Связаны

- Какой кошмар, я же брал только необходимое! - в панике воскликнул Тетсуро, стоило двери запретной комнаты открыться. Акааши тяжело вздохнул и подтолкнул супруга в спину, чтоб не занимал весь проход. - Ага, я тоже. И судя по всему не такие уж они и необходимые. Комната не была завалена доверху и в нее вполне можно было зайти, но вот по углам кучковались коробки, что открывались явно лишь для проверки содержимого, и по решению владельца были оставлены до лучших времен. Вот если бы не Кейджи, маячивший рядом, Куроо бы точно просто окинул взглядом это безобразие и закрыл бы дверь с коротким «не сейчас» в голове. Сперва пришлось долго искать выключатель, но без фонарика на телефоне все равно ничего не выходило. Помнилось, что он был где-то тут, но рука постоянно попадала куда угодно, только не на эту заразу. Куроо едва не выматерился, в то время как Акааши спокойно промаршировал к какой-то определенной цели и теперь подозрительно ощупывал одну из стен, и как бы Тетсуро не пытался обмозговать подобные действия, причины найти не мог. - Знаешь, - пояснил сам Акааши, - я тут посмотрел на наш дом со стороны, потом на план квартиры, и пришел к выводу, что в этой комнате все-таки должно быть окно. - Но его тут нет, - не понял Куроо. Стена была идеально ровной, а он не настолько ущербным, чтоб его не заметить. - А снаружи есть. - Но эта комната же уходит вглубь, откуда… - попытался возразить Куроо, но какие-то винтики в его голове начали шевелиться, заставляя думать. Акааши не может быть идиотом тоже. Они просто раньше не задумывались об этом. - У нас боковая квартира, с одной стороны комната как раз должна выходить на улицу. У меня же есть окна. - И как давно ты молчал?! - воскликнул Тетсуро, откидывая все сомнения. То есть все это время эта комната была самой обычной, а не каким-то темным чуланом, созданным для пыток и развития клаустрофобии? - Только вчера убедился с планами. А думал вообще давно… Куроо надулся, ведь это было чертовски несправедливо, но в то же время в душе зарождался нехилый интерес. Какому идиоту понадобилось избавляться от окна? Что тут вообще было? Пересилив собственное возмущение, парень подобрался поближе, после чего тоже принялся ощупывать стену на предмет подозрительности, но ты была все так же удивительно ровной. - Может, по метражу посмотреть? - Нет! - тут же запротестовал Куроо на подобное кощунственное предложение, - мы обязаны найти его сами. Акааши пожал плечами, но и не подумал спорить. Вдруг Куроо показалось, что текстура стены в некоторых местах немножко, но отличается. Ремонт был сделан на славу, но все равно это ощущалось, будто один кусок обоев был наклеен на бетонную стену, а второй на плотную и гладкую древесину, покрытую штукатуркой. Все еще верилось с трудом, но, кажется, Акааши был прав. И если действительно подумать, то если смотреть с улицы, действительно получится одно «лишнее» окно. И почему их угораздило проверить это лишь сейчас? Куроо с интересом пытался найти точные границы этого безобразия, и в итоге наткнулся на то, что раньше считал простым швом на стыке двух листов. Он был едва заметен, но не для зоркого кошачьего взора, так что спустя уже секунду Тетсуро пытался просунуть что-нибудь в узенькую щель. Ноготь вполне влезал, хотя и пришлось разворошить обои, но этого было недостаточно. Отлично, самое время порыться в коробках. На подобный вердикт Акааши только плечами пожал и принялся за первую попавшуюся коробку. - Серьезно? Одежда? - выгнул бровь Куроо, глядя на официальное шмотье, что вообще-то у обычных смертных висит на вешалочке в самом аккуратном виде. - Ну да. Знаешь, некоторые компании дарят костюмы со съемок. Это тоже пиар-ход, дескать модель не только снимается в вещах этой фирмы, но и носит их. Только не для каждого костюма повод выдается. - И для чего это не выдается? - с интересом и хитрой улыбкой уточнил Куроо, надеясь, что там