Заказ

Василий сидел за барной стойкой переполненного байк-клуба и наблюдал за Андреем. Человек как человек. С самой обычной душой, идущей за своими желаниями. Таких, как он, миллионы. Чем он так не приглянулся этой ведьме, Василий не знал, но догадывался. Ибо Наденька была довольно мелочным созданием. Может, бизнес у них где-то пересекся, может, кто другой ей его «заказал». Это все было неважно. Главное, успеть выполнить работу за оставшиеся 4 часа. Василий внутренне подобрался, готовясь корректировать обстановку. Через 2 минуты на сцену должна была выйти Катя. Ее срочно вызвали на замену внезапно и так некстати заболевшей танцовщицы. Василий хихикнул. Танцовщица эта очнется, хорошо, если к утру. Температура под 40° – это вам не шутки. Нет такого смертного, кто мог бы перенести поцелуй демона, высасывающий энергию, без последствий для своего здоровья. Василий был доволен. Все пока неплохо складывалось. Андрей рассеянно потрепал свою спутницу, совсем молодую девочку, по щеке. - Иди, возьми себе что-нибудь в баре. Девочка чмокнула его в губы и послушно отправилась к стойке. Андрей проводил ее скучающим взглядом. Куклы. Все они одинаковы. Покупаешь им пиво, везешь на квартиру и делаешь с ними все, что захочешь. Хоть бы одна отказалась. Дуры. На сцену вышла Катя. Андрей, почти против воли, впился глазами в ее изящное тело и вдруг отчетливо вспомнил, как оно изгибалось и стонало в его руках. Кольнуло где-то глубоко-глубоко внутри. Боль пришла волной, ударилась о берег его души и отступила, оставив после себя обломки. Обломки и пустоту. Он никого и ничего больше в этом зале не видел. Катя заметила Андрея не сразу. А когда заметила, танцевала только для него. Она слишком любила этого человека, чтобы так быстро остыть. Почему-то не получалось быть равнодушной. Она с извращенным удовольствием мазохиста демонстрировала ему свое чувственное тело, извиваясь около шеста. Ее руки скользили по ногам, упругому животу, груди в такт музыке – медленно, с вызовом. Она словно бы кричала ему – посмотри, это могли бы быть твои руки, ты мог бы обладать мной – не только телом, всей мной, если бы захотел… На последних аккордах музыки она спустилась со сцены и подошла к Андрею так близко, что он ощутил все изгибы ее тяжело дышащего обнаженного тела. - Я танцевала для тебя. Только для тебя. Она могла ничего не говорить. Он это знал и так. Пустота внутри него ухнула с высоты стоэтажного дома и разбилась на миллионы осколков – и в каждом была она, ее отражение. Я не должен тебя обжигать. Я не должен тебе делать больно, милая. Простишь ли ты меня когда-нибудь? Андрей отстранил девушку. - Я не один, извини. Катя с видимым усилием улыбнулась. - Не понимаю, почему ты отказываешь себе в счастье. - Потому что не хочу, чтобы однажды ты меня предала. У красивых и умных девушек, таких как ты, есть этот талант – единственный и неповторимый. Предашь меня и ты, - Андрей виновато отвел глаза в сторону. - Ты обманываешь сам себя, - было видно, с каким усилием Катя себя сдерживает, чтобы не расплакаться, - Счастья тебе, какого-нибудь. В настоящем ты не нуждаешься. Она отошла от него, с плотно сжатыми губами и ногтями, впивающимися в ладони. - Дорогой, почему она к тебе пристает? – недовольно протянула вернувшаяся с пивом девочка. - Не знаю. Понравился, наверное, - рассмеялся Андрей. Неживым и наигранным смехом. Впрочем, девочка этого не заметила. Василий ликовал. Катя просто умница. Так легко воспринять его коррекцию! Он разбудил ее эмоции, внушил ей мысль (О! всего лишь мысль) о возможности их с Андреем совместного счастья и, пожалуйста – надлежащий посыл этот герой-любовник получил. Есть какой-то придуманный человеком закон Вселенной, будто бабочка, махнув крыльями в одном месте, обязательно вызовет ураган в другом. Нет, нам так много не нужно. Никаких ураганов. Всего лишь маленькая буря. Человек так устроен, что с детства привыкает экономить на счастье. Привыкает довольствоваться малым, но в тишине собственного одиночества мечтает о большем. И когда это самое большее приходит, он не в состоянии с ним справиться, оправдывая себя тем, что мечта не должна исполняться – это выше ее достоинства. Василий точно знал, что делать дальше. Работа оказалась не слишком сложной. Катя металась в четырех стенах своей гримерки, словно зверь в тесной клетке. Любить – вот высший смысл существования, предназначение каждого человека. Она не понимала, как можно себе в этом отказывать, как можно так предавать собственные чувства. В том, что Андрей ее любит, Катя не сомневалась. Было бы гораздо проще, если бы он ничего к ней не испытывал. Она бы отпустила его с легким сердцем. Еще одна потеря, еще один шрам на сердце. Одним больше, одним меньше. Неважно. Но ведь он ее любит. И отталкивает, именно потому, что любит. Замкнутый круг. Катя чувствовала себя обманутой и потерянной. Она внезапно остановилась