Чувства чувствовать

На следующий день Юра приходит домой готовый помочь Отабеку в разборке вещей. Так же он приходит полюбоваться на Отабека. Потому что всё еще идентифицирует его как симпотягу. Думать, что он просто красивый Юра себе не позволяет. Закинув сумку в комнату и потратив почти семь минут на кота, он стучится к соседу в комнату. Отабек опять в той ужасной преступной майке и смотрит на Юру почти холодно. Это просто его лицо, а не Юра виноват. Уже почти привык. - Привет, - первым здоровается Отабек и Юра готов удивится, но пытается отогнать от себя подальше все эти стереотипы и всякое. - Здаров, - кидает Юра и заглядывает ему за плечо в комнату. Со вчерашнего дня там ничего не изменилось. Отабек пропускает его в комнату. Юра честно помогает первые минут десять, а потом просто начинает рассматривать вещи из коробок. Ему попадается пара старых книжек в потрепанных обложках еще сссровского издания. Отабек бережно кладет их на полку и долго пытается пристроить, чтоб красиво стояли. То вертикально поставит, то горизонтально положит. Юра наблюдает за всем этим с неподдельным интересом. Наблюдает в основном за Отабеком, но за книжками иногда тоже. Замечает у одной из них печать библиотеки на первой странице. Хочет спросить, но почему-то не спрашивает. Находит перевязанные веревкой тетради: толстые, исписанные и бережно подклеенные в порвавшихся местах. Их Отабек откладывает на стол, не развязывает, кладет так. Видимо что-то личное, потом пристроит, когда Юры не будет. Он с какой-то грустью задерживает на них взгляд. - Это манчкин ? – удивляется Юра, доставая цветастую коробку со знакомыми рисунками и названием. - Ага. Отабек присаживается рядом и смотрит, как Юра открывает коробку и берет в руки карты. - Давно не играл. - Любишь настолки? - Не то чтобы прям очень. – Юра заправляет выбившиеся пряди. – Ну, то есть не безумный фанат, как некоторые бывают. Но люблю поиграть. А ты я смотрю любитель. - Да не то чтобы, - ерошит волосы Отабек. – Я работал как-то в антикафе. И мне на день рождения надарили. Что-то коллеги, что-то посетители. Постоянные. Не знаю почему. Все почему-то думали, что я дикий фанат этих игр. Может из-за того, что я часто объяснял правила посетителям. Вот и надарили. - Ну че, круто же. У тебя теперь куча игр. Не хочешь сыграть? - В манчкин долго. И запарно. Может потом. - Окей, - пожимает плечами Юра. – Что у тебя еще есть? Он заглядывает в коробку. Видит еще несколько игр. С лёгкостью узнает монополию. На боковой стороне одной узнаёт Белого Волка. Круто, думает Юрка, фанат Ведьмака. Ну, такому человеку верить можно. Плисецкий сразу определяет его как хорошего человека. Он сам любил Ведьмака. Прочел все книги, спираченные с торентов, и игры добытые там же. Но Отабек тянется не к ней, и не к другим играм, доступным Юриному взгляду. Он зарывается глубже, переворачивая коробки с играми и наконец достаёт нужную. - Дженга? – удивляется Юра. - Ага. Давно не играл. Они оставляют коробки неразобранными до конца, и перебираются на пол. Садятся друг напротив друг и начинают стоить башню. Юра завязывает разговор о Ведьмаке. Отабек неожиданно живо отзывается. За несколько дней их знакомства Юра привык к ебалу на ноль и довольно скупым ответам от нового соседа. Но сейчас, осторожно вытаскивая брусики из башни, они довольно активно обсуждают и серию книг и игру. Настолку Отабеку тоже подарили на день рождения. Но уже друзья. На этих словах лицо Отабека на мгновение темнеет. Юра не решается спросить, в чем дело. Поиграть в настолку ему так до сих пор не удалось, поэтому они с Юрой договариваются потом вместе сесть разобраться с правилами и поиграть. Юра сам не замечает, как пропадает образ опасного гопаря со двора Отабека Алтына и появляется простой добрый и милый Отабек. От этого он, конечно, не становится менее горячим. Отабек который мутит музыку на ноутбуке, выглядит словно сошел с Юриных мечтаний, играет с ним в дженгу, а еще и спас его от гопарей. Юре даже кажется на секунду, что он не настоящий и на самом деле Юра спит и всё это ему снится. Сейчас Борька заберется на него своей тушкой, придавит, Юра забрыкается и проснется. Кот – лучший будильник. Но Юра не просыпается, зато рушит башню, дрогнувшей рукой. Просто Отабек смотрит так внимательно и Юра непроизвольно дергается. - Бляяя – почти завывает