Крыша меняет людей

Дождливый сентябрь изо дня в день уныло барабанил в оконные стекла домов своим монотонным перестуком. Сочно зеленеющая листва еще крепко держалась за родные ветки, истекая постоянно бегущими струями. Заблудившееся «бабье» лето бродило в чужих краях, не в силах пробиться к промокшему городу. Осенний вечер… Башня отца сияла огоньками, как рождественская ёлка и видна была даже из Квинса. Я поругалась с мамой перед её отъездом на пару дней к своей сестре, и, накинув куртку, поднялась на крышу, про себя отметив, что дождь уже кончился, а звёзды на небе засияли ярче любых огней улиц. Нью-Йорк своим светом окрашивает тёмное небо в фиолетовый цвет, даря людям прекрасный вид, что бы те насладились им перед очередным трудовым днём. Надвигались тучи. Скоро опять должен был начаться дождь, но я не хотела возвращаться домой. Не из-за мамы, вовсе нет. Любая ссора с ней забывалась сразу-же после моего «побега» на крышу. Я так соскучилась по спокойствию и умиротворению, которое настигало только здесь. Я часто сбегала на крышу во время сложных моментов. Здесь можно спокойно обдумать все недавние события из жизни и тебе никто не помешает поговорить с собой. Да, я знаю, что разговоры с самим собой — признак сумасшествия. Но я Элис, сумасшествие — мой лучший друг… Тут в куртке заиграла любимая мелодия, а на экране телефона высветилось мамино фото с мороженым, которое мы ели во время прогулки в нашем парке неделю назад. Да, тогда была отличная погода. Ни одной тучки. Хотя и дождь я люблю. «У природы нет плохой погоды». — Алло, мамочка. Я на крыше, как всегда, — начала очень спокойно я. — Эл, ну домой иди. Дождь скоро начнётся. Промокнешь ещё, — взволновано тараторила мать на другом конце провода. — Да. Хорошо. Сейчас, только… — я повернула голову налево, будто оглядываясь (я так часто делаю, когда говорю по телефону) и резко замолчала. — Доченька, что случилось? — видимо мама сама испугалась. Ну да. Говоришь ты с ребёнком по телефону, который гуляет по крыше, и тут он резко замолкает. Ха, сама бы инфаркт схлопотала! — Да ничего, мам. Я тут паука увидела, — сказала я с ухмылкой и приподняла одну бровь. — А, ну тогда бери Питера и приходите чай пить! Я уехала к Саре, ключ под огнетушителем, — она выдохнула и положила трубку. Вы сейчас не поняли о ком я? Пф. Где вы были во время моей главной истории? Паук — это Человек-Паук, Питер Паркер, мой одноклассник и сосед по лестничной клетке, ученик моего отца Тони Старка, супергерой и мой парень. Да-да, вот так вот мне повезло в жизни. Одни супергерои вокруг. Встречаемся мы уже четвёртый месяц и за это время я поняла, что с ним сарказм проканывает, а это хорошо. И сейчас я выхожу на крышу нашего дома и вижу его без маски спящего. Знаете, соблазн разбудить его слишком велик, поэтому я тихонько подошла к нему и присела на корточки. Поглазев на него минуты две и поразмышляв о том как лучше его разбудить: поцеловать, или закричать, я выбрала второе. Всё таки я, как-никак, Старк. И это у меня в крови… Наклонившись над ним, я вдохнула и на выдохе закричала: — Паучок! Он вскочил и рефлекторно связал мои руки паутиной, став в боевую стойку. Меня не покидал заливистый смех. Его лицо нужно было видеть! Глаза, как два пятака, брови домиком и великолепная реакция. Ой, я не могу! — Эл, ты дура что ли? — с укором посмотрел на меня Карапуз, выпрямляясь. — А что, все преступники Нью-Йорка резко вымерли и легендарному Человеку-Пауку не остаётся ничего, кроме как спать, в самом прямом смысле этого выражения? — откашлявшись и отдышавшись, спросила я. Улыбка не покидала моего лица, а голос слегка сорвался из-за душераздирающего смеха. — Очень смешно! Я, между прочим, весь день за этими уродами гонялся и очень устал. А крыша — лучшее место для отдыха. И воздух, и видно всё, и люди редко ходят. Хотя ты, видимо, исключение. Мало того, что ты меня разбудила, так ещё и таким способом! — ооо, мамочка-Питер проснулась. Отчитывать сейчас будет. — Ну скажи спасибо, что это я тебя разбудила, а не какой-нибудь маньяк горло перерезал. А вообще, я вышла подышать, а ты тут так мило сопишь. Не смогла сдержатся, — я склонила голову набок и прикусила губу. Элисон, и когда ты успела стать такой манипуляторшей и подлизой? — Я тоже могу сейчас не сдержатся, — в его тёмных глазах мелкнул огонёк, которого я раньше и не замечала в его взгляде. Хотя, если подумать: твоя девушка стоит перед тобой в одной пижаме и курточке, со связаными руками, на крыше, где никого нет. Да только дурак не воспользовался бы такой возможностью. Но я надеюсь, что мой — дурак. Потому что я вообще не готова к «близким» отношениям. Даже не столько не готова, сколько боюсь. Но когда-то же надо бороть свой страх, ведь да? Или нет? Ладно! Если что ногой в живот заряжу, не зря же я всё детство боевыми исскуствами занималась. — Ты о чём? — неуверенно спросила я и наклонила голову вперёд, наблюдая из-под бровей за его действиями. Он, с наглой усмешкой и дьяволятами в глазах, медленно подошёл ко мне и секунду посмотрев мне в глаза, притянул к себе за талию. Он осторожно отодвинул прядь моих волос, заставляя сердце затанцевать румбу в бешеном ритме. Во взгляде мелькнула нехарактерная для него, всегда такого робкого и стеснительного, зверская страсть, одновременно и детская нежность.Именно в этот момент я поняла, что в глазах Паркера я вижу все его мысли, переживания, своё отражение… Трепетные чувства накрывали меня с головой, стоило ему просто посмотреть на меня или подойти. Дыхание сбивалось, голова кружилась, а всё вокруг становилось размытым. И вот, он медленно наклоняется к моим губам и накрывает их своими. Так нежно и аккуратно, как впервые, легонько сжимая талию. Я прикрыла глаза и расстаяла в его руках, словно сахарная вата. И нет ничего вокруг: ни города, ни людей на улицах, ни мамы и мисисс Паркер под нами. Только я и Питер… Он постепенно углублял поцелуй, добавляя язык, как он любит, и медленно опустил руки на мои ягодицы, зная, что я этого не люблю. Я уже хотела ударить его, но вспомнила, что мои руки связаны. Мысленно послав всё к чёрту, я только прижалась к парню ближе и с удовольствием отвечала на поцелуй. Вдруг я почувствовала капельку дождя на своей щеке и открыла глаза, глядя на небо. Чёрные тучи закрыли прекрасные звёзды и начали падать мелкие капли. Я поспешно разорвала наши губы и продолжила смотреть в небо. — Что-то случилось? — взволнованно поинтересовался Паучок и перевёл взгляд с меня на небо. — Дождь начинается. Пошли домой, продолжим в моей комнате, — я поспешно взяла Питера за руку и, заметив, что паутина расстворилась, повела его за собой внутрь. — Не понял?! — состроил удивлённый вид Карапуз и скорчил игривую улыбку. — Да всё ты понял, Паучок! Мама уехала, — я быстро поцеловала Паркера и поспешно дёрнула его в дверной проём. Да, крыша меняет людей и их убеждения. Доказано!