hollow

Я отчетливо помню, что хотела есть. Мне было без разницы, кто это будет. Девушка, парень, мужчина, женщина, старик или старуха. Главное, не маленький ребенок. Главное, не ребенок. Я не хотела убивать невинного, не видавшего мир ребенка. Выйдя из дома, я побежала. Наверно, это странно звучит, но я действительно рванула, как будто за мной гнался насильник. Только вот незадача: все эти маньяки мне были не страшны. Правильно, что может напугать или убить такую, как я? Голод. Всепоглощающий голод. Когда я бежала, я чувствовала легкость. Я отвлекалась от этой сухости в горле, от этой пустоты в желудке. Я не искала очередную жертву, нет. Я даже не задумывалась об этом, что довольно-таки странно. Я свернула за угол многоэтажки и сразу попала в темный переулок. Люблю такие места. Если здесь кого-нибудь убить, то заметят не сразу. На месте всех этих полицейских я бы сразу начала искать именно в таких переулках. Я перешла с бега на спокойный шаг. Передо мной виднелся силуэт человека. Я стала идти медленней, гребанная привычка. Но, как будто, впереди идущий услышал мои легкие шаги. Он быстро обернулся, но ничего не увидел. Спасибо моей отточенной реакции. Я смогла разглядеть этого человека. Парень, лет 20-25, шатен, одет просто: толстовка, джинсы и кеды. Этого было достаточно. Главное, не ребенок. Через несколько минут он пошел дальше, только немного быстрее. Я чувствовала, как от него волнами исходил страх. Хотя скорее не чувствовала, а видела. Спустя несколько секунд я двинулась за ним. Я уже решила, что буду делать. Подходя к нему, я заметила, что он почти побежал. "Какой пугливый," - подумала я. Поспешные выводы. Видимо, этот парнишка был из тех идиотов, которые лучше умрут, чем сбегут с поля боя. Он обернулся, ожидая увидеть кого-то мощного, а не хрупкую девушку. Я постаралась мило улыбнуться, но это было скорее похоже на оскал. Я смотрела ему прямо в глаза, в которых начинала плескаться паника. Он стал пятиться, что было странно для такого смельчака, взглянувшего в глаза одной из дочерей дьявола. Жаль, что он об этом не догадывается. Я начала медленно подходить к нему, а он продолжал пятиться. Это было похоже на своеобразный танец. Все было слажено: я делаю один шаг, он делает один шаг. Вскоре мне надоела эта прелюдия. Я просто сорвалась. Оказавшись рядом с парнем, я взяла его за шкирку и потащила в ближайшее заброшенное здание. Игра началась. Я чувствовала, как обмякает его тело в моих руках. Он потерял сознание. Плохо. Не люблю, когда мои игрушки вырубаются на самом интересном месте. Поднявшись на крышу, я начала приводить парня в чувства. Через несколько минут он снова был в своем теле. Теперь игра точно началась. Я помогла ему встать на ноги. Шатен пытался что-то спросить, но я не слушала его. Сейчас мне было важно состояние его души. Я видела ее, чувствовала, мне даже казалось, что я могу ее потрогать, но нет. Пока она в теле жертвы, я не могу ничего с ней сделать. Дальше все стало происходить, как в дешевом ужастике, снятым неумелым режиссером. Мои глаза начали наливаться черным, кожа начала приобретать мертвенно-бледный цвет. По глазам парня, я поняла, что это выглядело устрашающе, вот только спецэффектов не хватало. Я подошла к шатену и начала целовать его, то кусая его нижнюю губу, то оттягивая ее и отпуская. Вначале он не отвечал, но потом, когда появился вкус крови, решил все-таки быть джентльменом и ответить на этот скромный поцелуй. Я толкнула его к стене и начала стягивать с него толстовку, не давая ему прикоснуться к себе. Ему, видно, не очень-то это понравилось. Но как жаль, что мне было плевать. Это моя игра. Он всего лишь игрушка. Я начала спускаться ниже, целуя его голый торс. Дойдя до дорожки волос внизу живота, я стала расстегивать ремень на джинсах. Он меня слегка оттолкнул и сам снял джинсы вместе с боксерами. Я резко села на колени и, прижав бедра руками так, чтобы парень не смог двигаться, лизнула головку, сжала ее между губ и немного подвигала ими, вызвав стон, провела языком по всей длине члена и взяла его в рот, начиная легонько посасывать. "Началось," - эта мысль пронеслась настолько быстро, что я ее даже не заметила. Я начала брать глубже, слыша громкие стоны шатена. Лучше умереть, наслаждаясь, ведь так? Через несколько секунд я почувствовала прилив сил. Я чувствовала теплоту, исходящую от парня. Я чувствовала его душу. Он даже не замечал, как его разум затуманивается, как сердце начинает биться медленней, как его тело слабеет. Я стала сосать энергичнее, будто открылось второе дыхание. И вот податливое тело начало падать. Пустота исчезла, осталась сухость. Душа высосана, а кровь еще осталась. Я прокусила шею трупа и начала пить. Иногда мне не хватало воздуха, и я давилась кровью. Когда в парне не осталось ни капли, я поднялась на ноги. Отряхнувшись, я вытерла ладонью губы и слизала остатки жидкости с металлическим привкусом. Посмотрев последний раз на тело, я подошла к краю крыши и спрыгнула. Я приземлилась на носочки и пошла вдоль здания, оставляя за собой шлейф сладковатого запаха духов.