Юра. Отабек еле заметно улыбается, и Плисецкий не может не повторить этот жест. В тот день, когда они садятся за настолку Ведьмака у них вырубает свет. За окном стеной льет дождь, что в принципе не удивительно. Осень и Питер, тут не нужно лишних слов. Где-то вдалеке слышен гром, но лишь своими отголосками. На этот раз они заваливаются к Юре в комнату, потому что она хоть и не на много, но больше Отабековой. Они не успевают даже открыть настолку, как свет предательски моргнув выключается. - Да что за… - ругается Юра, и наощупь идет к окну, чтобы проверить горит ли свет в соседних домах. - Весь район походу обрубило, - делает неутешительный вывод он. - Отабек включает фонарик на телефоне. - Жаль. Юра оборачивается и еле подавляет в себе крик. Отабек подсвечивает телефоном вверх, так что на его лице залегают жуткие тени. А если учесть, что у него и так грозное пугающее лицо, то сейчас Юра готов прямо на месте выкопать себе могилу и лечь туда. Потому что с таким испугом не живут. - Бля, ты специально? – чуть ли не верещит он. Борька от его голоса бросается прочь от батареи, прямо под кровать. Юра слышит, как цокают его когти по полу. - Что? - Да твою ж, убери ты этот свет, а. Он махает руками, как будто это поможет. Отабек опускает руку и теперь светит в сторону. Юра видит пушистый хвост, торчащий из-под кровати. - Извини. - Ты прям как в фильмах ужасов каких-то, подсветил еще так. Отабек жмет плечами и не отвечает. Смотрит на хвост Бориса. - Чем займемся? При таком свете не поиграешь. – Юра кивает на телефон. Отабек задумывается, стоя, словно каменная статуя. Ни один мускул не дернулся. Как он это делает? Юра вот уже и в стороны покачаться успел и с пятки на носок. - Может, фильм тогда посмотрим? На ноутбуке зарядка есть же. Юра щелкает пальцами. Точно! Че сам то не додумался. Лошня. Мысленно гладит Отабека по голове. В жизни себе, конечно, такого не позволит. А вот хотелось бы. У Отабека выбриты виски и затылок, и Юре хочется провести рукой по колючему ёжику. Так уж сложилось, что у всех партнеров Юры были отросшие волосы и никаких выбритых висков. Хотя как-то раз он выпивал с парнем с выбритым виском и выкрашенными в розовый цвет волосами. Он был немного смугловат, и всё это смотрелось дико красиво, особенно вкупе с пирсингом в носу. Юра всё ластился к нему, но ничего дальше выпивки не зашло. Как оказалось, он был влюблён, и не готов сейчас делить с кем-то постель. Юра не обиделся, но расстроился. Юра всегда сходился с какими-то неформалами, которые отращивали длинные патлы или просто любили ходить лохматыми. Хотя у зожника были короткие волосы. Но с ним Юра не сходился, на него Юра дрочил. У Отабека были приятные на вид волосы, и Юре очень хотелось их потрогать. - Что будем смотреть? – вырывает из грез его Отабек. Он смотрит пронзительным взглядом. Юре кажется даже как-то напряженно. Юра быстро смекает, что это из-за малого количества света, которого на самом деле почти нет. Юра сам наверно так смотрит на Отабека. - Не знаю, - жмет плечами Юра и идет к столу, где притаился ноутбук. – Ща посмотрим. У меня есть список фильмов на просмотр. Че-нить выберем. Юра садится за стол и терпеливо ждет пока ноут включится. Отабек подходит сзади и кладет руку на спинку стула, заглядывая в экран. На заставке у Юры фотка Бориса. Как-будто там могло быть что-то другое, комон, это же Юра. Отабек выключает фонарик на телефоне, потому что от ноута света более чем достаточно. Правильно, думает Юра, пусть экономит заряд. А то ноут сядет, а свет еще не включат, че они будут делать. Сначала на Юрином телефоне смотреть будут, потом на Отабековом, а потом что? Ах, еще же у Отабека есть ноутбук. А потом? Впереди только ночь и темнота. Круто было бы чтоб потом было кое-что интересное между ними. И обстановка такая располагающая. Но нет. Юра встряхивает головой. Нет, окей? Юра, перестань. Он мысленно даёт себе пинка. Нечего такие мысли думать. Не в присутствии же Отабека. Одному потом да, можно. Можно на пару с правой рукой. Но без Отабека. - Может Мальчишник в Вегасе? – предлагает Юра. - Вечер дурацких фильмов? Юра почти чувствует как его лицо начинает светится. Да! Да, именно! Он готов вскочить и расцеловать Отабека, за то, что тот всё правильно понял. Потому что, когда Юра однажды предложил подобное Виктору, тот усмехнулся и сказал, что