Фары.

***

А ты прячешь глаза за фарами и всё идёт чередом, как до, ре, ми. Твои мысли поют гитарами и тревожат душу минорами. Это был обычный вечер, она возвращалась с работы. А вокруг, все гуляют парами и друг друга чувствуют порами, А ты прячешь глаза за фарами и тебе непременно здорово. Сев в машину и пристегнувшись, она взяла телефон в руку и наскоро вбила уже выученный наизусть адрес в навигатор. Когда станем однажды старыми и усталость на плечи горами. Не забудь меня, а то мало ли, какими мы станем синьорами. Нет, она знала куда ехать. Но ей было спокойно на душе, когда ее голову не тревожили мысли, повернуть направо или налево. Тебя жизнь выжигала пожарами и мою не измерить приборами. Скоро нас перенасытят угарами и запустят седины в бороду. В очередной раз она повернула ключ в дверном замке, но не стала открывать дверь. И не важно какими странами, мы не заменим родного города. Мы останемся другами, братьями, и сегодня мы выпьем поровну. Прислонившись лбом к холодному покрытию старой, потрёпанной двери, девушка издала едва слышный звук, который раздался эхом по подъезду. Всхлип. Те, кто время крадет между парами, никогда не назовут ворами. Мои мысли поют гитарами, почему-то все больше минорными. Стиснув зубы, девушка взяла себя в руки, и дернула ручку двери. Скрип, последовавший этим действием вонзался в уши острой иглой. Ты не заметишь, как пролетят года, пролетят.  Меняются люди и Боги их судьи, — они все простят.  — «Сколько можно?» — про себя думала она. Ты не заметишь, как пролетят года, пролетят.  Меняются люди и Боги их судьи, а мы… Солёные капли падали из глаз девушки, беззвучно падая на пол и разбиваясь, словно маленькие ледышки. Мы пути одинаково чертим, выбрав разные корабли.  И несут нас похожие черти, по просторам чужой земли. Пожалуй, жить ей помогало лишь осознание того, что ОН бы этого хотел. Жизнь особо никогда по голове не гладила, — правда ведь? И теперь, приятель, поверь, ударов на всех хватит. Вот только как прежде, уже никогда… НИКОГДА не будет. Так много наших, кому медом намазано здесь.  Там ничего не было, а тут все есть. Прелесть! Гуляй — не хочу! Все рвут покорять Москву, Но покоряются ей сами, и просто живут. Меняясь на глазах до неузнаваемости,  То ли взросление это, то ли предательство. А мы накинем фары, и будем такими, как есть —  Одна любовь, одна жизнь, одна песня. Одна жизнь, одна любовь. Это было про неё. Да только, боюсь, ни той, ни другой уже нет. Ты не заметишь, как пролетят года, пролетят.  Меняются люди и Боги их судьи, — они все простят. Ты не заметишь, как пролетят года, пролетят.  Меняются люди, и Боги их судьи, а мы… Она пыталась… Пыталась жить, забыв про прошлое. Но когда прошлое настолько ужасное, оно прожжёт все преграды на своём пути. Особенно такие, как вера и надежда.

***