Promise

Белое пространство, которое больше похоже на большую белую комнату, в которой не имеется никаких вещей. Посредине комнаты лежит девушка и смотрит вверх. На лице читается страх и сомнения, что вообще сейчас с ней происходит. ‒ Сана! Солнышко, что ты здесь делаешь? – она услышала давно забытый голос над своей головой. Девушка поднялась на ноги и увидела свою бабушку. ‒ Бабушка! – радостно воскликнула она и подбежала к пожилой даме, крепко обняв ее. ‒ Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя находится здесь. Ты ведь еще молода! - женщина обняла внучку в ответ и нежно гладила ее по волосам. ‒ Где я? – Сана отстранилась от бабушки и посмотрела в ее глаза, такие родные и любимые. Еще с малых лет Сана много времени проводила в доме бабушки и дедушки. Они заменяли ее настоящих родителей. Но когда Сане выполнилось 12 лет, из мира живых ушел дедушка. А у 15 она лишилась и без бабушки. В самые трудные года подростковых годов, девушка осталась одна и со всеми своими проблемами справлялась только она. ‒ Ты между двух миров. И ты должна выбрать куда тебе идти: в мир живых, к тем, кто в тебе нуждается или в мир мертвых. ‒ Но никто во мне не нуждается там. – на глазах у девушки начали наворачиваться слезинки. ‒ Ошибаешься, глупышка. Тебя любят и ждут, - бабушка обняла внучку и улыбнулась. – Иди. Тебе пора. ‒ Но кто? Кто меня ждет? ‒ Есть один парнишка, которого ты знаешь уже давно. Все. Просыпайся! Скоро сама все увидишь. ‒ Но, бабушка… ‒ Я сказала, проснись! – прикрикнула старушка. – Я люблю тебя. POV Hosok Выйдя с белого здания, я сел на лавочку. На улице уже начинался вечер, на небе были несколько облаков. Хоть сейчас и лето, но на улице было прохладно, но меня это сейчас не волнует. В голове прокручиваются моменты, прошедшие 2 дня назад. Что случилось с Саной? Почему она это сделала? Вроде бы она не была похожа на самоубийцу. Что ее могло подтолкнуть на такой серьезный шаг? С этими мыслями я достал с кармана сигареты и подкурил одну. Сделав затяжку, по телу пронеслось приятное ощущение. ‒ Черт, ты ведь сколько держался чтобы не курить и так легко сдался, - сделал сам себе замечание, прокручивая между пальцами сигарету. С этими мыслями, я выбросил ее в урну. Я и не заметил, когда возле меня сел какой-то пожилой мужчина. ‒ Почему грустишь, парень? – спросил он, смотря впереди себя. ‒ Та разве можно быть веселым, сидя возле больницы? – с некой грустью произнес я. ‒ И то верно, - улыбнулся мужчина. – Ты главное не переживай, все у вас будет хорошо с ней. ‒ Откуда? Что? – я удивился и посмотрел на мужчину. ‒ Будь каким мучениям приходит конец. После чего будет радость, - продолжал он улыбаться. – Единственное, что хочу тебе сказать на последок: не слушай никого. Слушай свое сердце и делай так, как оно тебе велит, иначе потеряешь ее. ‒ Вы что Летний Санта Клаус? – усмехнулся я, на что мужчина засмеялся. ‒ Берегите друг друга, - единственное, что сказал мужчина перед тем, как уйти. ‒ Но мы ведь не пара, - тихо прошептал я в пустоту. Немного еще посидев, я встал с лавочки, поправил костюм и пошел назад в больницу. Дойдя до палаты, я увидел доктора, который выходил из палаты, где находилась Сана. ‒ Как она? – в сотый раз за сегодняшний день спросил я у доктора. ‒ Она очнулась, - ответил доктор, смотря на свои бланки. Я собрался было зайти внутрь, но мужчина остановил меня, взяв за руку. – Но сейчас не лучшее время, для проведывания. Ей нужен отдых. И вам также. ‒ А как ее самочувствие? ‒ Есть некие проблемы, но мы будем делать все, что в наших силах, чтобы предотвратить осложнения. ‒ Что? Какие еще осложнения? ‒ Она подвергается такой проблеме, как бесплодность. Но вы не расстраивайтесь, есть множество путей завести ребенка. Почему все говорят так, будто бы мы с ней женаты? От дурак, сам вед сказал, что она твоя жена и поэтому они должны тебя оповещать о ее состоянии. ‒ Вы лучше езжайте домой. Если что-то случится, мы обязательно вас оповестим в этом, - продолжал врач вести свой монолог. ‒ Но ведь, - хотел я возразить, но он меня перебил. ‒ Все будет хорошо. Она в надежных руках. А вы идите, ведь уже несколько дней живете на коридоре. Вы спросите почему я так переживаю за нее. А ответ мой прост: не знаю. Ей богу я не знаю какого лешего я переживаю. Ведь знакомы мы только день. Черт, всего лишь день! А такое чувство, вроде бы уже давно. Может, я переживаю, через то, что некому больше за нее переживать? Да, точно, я переживаю поэтому. Я ведь не мог влюбиться за один день. Или мог… Черт, ты сам слышишь, что говоришь? Точнее думаешь. Как все это ненормально звучит. Стоп. Ты не влюбился ни у кого! Все. Я все сказал. Я ее не люблю. Она мне нравиться, но не больше. А может… Нет, не может! И хватит об этом думать. Правильно врач говорит, что нужно домой. Так, я еду домой, иначе мало ли, что я еще могу надумать. И вообще, хватит разговаривать сам с собой! Это ненормально! Набрав номер Гильза, я вышел с больницы. Долго его ждать не пришлось ‒ Куда едем? – спросил он, когда я сел возле него на переднее сидение. ‒ Домой. Мне нужно отдохнуть, - спокойно ответил я, усевшись поудобнее. - С офиса никто не звонил? Я робочий телефон оставил дома, поэтому ничего не знаю со вчерашнего дня. ‒ Звонили. Переживали за вас, ибо не видели уже давно, - улыбнулся Гильз и завел машину. ‒ Соскучились, - засмеялся я и оставшуюся дорогу смотрел в окно и старался не уснуть. ‒ Как там Сана? – спросил Гильз, когда мы доезжали домой. ‒ Врачи говорят, что идет на поправку… - сонно ответил я, - Гильз, а ты веришь в любовь с первого взгляда? – почему то я задал этот вопрос, и сразу же пожалел об этом. Я думал, что он начнет расспрашивать у меня про это, но нет. Он лишь с улыбкой ответил, что верит. Как только я зашел в дом, ко мне, со скоростью света, подбежала Крошка и всем своим весом повалила меня на пол, после чего незамедлительно начала облизывать. Крошка – это немецкая овчарка, которая уже не совсем похожа на крошку. Точнее вообще не похожа, ведь уже достаточно большая. Высвободившись с ее крепких лап, первым делом я пошел в душ. Теплая вода помогла смыть напряжение и усталость. Одевшись в ночную сорочку и штаны, пошел на кухню. Там никого не было, но на столе стояла тарелка с лапшой и салатом. В этот момент мой живот дал о себе знать, заурчав очень громко. Быстро освободив тарелки от еды, я медленным шагом направился в гостиную смотреть телевизор, где вскоре и уснул.