Если ты любишь меня, то отпусти

Первая утрата: Ким Тэхён. — Нам нужно расстаться, — предлагает Чонгук. — Да, конечно, — отвечает Тэхён, даже не взглянув на него, все еще внимательно изучая меню. Они ужинают в ресторане мирового уровня в Каннаме. Чонгук настоял на том, что он платит. Это меньшее, чем он обязан Тэхёну, учитывая, что он бросает Тэхёна сейчас. Чонгук пинает Тэхёна по ноге под столом, привлекая его внимание. — Я серьезно, Тэхён. — Да? — Тэхён кладет меню на стол. Смотрит Чонгуку в глаза, пытаясь разрешить паззл перед собой. Хмурится, уголки его губ опускаются вниз. — С чего вдруг? — Он мнет салфетку в руках. — Я думал, у нас все хорошо. — У нас все хорошо. У нас все было хорошо. Послушай, дело не в тебе, а во мне, — объясняет Чонгук и кривится от собственных слов. Тэхён выглядит не впечатленным. — Мне нельзя встречаться с парнями. У меня такая семья. Они хотят, чтобы я продолжил семейный бизнес и все такое. — Но если ты знал об этом, зачем ты начал встречаться со мной? — спрашивает Тэхён, и его любопытство причиняет ему больше боли. — Почему ты говорил мне все это… Дерьмо о том, как влюблен? Зачем, блять, нужны были все эти дурацкие парные браслеты и кольца? Их свидание уже тянется гораздо дольше, чем Чонгук рассчитывал. Чонгук не знает, стоит ли ему быть благодарным — видеть Тэхёна чуточку дольше и знать, что стал причиной его грусти. Потому что это значит, что Тэхён чувствует — чувствовал — к нему то же, что и он чувствовал к Тэхёну. — Ты хотел попробовать встречаться с кем-то знаменитым, хотел убедиться, что он и правда гей и дурачок, как о нем говорят? Повеселился и — неважно, мне все равно, — Тэхён расправляет салфетку на столе, достает маркер, которым обычно ставит автографы, и с размахом подписывает ее. Он швыряет ее Чонгуку в лицо с силой, вызванной болью и печалью, заполняющими его сердце. — Оставь себе, вдруг захочешь похвастаться перед друзьями, что трахал меня. Ты же из-за этого хотел меня, да? Потому что я даже не человек для всех вас, я просто какой-то блядский сексуальный объект. Знаешь, пошел ты, Чонгук, у меня тоже есть чувства. Гнев Тэхёна прекрасный и разрушительный одновременно. Вихрь, который улетает из его жизни так же быстро и безжалостно, как и вошел в нее, шторм, который Чонгук никогда не сможет забыть, он уверен. И Чонгук знает, что несмотря на сокрушающую его сердце боль, он будет лелеять это воспоминание о Тэхёне так же, как и все другие воспоминания о нем. Осмелившись вдохнуть, Чонгук отпивает воды из своего бокала, игнорируя любопытные взгляды других посетителей ресторана. Беря салфетку в руки, он читает: «ИДИ НАХУЙ. С любовью, ТэТэ♥». Что же, Чонгук и не хотел ничего другого.

