доставая ключи и открывая дверь. Асано зашел в свой кабинет и застыл на пороге, увидев…