привычка

Слава помнил, как Ден смотрел на него почти восхищенно, со смешинками в раскосых глазах. "Ты мой друг",- говорил он просто и честно. А Карелин слышал в этом: "Я тобой горжусь". И расплывался в довольной ухмылке, шутки дурацкие - чем не ответ. Ходил к Дену заполночь на съемную хату - без причины, просто со скуки. Оставался до утра, травил всякие байки. Слушал деновы планы-прожекты на будущее. Про сезон "Слова" новый, про то, что Слава там охуенным судьей был бы. И будет. И Слава соглашался, что да - будет, конечно. Между ними на столе - две "Балтики" по акции, последняя пачка чипсов и единственная сломанная сигарета на двоих. Слава видел, как восхищение сменялось разочарованием, затем - покорной усталостью. Человек ко всему привыкает. Слышать в трубке сашино "тебе Слава не звонил?" Ден привыкал долго - до обкусанных в кровь губ, до нервных смешков всякий раз, когда Карелин снова закидывался быстрыми и нес хуйню, стоя на его пороге. И не прогонишь - друзья же. Мы же в ответе за тех, кого приручили. "Спасибо, что воспитывать не пытаешься",- а глаза масляные и взгляд больной. "Я скоро уже буду в порядке",- и лбом утыкается Дену в плечо. Едва ли не ластится к нему - но это, конечно, no homo, просто из-за дури. Слава засыпает прямо на кухне, прислонив всклокоченную голову к скрещенным на столе рукам. Ден смотрит внимательно, тянет руку, чтобы ладонью пригладить славкины лохмы. И вместо этого хлопает по плечу, будит и отправляет спать на диван - "а то че ты как бичара". Слава честно обещал Дену "не подвести" на очередном баттле - и не подводил. Когда не ходил убранный по неделе кряду. Когда не напивался до свинского состояния, так что даже Замай говорил, что ему уже хватит. И Саша говорила. Ден не говорил по этому поводу ничего - хватит, высказался. Не изменить и не исправить - Слава Карелин уже большой мальчик, ему лекции ни к чему. Его с каждой новой сигаретной пачки Минздрав предупреждает, на том и хватит с него предупреждений. Славу регулярно мескалин катает на хайптрейне до бэд трипа. Увлекательные путешествия, скажу я вам. Куда там двум "Балтикам" - на хату к Дену он больше не заглядывал, да тот и не звал особо. Хотя, вроде как, все еще друзья - друзья же? У Славы и без него приятелей навалом. Тех, кто на одной волне. Тех, кто не нудит про то, что Карелин по пизде пустит скоро талант свой - и остатки здоровья угробит. Слава на ивенте чувствует себя звездой вечеринки. Вставляет свои пять копеек между строчками Мирона, глаза опять блестят - от азарта, не от выпивки. Голова совсем свежая - ни одной мысли лишней. И все-таки едва заметно пытается плечом прикрыть от камеры то, как Мирон выговаривает Чейни "за все хорошее". Но после баттла Слава к Дену даже не подходит - вроде как, не до того просто. Вроде как, зачем, если тот весь вечер и так белее мела и заебанный, будто две ночи не спал, а тут он со своими разговорами. "Не к месту уже",- понимает Карелин, и от этих мыслей ему почему-то душно. И говорить им с Деном, если честно, уже не о чем - он, как хорошая привычка, от которой Слава зачем-то избавился. Избавился, а хотя бы сообщения от него почему-то ждет - как брошенная баба звонка от бывшего ебыря. Стыдно даже. "Давай же, хотя бы мою победу со мной раздели!" "И мне почудится дверной звонок, Переступи порог, и я брошусь со всех ног".