Шутка

Общежитие бантанов. Сборы не собрали много времени. Натянув джинсы и черную футболку, я схватил рюкзак. Флешка, наушники, рабочая тетрадь. Думаю, это все что мне может понадобиться. Голоса нарастали, как только я начал приближаться к кухне, значит они завтракают. В животе протяжно заурчало, но я решил перекусить где-нибудь по дороге. Желания сидеть на кухне с остальными не было, в особенности ловить на себе многозначительные взгляды Чимина. Все что произошло вчера должно остаться там же, но вот мысли о светловолосом друге не выходили из головы с самого вечера. По спине продолжали бегать мурашки, будто ее касались теплые сухие ладони, а на губах чувствовался сладковатый привкус. Даже многократная чистка зубов мятной, освежающей пастой не помогла. — Фу, не буду я пить с тобой из одного стакана, — морщился Тэхен. — Ты вон вчера с хеном сосался, фу. — Ой, да что ты говоришь. Хочешь, я тебя тоже поцелую, а? — окружающие залились громким смехом. — Отпусти, не надо, — смеялся Ви. — Фу, Чим, перестань. — Сегодня надо быть пораньше в зале, так что не засиживаемся тут, — голос Намджуна стал тверже. — Тогда надо хорошо позавтракать, а то Сон Док нас загоняет. — Смотри, Джин-хен, а то потолстеешь, — хмыкнул Гук. — Куда там, я в прекрасной форме, впрочем как всегда, — рассмеялся старший. — Эй, Юнги-хен, ты куда собрался? — сидящий на против двери Намджун заметил, как быстро я собираюсь. — Да, пойду в студию сгоняю, — ответил я, обводя всех взглядом. — А как же тренировка? Ты хотя бы придешь? — Эм, да, только немного опоздаю, — я потянулся к ручке. — Всем пока. — Куда это ты так быстро, давай хотя бы позавтракаем. — Тороплюсь сильно, так что потом. — Давай тогда, пока. — До встречи, хен, — откликнулись остальные. Здание БигХит (студия Юнги). В стенах родного кабинета было тихо и спокойно. Я уселся на диванчик и уставился в окно. Глаза болели и закрывались, а еще безумно хотелось спать, ведь сегодняшнюю ночь я не мог сомкнуть глаз, все думая и размышляя. Что я чувствовал к Чимину? Еще раньше бы я сказал, что он мой лучший друг, мой брат, на которого я могу всецело положиться, которым я безумно дорожу. А сейчас, сейчас я ответил бы так же, но роль Чимина в качестве друга начала угасать. А новый статус в своей жизни я дать ему пока не мог. Я вспоминал его сильные и накаченные руки, которые грубо и без предупреждения сжимали мои ягодицы, на которых уже красовались фиолетовые синяки. Губы, сладкие и манящие к себе, как только взгляд задерживался на них дольше, чем на пару секунд. Глубокие, карие глаза, смотрящие на тебя с огромным обожанием. Старался не думать об этом, сосредотачиваясь на чем-то ином. Я брался за песню, доделывая мелодию, раз за разом прочитывал текст, но смысл песни ускользал, а в голове возникал только Чимин и его образ. За столом было уютнее, но даже рабочее место не могло вернуть меня с небес на землю. — Черт, и почему ты не выходишь у меня из головы? Мелкий засранец! — выругался я тихо, но в пустом кабинете мои слова разнеслись эхом, отскакивая от одной стены, а затем от другой, как маленький попрыгунчик. — Значит, ты не перестаешь думать обо мне, хен? От неожиданности я подскочил на месте, резко оборачиваясь на знакомый голос. Передо мной стоял Чимин, улыбался довольно и мило, часто моргая. Он застал меня врасплох, все вылетело из головы, поэтому я сидел молча, не в силах что-либо сказать. — Ну так что? — Что? — не понял я. — Ты думал обо мне? — Нет, — протянул я, — с чего ты взял вообще? И что ты тут делаешь? Разве ты не должен быть на репетиции? — Решил проведать тебя, — захихикал Чим, без спроса проходя в мои владения и присаживаясь на кожаный диван. — А еще остальные просили предупредить, что скоро придет PD-ним, так что тебе надо закругляться. — Хорошо, — я провел ладонью по волосам, приглаживая их. — Можешь идти, я скоро буду. Я поднялся с места, собирая разбросанные листы и тетради в стопку, чтобы все было аккуратно и лежало на своих местах. Ненавижу беспорядки, а в особенности, когда кто-то берет мои вещи и не кладет их на свои законные, предназначенные только для них места. Движение позади я почувствовал слишком поздно, когда руки Пака уже легли на мою талию, как и вчера, залезли под футболку, поглаживая нежную и светлую кожу. — Юнги, — тихо пропел Чим, покрывая поцелуями мою шею. — Прекрати! — зашипел я. — Не надо, Чимин. Перестань! — Нет, хен, прости, — его рука скользнула в джинсы, сжимая мой уже нарастающий стояк. — Признайся, я же нравлюсь тебе, да? — Боже, Чимин-и, — сил сопротивляться не было, мне уже честно говоря, и не хотелось. В голову ударила волна адреналина, туманила разум, превращая разумные мысли в пепел. Я сильнее прижался задом к Чимину, чувствуя такое же сильное возбуждение, как и у меня. Повернувшись к парню лицом, я заглянул в его глаза. — Скажи, — постанывая, начал я, рука Пака все еще продолжала ласкать меня, — ты все это специально затеял, да? — Угадал, — усмехнулся тот. — Я и не надеялся, что ты ответишь мне взаимностью. Его манящие губы находились в сантиметре от меня, поэтому я притянул наглеца к себе, завлекая в поцелуй. По пустому кабинету отдался тихий протяжный стон. Мои руки исследовали его тело, поглаживая под белой просторной рубашкой грудь и накаченный пресс, срывая таким способом с уст парня непрекращающиеся сладкие постанывания. — Пошли, — тяжело дыша, отстранился от меня Чимин. — Нас там уже ждут, причем они очень удивятся, если нас так долго не будет, после вчерашнего-то спектакля. — Ну уж нет, — ухмыльнулся я, придерживая парня за запястье. Теперь отпустить его, было бы слишком просто и неинтересно. — Ты начал играть, ну а я продолжу. К тому же, ты должен ответить за все свои шуточки, Пак Чимин!