посреди комнаты и нашла свое отражение в подсвеченном лампами зеркале. Растрепанные волосы, безумный взгляд горящих карих глаз… А потом вдруг что-то изменилось. С той стороны на нее смотрела спокойная и отрешенная женщина. С потухшими глазами. Василий заказал себе водочки. Почему бы и нет - даже у демонов есть свои маленькие слабости и ничто человеческое им не чуждо. Василий предался приятным размышлениям. А все-таки было бы неплохо подчинить себе этот мир. Стоит только представить: обнаженная Наденька, подающая ему напитки во время вечерней трапезы. Что может быть для нее унизительнее. Что может быть для него приятнее. Василий залпом выпил наполненную до краев стопку. Жидкость на мгновение обожгла ему рот и горло, оставив после себя острое покалывание. Пил Василий за свои таланты и способности к коррекции. Стоит только вовремя шепнуть, подсказать выход. И человек думает, что сам нашел верное решение всех проблем. Это так просто – присутствовать в чьих-то мыслях, корректировать их ход... Вон как забегали. А поздно, не успеете. Потом, когда все закончится, нужно лишь чуть-чуть подтолкнуть Андрея, и он охотно лишит себя жизни. Ну, например, на бешеной скорости и нетрезвом виде куда-нибудь врежется…Красивая быстрая смерть. Легкое приятное задание. Василий с удовольствием наблюдал картину всеобщей паники в рядах обслуживающего персонала. А нечего ножи кухонные без присмотра оставлять. Андрей видел, что вокруг что-то происходит. Хозяйка байк-клуба Юля с бледным лицом о чем-то говорила со своей службой безопасности. После чего один охранник вышел на улицу, а второй буквально побежал во внутренние помещения. Барменов за стойкой не было. Андрей вдруг заметил, что в зале вообще никого нет из персонала. Что там у них происходит? Пожар что ли? Юля, переговорив с охраной, направилась к Андрею. Они были в хороших отношениях - когда-то он ей активно помогал с раскруткой клуба. Юле было под сорок. Яркая необычная женщина с копной рыжих волос и замысловатой вязью татуировок по всему телу, она до сих пор вызывала восхищение мужчин и зависть женщин. Кроме того, она умела неплохо вести дела, и Андрей ее за это уважал. - Тебя можно на секунду? – нервно спросила Юля. - Конечно, - Андрей, подмигнув своей спутнице, встал из-за стола. -Что-то случилось? Юля как-то странно на него посмотрела. - Пойдем. Сам все увидишь. Андрей не сразу понял, что произошло, когда Юля его привела в гримерку, где толпился весь дружный коллектив клуба. На диване лежала Катя, с забинтованными запястьями рук, но, судя по крови вокруг – это не очень помогало. - Она в туалете закрылась, и вены перерезала. Нам пришлось дверь ломать, да только поздно. Она уже без сознания была. - Как же так, - прошептал Андрей, - Зачем? - Вот, тебя позвала, - продолжила Юля, - Тебе вроде как не все равно должно быть. Андрей согласно кивнул. Об их романе знали многие. - Скорую вызвали? - Конечно. Ждем. Но они могут не успеть. Первые секунды Андрей ничего не чувствовал – ни боли, ни равнодушия, ни любви. Ничего. Так бывает, когда человек находится на границе между тем и этим светом. Из Катиных вен вытекала его собственная кровь – капля за каплей, оставляя от него самого все меньше и меньше. Он был скорее мертв, чем жив. Вместе с ней переставая существовать. А потом Вселенная изменилась и пришли чувства. Катя стала для него центром мира или даже целым миром. Андрей очень отчетливо понял, что, такой как она, в его жизни больше не будет. Никогда. Катя чуть пошевелилась. Этого было достаточно, чтобы вывести Андрея из оцепенения. Он немедленно подошел, сел рядом с диваном и осторожно прижал ее голову к себе. - Не умирай, слышишь. Не надо. При звуке его голоса, Катя с трудом открыла глаза и тихо-тихо произнесла: - Предавать – это все-таки твой талант. Самого себя предавать. - Катя… Подходящих слов не было. Да и что тут можно сказать. Что он ее любит и будет с ней, только бы она не умирала? Это все слова, и им она не поверит. Тем более что это была неправда. - Если ты умрешь, я умру вместе с тобой. Жизнь без тебя мне не нужна, - шепнул он ей. - Нет, - слабая улыбка скользнула по алебастровому лицу Кати, - Я хочу, чтобы ты жил. -Что, тварь, дрожишь? Это правильно – бойся! Или, еще лучше – трепещи и ужасайся. Ибо наказывать я тебя буду по праву сильного. Больно и жестоко. А, главное, заслуженно! Иметь все возможности для выполнения задания и профукать его мог только такой никчемный и посредственный демон, как ты!! У тебя была целая ночь, и ты не справился!! Знаешь, какую мне неустойку вкатят за сорванный заказ? Ты у меня будешь ее тысячу лет отрабатывать на урановых рудниках! Что? Что ты там бормочешь, тварь ты дрожащая? Какие ты права имеешь?! У тебя есть только одно право – молить о пощаде, которой ты не заслуживаешь. Куда ты, скотина, портал открываешь?! Сбежать надумал? Не выйдет!!! А ну вернись, кому говорю!..