Проблемы со временем

Лучшие друзья снова спасают вселенные, не замечая как разрушают друг друга. Они летают на своих скоростях по всему миру, почти не вспоминая как, будучи маленькими, ловко вертели игрушечные самолётики в руках. Те, что были детьми уже не боятся почти ничего. Хэл больше не просит Барри оставить свет включённым и крепко обнять его, чтобы не снились кошмары. Аллен не дрожит и не покрывается мурашками, когда Джордан садится на ветхий балкон последнего этажа и свешивает ноги. Сейчас они уже не такие, у Барри дрожат руки только в попытке собрать мысли в кучу и понять, как спасение родного человека могло повлечь за собой столько событий*. Хэл больше не боится темноты и ужасных монстров, они всегда на расстоянии шага от него. Он уже слишком пропитался тьмою, а кольца и звёзды не сходят за ночник в виде юпитера и искрящие огоньки в глазах лучшего друга. В этом мире, где они оставили годы счастливого совместного детства, слишком мало места для их хорошей концовки. Это там, где злодеи получают по заслугам, а герои уходят в закат, крича о том, что теперь всё, чёрт возьми, изменится. На самом деле, мало чего меняется. Они всё также живут на страницах, а их истории никогда не получат справедливого окончания. Не будет заката, криков и финальных объятий (поцелуев тем более). Их истории всё будут рассказываться, пока будут интересны, и клали все на их чувства. «Неразлучный» дуэт будет всё снова и снова спасать всех и вся. Пока не умрут, конечно, но разве это та самая хорошая концовка? Если у них есть столько альтернативных вселенных, то почему нету той, где они вместе и счастливы? Где они обнявшись смотрят дурацкие комедии, а на Рождество пекут печенье? Полёты на бешеных скоростях не стоят такого. Барри больше не обнимает Хэла, а Хэл больше не читает Барри сказки, ведь они уже взрослые, а на плечах очередное спасение мира, иначе все может пойти не по прописанному чёрным по белому плану. А может, ну и пусть? Пусть Зум делает что хочет, пусть Синестро хоть сто раз строит свою диктатуру, но они получат хоть немного времени, ведь его действительно не хватило. Они тратили зелёные годы на глупости, говорили о девчонках, с которыми будут встречаться, в то время, как вот она, любовь всей твоей жизни — протяни руку. Сейчас они уже совсем другие люди, и Барри мчится (теперь всегда в прямом смысле) к нему на встречу. Хэл не покупает букет цветов, как когда-то своим подружкам. Всё потому, что Аллен — не очередная подружка, он — часть чего-то большего даже чем вечный дуэт Флэша и Зелёного Фонаря, ведь за масками скрываются люди. По крайней мере, должны скрываться. Вечная мудрость. Маленькие звёздочки и их непорочные, детские, ещё не опошлённые и не разрушенные мечты летают под тысячами планет и галактик, но не теряются. Они держатся где-то вместе, даже микроскопа не нужно, но что-то всегда мешает. Время. Дурацкая единица измерения, вокруг которой в это время строится всё, глупая нематериальная бесконечность, что сводится к нулю, когда речь заходит об справедливости. Время ли так придумало, что две чистые, искренне любящие души не вместе во всех уяснённых смыслах? Не просчитать по атомам грехи этой единицы, но порой она всё-таки дарит заслуженные встречи. Но две звёздочки не обнимаются, не обсуждают школу и безжалостных учителей. Они говорят о своей, к сожалению, жизни. Хэл рассказывает о том, что происходит на ОА, а Барри понимает — они слишком вжились в образы, хотя и хотят вернуть всё назад. Хэл тоже понимает, он мечется из стороны в сторону, снимает дорогой пиджак и всё-таки говорит: — Давай найдём старые книги с историями и спрячемся от всего мира под одеялом. Барри кивает. Все истории лучше их собственных, потому что те всегда имеют счастливый конец, где злодеи получают по заслугам, а герои уходят в закат, крича о том, что теперь всё, чёрт возьми, изменится. — Понадобится одеяло побольше. Всё ещё лучшие друзья, и по совместительству что-то большее, они стараются найти время на чувства, когда под ногами трещат бесконечности. Два ребёнка, что раньше мечтали о полётах по галактике и спасении мира, c каждым днём находят в нём что-то новое.