***
Мэтт открыл глаза и вскрикнул, увидев перед собой Дилана, сидящего рядом с кроватью и почти белую комнату. Что произошло парень, к сожалению, вытащить из мозга не мог. А может и не к сожалению… Стоило Мэтту открыть глаза, Дилан тут же обнял его, что было для парня очень неожиданно. -Ты в порядке? — осведомился он. -Относительно, — пожал плечами Мэтт. -Ты сильно переживал и у тебя сдали нервы, — пояснил Дилан. — Им нужна была своеобразная перезагрузка. Нервные волокна были слишком наэлектризованные и поэтому ты… -Не говори со мной такими умными словами, — улыбнулся Мэтт, прикладывая палец к губам Дилана, — по крайней мере сейчас. -Прости меня, — прошептал парень. — Я не хотел, чтобы тебе было плохо… Мне просто нужно было подумать и осознать всё. -Я понимаю, — вздохнул Мэтт, — на твоём месте я бы тоже нуждался в том, чтобы переварить всё происходящее. Но я на своём месте… И мне, по всей видимости, тоже нужно время. -Ты уже свыкся с мыслью, что ты беременный? -Честно? Нет… К этому тяжело привыкнуть. Каждый раз, когда я вспоминаю об этом, мне кажется, что всё это просто сон. Мэтт замолчал, погружаясь в собственные мысли. У него было очень мало выходов — два. И оба были не совсем правильными…***
После обеда Джонни и Чарли пришлось снова посетить комнату вожатых. На этот раз за поведение их отчитывала младшая вожатая. Стандартные вопросы: зачем, почему, как можно было до такого додуматься, каким местом ты думал, ты нормальный и так далее. -Я не понимаю, — продолжала вожатая, — на какой чёрт вы слямзили с кухни взбитые сливки? -Мне нужно было всего лишь отомстить одной леди, — спокойно ответил Чарли. -И для этого ты собрал у всего отряда газировку? — осведомилась вожатая. -Да, — кивнул парень. — К тому же, насколько мне известно, в лагерях эти вещи запрещены и мы сделали, в каком-то смысле, доброе дело. Теперь мы можем идти? -Нет! — прорычала вожатая. — У вас вообще есть мозг? -Есть, — улыбнулся Чарли. -Не спинной, — сузила глаза вожатая. -А… — протянул парень. — Вы про головной что ли? Ну-у. На счёт него, — указал он на Джонни, молча сидевшего рядом, — не знаю, а у меня точно есть. -Видимо, он не работает! — решила вожатая. — Чего ещё я не знаю? Что вы ещё натворили или собираетесь натворить? -Вроде больше пока что ничего не планировали, — ухмыльнулся Джонни. -Очень на это надеюсь. А теперь, — она вздохнула, — оба валите-ка отсюда. -Снова шишки по лесу собирать? — съязвил Чарли. -Нет, — прошипела вожатая, — в вашу комнату. И не выходить оттуда до лагерного костра, ясно? -Да не вопрос, — улыбнулся Чарли. Добравшись до своей комнаты, Чарли сел на подоконник, открыв окно. Он достал очередную сигарету из кармана и зажёг её. Первая затяжка и дым вышел и него изо рта столбом. Джонни, уставший за половину дня, упал на кровать, укладывая подушку себе на голову. Чарли, решивший не беспокоить его, выпустил следующий столбик дыма в открытое окно. Сероватый сигаретный дым поднялся вверх, к облакам, и растворился в воздухе. Парень окинул взглядом территорию лагеря, отчасти любуясь природой. На трибунах он заметил свою семью и, на всякий случай, потушил сигарету о подоконник. Из-за жилого корпуса выбежал потрёпанный Джорел, путаясь в своих же ногах. Перекинувшись парой слов с матерью Дэнни, он снова убежал, а женщина последовала за ним. Чарли смотрел на свою мать, сидевшую рядом с ненавистной ему женой старшего брата. «Надо же… Как мило они беседуют,» — промелькнуло в голове. — «Забавно… Им даже нет и дела до меня,» — парень перевёл взгляд на деда, раздающего порцию подзатыльников младшему внучку. Это зрелище вызвало у Чарли улыбку. Все эти аббревиатуры «родная кровь» и «твой племянник» не имели ничего общего с этим мелким говнюком. Как бы не хотелось Чарли признаваться в этом, но он терпеть не мог этого ребёнка. Каждый раз, когда он видел его, внутри вспыхивали злость и гнев. Хотелось своими же руками придушить и выбросить безжизненное тело. Парень встряхнул головой, прогоняя мысли. Он прокручивал в голове сегодняшний день, делая паузы на тех местах, где Дэнни поцеловал Джорела. «Ну не стали бы нормальные друзья целоваться! Ну вот, хоть убей, не стали бы. Если они, конечно, не голубые.» — ухмыльнулся Чарли. Парень слез с подоконника, делая всё очень тихо. Он сделал несколько кругов по комнате, а затем и вовсе покинул её, нарушая запрет вожатой. Все эти запреты и правила были ему до одного места — у него были свои правила. Выйдя из комнаты, он бегом спустился вниз и, оказавшись на улице, сделал глубокий вход. Мозг, насыщаясь кислородом, запускал все мыслительные процессы и в голове Чарли вновь начали появляться идеи насчёт его двух «голубокровых» друзей. На крыльце жилого корпуса, поставив ноги на нижние ступеньки, сидела Сюзанна. О ней парень тоже был наслышан. В первые несколько дней в лагере она прославилась, как самая настоящая шалава. От неё нужно было бы держаться подальше, но Чарли не остановило даже это. -Ты ведь девушка Джорела, да? — начал парень. -Была, — спокойно ответила Сюзанна, поворачиваясь лицом к собеседнику. Увидев её лицо, у Чарли само собой вырвалось: «Ё-моё!» и он отступил на шаг назад. -Что у тебя с лицом? — не удержался парень. -Вообще-то это макияж. -Даже моя младшая сестра себе на лице лучше сделает… В любом случае, послушай мой совет. Не надо так сильно себя мазать, а то потом лицо на подушке оставишь. -Не твоего ума дело! — отрезала девушка и вскочила со ступенек. Вероятно, Чарли задел её за живое. Если бы она не была такой шлюхой, то ему было бы её жаль, но увы. После того, как всё, насчёт их отношений с Джорелом, прояснилось, она просто не могла не вызывать отвращения, невзирая даже на то, какие у неё были личные проблемы.