есть хотя бы ростовой костюм мопса, иначе это будет совсем не интересно, но в то же время он прекрасно понимал, что Акааши — это не Бокуто, подобное дерьмо он никогда не наденет. Но зато в коробке нашелся идиотский блестящий пиджак, что уже было достижением. - Твоя очередь, - фыркнул на это Кейджи, указывая на соседствующие со своими коробки. Никто спорить не стал, и Тетсуро тоже без задней мысли открыл первую попавшуюся. - Серьезно? - выгнул бровь Акааши, копируя чужую улыбочку, но получалось это у него в миллион раз милее и совсем не по-дурацки, как у оригинала. - Это волейбольная форма из Некомы! Очень важная и памятная вещь, - твердо заявил парень, какого-то черта смущаясь, но все же с вожделением вытаскивая на свет красную футболку. - Мы так и не сыграли, - с досадой протянул парень, вспоминая клятвенные заверения Бокуто, что им обязательно нужно вместе выйти на площадку. К счастью, про самого Бокуто ничего не вырвалось. - Ты же тоже играл? - Ага. Сеттер. - Как и Кенма. Разбор пошел дальше, и это даже увлекало. Куроо с нетерпением ожидал открытия каждой следующей коробки. Все содержимое, правда, вместо того, чтоб хоть как-нибудь сортироваться, просто вываливалось на пол, отчего масштабы захламления стремительно росли, вместо того чтобы уменьшаться. Даже почти тайные взгляды сыпались на Акааши не так часто, но тот, казалось, был не в обиде. У Акааши следующей была коробка с дисками, среди которых были как и обычные CD, так и всякие внезапные интересности, вроде олдскульных игр на ПК и даже картриджи на Денди. Сама приставка пропала без вести, но Куроо уже подумывал приобрести подобную древность на какой-нибудь барахолке. Или Кенму попросить, он в этом разбирается. У Куроо же дальше шли конспекты, про которые он и не вспоминал никогда, а украшал сие великолепие подложенный мамой под конец альбом для рисования еще из начальной школы. Тетсуро просто не мог выкинуть свои шедевры в виде парочки кривых роботов и вазы с астрами. А еще в этом альбоме Кенма впервые написал свой номер телефона. Это было очень важно. У Акааши настольные часы с совой, у которых сбился механизм. У Куроо самолет на пульте управления. У Акааши старая камера и энциклопедия животных, у Куроо стопка футболок с дурацкими надписями и плюшевый кот с такой же стремной челкой, как у него самого. И как он только мог забыть такую важную вещь?! Сперва Куроо просто увлекся процессом, будучи полностью поглощенным им, но потом вдруг поднял глаза на разрезающего канцелярским ножиком (который между прочим было можно использовать, чтоб открыть окно, он бы, конечно, сломался, но это не важно…) скотч на очередной коробке. На его сосредоточенное и спокойное лицо с искорками любопытства в глазах и слегка приподнятыми уголками губ. Вроде не улыбается, но в то же время его лицо такое… счастливое? Не получалось правильно подобрать слово, ведь «счастливое» - это уже чересчур, а «радостное» немного не из той оперы. Но от этого взгляда определенно было тепло на душе, и Куроо просто плыл. Переключаясь на прекрасные ладони супруга. А ведь для них это прекрасная возможность узнать друг друга получше, показать, что для них важно. Для Акааши важна фотография с развеселой Юкие, стягивающей с шеи удушающий бант, а для Куроо подаренный Кенмой значок с Пикачу. А уж как это было важно для Кенмы, кто бы только знал!.. от сердца отрывал ведь. - Мое первое фото в журнале, - показывал Акааши, ни капельки не отличающийся от того, что был на глянцевой странице, - никогда не придавал этому особого значения, но почему-то сохранил. Будет что вспомнить. Куроо согласно кивал и разглядывал, будто пытаясь найти различия, но никак их не замечая. Не так много лет прошло, чтоб говорить что-то вроде «постарел», хотя на деле даже возраст не выделялся. Может, взгляд стал более… цепким? Или скорее цепляющим. Вот Куроо точно зацепило. Сам Тетсуро вскоре откопал металлическую