Новая жизнь.

Ривай все вспомнил. Провалы в памяти преследовали его последние несколько месяцев, и когда что-то ужасное выходило наружу он тут же начинал паниковать. "Ах вот, что произошло", - думал парень, осматривая огромную комнату, походившую на морг. Везде были развешены отрезанные руки, печенка, легкие и кишки. Кафельное помещение, освещаемое одной лишь лампочкой, само по себе было жутким, но висящие потроха придавали комнате еще более ужасающий вид. -Опять провалы в памяти? - спросил Якумо Оомори, прибывавший до этого в камере кремации. Его лицо было скрыто маской и воняло от него, как от помойки. -С чего ты взял? - равнодушно отозвался Ривай. Он картинно зажал нос рукой и отошел от Якумо на несколько шагов назад. -У тебя такой взгляд странный, - посмеивался Оомори, складывая свои операционные ножницы в ящик. -Тут просто воняет, - просипел Аккерман, - это был последний раз, когда я доставляю тебе трупы. Якумо, до этого мирно складывавший свои ножи в ящики, с грохотом уронил несколько из них. -Тебя не устраивает оплата? - грубо спросил Оомори, пытаясь произвести устрашающее впечатление на своего доставщика. "Вот болван", - подумал Ривай, на которого тон мясника не произвел никакого впечатления. -Мне просто надоело, я уезжаю в другой город, - холодно отозвался брюнет, и подумав несколько секунд, прибавил, - мне предложили другую работу. Якумо хрипло засмеялся. -Я плачу тебе баснословные деньги, чтобы ты приносил мне бомжей. Знаешь, на черном рынке очень востребованы органы, и вряд ли ты найдешь работу, которая так же высокооплачиваема, как эта. Парню было плевать. Он пожал плечами и подошел к столу, с лежащими на нем деньгами. -Прощай, - сказал Аккерман, и забрав деньги, ушел из холодного подвала.

***

Аккерман в который раз подумал, что ему стоит начать новую жизнь. Уехать далеко-далеко от Якумо, который так и нарывался поиграть с полицией; уехать от кланов якудзы, и от их лидеров; уехать подальше от психбольниц, которые пугали Ривая одним своим видом. Не смотря на провалы в памяти, он хорошо помнил, как был привязан к кушетке, и как через него пропускали разряды тока. Он все это помнил и не хотел возвращаться туда еще раз. В этот раз ему сбежать удалось, но в следующий вряд ли получится. Ривай решил, что точно сделает себе новое имя и уедет в маленький городок, в котором жила его тетка. Но парень прекрасно понимал, что новый паспорт сделать можно за два дня, а вот убрать плохие привычки, агрессию из него будет очень непросто. Но это того стоит. Ему надоела жизнь отшельника. Аккерман неторопливо шагал по улице, громко шаркая ногами. Он осматривал Токио, примечая все детали. Это последний день, когда парень гуляет по этому городу, поэтому надо налюбоваться вдоволь. Кишащие преступниками улицы были скрыты от глаз, и это радовало. Хотя, члена якудзы или убийцу можно было встретить и на главной площади. Вот, например, один идет. Ривай Аккерман - убийца, наркоторговец, сутенер и много еще кто. Но ни один человек не задержал на нем взгляд. Внешне он ни чем не выделялся, и вряд ли кто-нибудь приметил в нем опасного убийцу. Ростом парень не вышел, всего сто шестьдесят сантиметров, и это в его двадцать пять лет. Хотя в этом были определенные плюсы, если не присматриваться, то он очень походил на шестнадцатилетнего подростка. Этим преимуществом Ривай решил воспользоваться. С этого момента он Леви Келлерман, шестнадцатилетний парень из Токио. С этого момента он не одинокий псих с темным прошлым, он обычный подросток, который через неделю приедет к своей тетке с болезнью Альцгеймера в гости. Он заживет заново, без вечной паранойи, без мафии, наркоты и убийств. Леви Келлерман теперь счастливое начало. Ривай думал об этом и улыбался сам себе. На Токио медленно опускалась ночь, а это означало, что самые опасные люди Японии вылезают из трущоб на улицы.

***

Всю ночь Ривай собирал вещи в свой чемодан. Одежда, деньги и... оружия. Аккерман не был мечтательным идиотом, и понимал, что уезжая из Токио, он оставляет за собой много врагов и незавершенных убийств. Если его найдут, он сможет себя защитить. Паспорт ему сделал Ута. Этот парень, лет двадцати трех, работал татуировщиком в местном салоне. К нему ходили в основном члены мафии и проститутки, но даже не смотря на это, его все равно уважали. Ута не задавал лишних вопросов, он знал, что Аккерман не слишком разговорчивый человек. Татуировщик быстро отдал ему "новую жизнь" и Ривай с облегчением сжег свой другой паспорт. Он ему больше не понадобиться. В два часа ночи Ривай в последний раз находился в Токио. Он раздал всем долги и незаметно ускользнул из города. Ривая Аккермана больше нет, есть только Леви Келлерман - веселый, смышленый парень шестнадцати лет.