∞

Несмотря на их некрасивое расставание, Чонгук ловит себя на том, что снова ищет Тэхёна. Говорят, если два человека предназначены друг другу, они найдут друг друга где угодно. Люди много говорят о родственных душах, но иногда говорят, что родственные души не должны быть вместе. Чонгук надеется, что это не касается их с Тэхёном. — Говори быстрее. Некоторым вообще-то нужно работать, — говорит Тэхён надменно, закрывая дверь в служебное помещение. Комнатка, в которую они зашли, крохотная, и им приходится стоять, прижавшись друг к другу. Наверняка великий план мести Тэхёна. Чонгук может уверить, что это работает, потому что он очень хочет взять Тэхёна сейчас. — Мне скоро идти вести шоу. — Я должен кое в чем признаться, — говорит Чонгук. — Что, скучаешь по мне? — скучающе спрашивает Тэхён. Он все еще смотрит на карточки Music Bank в руках. — Ты не можешь перестать думать обо мне, хочешь вернуться ко мне, бла-бла. Я слышал все это и раньше. Проваливай, если больше нечего сказать. Чонгук хватает Тэхёна за воротник его рубашки, сжимая его в руках, и притягивает к себе для поцелуя. Тэхён роняет свои карточки, застигнутый врасплох, но затем обнимает чонгуковы плечи и прижимает ближе, углубляя поцелуй. Их руки хаотично сплетаются, и Чонгук прижимает Тэхёна к стене, чтобы снять с него рубашку. Тэхён шепчет: — Хватит портить мой наряд. — Я скучаю по тебе, — говорит Чонгук, и Тэхён улыбается в поцелуй. — Я не могу перестать думать о тебе, — говорит он, целуя Тэхёна в шею, и хочет оставить следы, но знает, что не должен. — Я хочу быть с тобой, — заканчивает он, опуская руку вниз к ширинке Тэхёна, наслаждаясь тем, как он вздрагивает и стонет нетерпеливо. — У меня есть чувства, знаешь, — вздыхает Тэхён, пытаясь уйти от прикосновений Чонгука, но между ними едва ли сантиметр. — Я знаю. Я эгоист, — отвечает Чонгук. Ведь хоть ему и жаль, он хочет Тэхёна так, что игнорирует всю логику и здравый смысл. — Прости. — Ладно, — Тэхён, кажется, понимает его. Он резко хватает Чонгука за волосы, снова завлекая в поцелуй. — Но лучше бы тебе дать мне лучший оргазм в моей жизни. — Когда я этого не делал, — улыбаясь, парирует Чонгук. Он не дрочит Тэхёну, все-таки он больше любит дразнить его. Он целует Тэхёна мокро, с языком, потому что ему нравится, когда Тэхён выглядит растрепанным в неподходящие моменты, обещает, что они все подробно обсудят, когда Тэхён закончит свою работу ведущего, ждет и смотрит, как Тэхён выходит на сцену с эрекцией. У Тэхёна внушительного размера член, так что это точно заметят его безумные фанатки-извращенки. Чонгук ожидает, что Тэхён будет взволнован из-за своего неприличного вида на записи, но как только камеры направлены на него, в нем ни капли скромности и застенчивости, которая обычно проявляется в постели. Тэхён ухмыляется и флиртует с камерой так естественно, что Чонгуку сложно поверить, что это он стоит прямо перед ним. Чонгук становится одной из тех извращенских фанаточек. Как только запись окончена, и менеджер отпускает Тэхёна, Чонгук ведет его на парковку. — Это твоя машина? — Удивленно спрашивает Тэхён. — Ты водишь? Чонгук кивает, хмыкая про себя. Он не говорит Тэхёну, что научился водить только для него, и что машину купил, чтобы покрасоваться перед ним. Красная Porsche 911 Carrera сверкает и многое объясняет для Тэхёна, которому требуется несколько секунд на размышления. Тэхён хватает Чонгука за плечи и трясет его. — Ты обманывал меня все это время! Я думал, ты какой-нибудь бедненький студентишка, который любит пробираться в ВИП-клубы и отсасывать горячим парням. Чонгук, пожалуйста, мы должны заняться сексом на этой машине! Чонгук смеется. — Хорошо, хорошо, мы займемся сексом на ней, но позже. Сначала я хочу показать тебе кое-что. Тэхён соблазнительно прогибается перед капотом, слишком наслаждаясь открытой возможностью. — О, детка, возьми меня здесь и сейчас, — говорит Тэхён, бросаясь на Чонгука, пока тот сгибается от смеха. Человеческий мозг необычен. Воспоминания не сохраняются в скриншотах. Воспоминания нельзя посмотреть в проигрывателе, или любом другом созданном человеком экране. Воспоминания трудно восстановить и еще труднее расшифровать, труднее, чем код, написанный давно забытым языком. Воспоминания, что остаются — если бы Чонгук мог выбирать, какие воспоминания сохранить, он бы выбрал каждый момент с Тэхёном. Хороший. Плохой. Сверкающий. Мрачный. Но люди не выбирают свои воспоминания, хоть воспоминания и делают человека таким, какой он есть. Чонгук помнит этот момент с болезненной четкостью: как Тэхён садится на пассажирское кресло машины, а Чонгук готов показать ему Пусан. — Пристегни ремень, — говорит Чонгук, заводя мотор, — безопасность, безопасность, а потом только крутость. Они болтают ни о чем, пока ILYSB играет с телефона Тэхёна. Это хороший день, хоть и слегка накрапывает дождь. Несмотря на его излюбленный афоризм, несмотря на то, что он видит грузовик перед собой, несмотря на то, что он давит на педаль тормоза и пытается уйти в сторону, их путешествие заканчивается до ужаса быстро. Они еще даже не выехали на трассу, им осталось еще раз повернуть налево. Он смотрит на Тэхёна еще один раз. На всякий случай. Подушки безопасности раскрываются, ударяя их обоих по лицу. Чонгук выпускает руль из рук, зная, что бесполезно пытаться изменить судьбу автомобиля, ведь сильный удар полуприцепа очень их помял, и это усиливалось непогодой. Машина переворачивается несколько раз, Чонгук не считает точно. Он держит свои глаза плотно закрытыми, потому что безумно боится того, что может увидеть, если осмелится. Когда машина дрожа останавливается, Чонгук уже слышит звуки сирен, но все звуки меркнут перед оглушающим страхом потерять Тэхёна. Чонгук хватает Тэхёна за руку. Холодную, влажную. Не реагирующую. Открыв глаза, Чонгук ищет Тэхёна глазами, и физическая боль ничто, по сравнению с непреодолимой перспективой его потерять. Глаза Тэхёна закрыты, его лицо спокойно. Его шея повернута под странным углом, кровь стекает по напрягающей линии с его виска, и Чонгук паникует. Машина со стороны Тэхёна разрушена, раздавлена одним стремительным моментом столкновения с двадцатитонным грузовиком. Тэхён — Чонгук даже не уверен, жив ли он, и он кричит его имя и даже не ощущает слез, стекающих по его лицу, потому что если Тэхёна больше нет, то тогда -