линейку, вообще не понятно, как тут оказавшуюся, потому что на ней даже не было видно делений, и поскакал радостный к окну. Линейка пролезла, и что-то подозрительно звякнуло, после чего съемная часть подозрительно легко поддалась, а в следующий миг чуть не свалилась на Куроо, который лишь на инстинктах успел ее схватить. - Да, дерьмовые какие-то тут крепления… - с нервным от неожиданности смешком проговорил парень, - и какому идиоту только на ум пришло подобное? И нахрена? Кое-как вытащив конструкцию, Куроо отставил ту в сторону. Комнату тут же залил солнечный свет, слепя глаза. Солнце опускалось и было невероятно ярким, освещая всю комнату насквозь. Красиво. И стало сразу как-то свободно. - Думаю, тут студия была, - вынес свой вердикт Кейджи, сидя в ворохе разбросанного шмотья Тетсуро, а в волосах его плясали солнечные зайчики, разбегающиеся от неизвестно откуда выкатившегося калейдоскопа. - Остались следы от крючков, на которые крепилась ткань. Куроо только отрешенно кивнул, будто что-то понял. К черту всякие размышления, когда и без того красивый Акааши просто восхитительный во всем этом ни разу не мусоре, что перемешался, но в то же время создавал какой-то неправильный уют и ощущение того, что у них есть что-то слишком общее. Тетсуро просто подошел к нему, сел на расстоянии вытянутой руки. И на душе было слишком хорошо. Он теперь знает, что порой, в тайне ото всех, Акааши слушает самые отстойные группы современности, и считает, что это по-своему прекрасно. Кто так не делает — тот просто бессовестный лгун. - Знаешь, - заискивающе протянул Кейджи, упав спиной на пол и взглянув боком на супруга, - мне нравится, когда ты даешь мне свои футболки. Так что я не откажусь от парочки из твоей тайной коробки. На его губах сияла улыбка, и Куроо просто не мог ей не заразиться. Акааши просто с ума его сводит, вертит, как марионетку за ниточки, будто не замечая, что может вытрясти всю душу парой ласковых слов. С таким сердцебиением Тетсуро может и приступ словить. - Тебе больше нравится с «Жаль, что ты не пиво» или «Нюхание клея не сохранит семью»? - То есть «Я — шлюха» и «Стань дверью» ты даже не предлагаешь? - Ох уж эти трудности перевода, - пожал плечами Куроо, приняв важное решение развалиться рядом со своим ненаглядным. Они вообще-то много времени потратили, засирая тут все, можно и расслабиться. Хорошо, что Акааши не выбрал «Да мне насрать». Ее Бокуто откуда-то привез. Опять же Бокуто… Конечно, Куроо все так же, как хорошего друга, любил Бокуто, но, пожалуйста, не рядом с Акааши. Хотя бы не сейчас. Бокуто был любим, Куроо — нет. Куроо просто дали шанс, за что уже стоило быть благодарным. Даже если этот единственный шанс пролетит, и эти чувства так и не станут взаимными, Тетсуро запомнит прикосновения и запах. Ощущение чужих волос под своими ладонями и касания чужой кожи. Он может сейчас запросто поцеловать Кейджи, и тот не задумываясь ответит. Может намекнуть на большее, и вряд ли ему откажут. Но Куроо просто зарывается носом в чужой затылок, и закрывает глаза . - Кстати, ты ведь сам отрыл инфу про окно, - вдруг подумал Куроо, - и доверил мне со всем разобраться? - Я доверил тебе все, - невозмутимо подтвердил супруг, - даже самого себя, неужели я не позволю тебе поиграться с окном? Ох, кто-нибудь, отберите у Акааши эту способность медленно убивать Куроо, раз за разом сбивая его хрупкое сердечко с привычного ритма и заполняя душу волнениями. Какие сопли, черт возьми, но Тетсуро никогда не был против банальностей. Раз так устоялось, значит, кому-то это было нужно. Значит, кому-то эти сопли нравились, почему Куроо они не могут нравиться тоже? Ему нравится, и он пытается наслаждаться каждой секундой, всерьез забывая обо всем, когда рядом Кейджи. И если этой сказке все же суждено однажды закончиться, лучше постараться запомнить побольше, чтоб тешить себя этими воспоминаниями, пока огонь совсем не погаснет.