у Юры дурной вкус. И они смотрели Побег из Шоушенка. Юра был расстроен, потому что не у него дурной вкус, а Виктор долбоеб, не понимает прелести вечера дурацких фильмов. Их смысл, чтобы фильм был максимально дурацким, который бы ты ни за что на нормальный вечер не выбрал. А Отабек сразу понял. Вот это его человек. Юра активно кивает на вопрос Отабека - У нас есть что-нибудь под фильм? Юра пытается припомнить, было ли у них что-нибудь в запасах. - Вроде есть чипсы. Они, правда, соседки. Но думаю, она не обидится. Потом ей новые купим. - Окей. Отабек снова включает свой фонарик и как отважный искатель идет на кухню. Юра кричит ему вслед, чтоб он был осторожным, сражался с монстрами как истинный воин, и чтоб захватил еще че попить. Сам перебирается на кровать. Залезает с ногами, прикрывает ноги пледом и ставит на загрузку фильм. Отабек возвращается с пачкой чипсов и коробкой мультифруктового сока. Юра делает механический голос и говорит, что его квест завершен успешно. Отабек присаживается рядом и Юра предлагает ему плед. Отабек немного тормозит, словно Юра сделал что-то из вон выходящее, а потом соглашается и тоже укрывает ноги пледом. Они смотрят фильм смеясь с глупых ситуаций и комментируя происходящее на экране. Такие фильмы всерьез смотреть нельзя, поэтому они веселятся по полной. Посмотрев первую часть, решают включить вторую и Юра отмечает про себя, что смотреть фильмы с Отабеком это явно лучшее событие, произошедшее с ним за последний год. Борька забирается на кровать и устраивается на Отабековом животе, урча словно трактор. - Борис, ты мешаешь, помолчи, не слышно же ничего! – возмущается Юра и тычет кота в бок. Кот не реагирует, продолжая урчать, а потом кусает назойливый палец. - Ай! – кричит Юра и пытается спихнуть Бориса на пол, но тот не отчаивается и забирается Отабеку чуть ли не на голову. Юра начинает смеяться. - Нашёл себе защитника. Отабек тоже улыбается и чешет кота за ухом. Ноутбук в этот момент разряжается полностью и выключается. Экран резко гаснет и они втроём погружаются в мир темноты. Борис притихает. Ему то хорошо, он же кот, видит в темноте. А они с Отабеком простые люди. Если только конечно, Юра чего-то не знает об Отабеке… Юра точно человек. Отабек вроде тоже похож, но кто его знает. Спрашивать не станет. А то вдруг за дурака какого-нибудь примет. А если правда не человек, то не скажет ведь. А потом еще может, убьет, потому что решит, что Юра много знает. Разорвет на части и отдаст на съедение пацанчикам. Пацанчики точно замешаны. Юра уверен. Он сползает с подушки и полностью ложится. Закрывает глаза, открывает. Ничего не меняется. Всё та же темнота. Вслушивается. Слышит дыхание Отабека. Совсем рядом, над собой. Он так же сидит откинувшись на подушку, а на его руках сидит Борис. Так и сидят в темноте. Отабек сидит, Юра лежит. Интересно, думает Плисецкий, а Отабек слушает, как я дышу? Вслушивается, как Юра в его дыхание. Они молчат, и никто не хочет нарушать эту тишину. Тишина приятная, ненапряженная. Юра бы сказал, даже интимная. В темноте люди ближе. Становятся ближе. Чувствует ли Юра себя ближе к Отабеку? Он может повернуть голову и уткнуться носом в бок Отабека, в его черную футболку. Но конечно не об этой близости речь. Их интимную тишину нарушает Юрин голодный желудок, и он разочарованно стонет про себя. Ну, такой классный момент был. Вроде ничего не было, а столько было. - Я бы тоже перекусил. – Отабек словно отвечает киту в животе Юры. - Лень готовить. - Да готовить то не на чем. Электричества нет. Бля, точно. И плита у них электрическая. Юре больше нравилась газовая, как у деда дома. Но тут были такие. - Закажем пиццу? – предлагает Юра и его внутренний кит согласен с ним. - Две, - говорит Отабек. - Две. Достаёт телефон, нарушая, наконец, кромешную темноту. За окном всё еще идет дождь, но теперь уже совсем слабый, еле капает, его и не слышно, но небо всё еще затянуто тучами и полный мрак укрывает их район. Отабек каким-то чудом находит свечки в их доме. Старые, маленькие, круглые с железным ободком, у половины почти полностью выгорел воск. Под свет телефона они выбирают самые уцелевшие, их штук пять, и расставляют на тарелки. - А че с телефоном не посидеть? - Зарядку жалко, Юра. - Аааа, - понятливо тянет Юра и кивает. Ну да. Зарядку жалко. А так при свечах, романтично. Сейчас еще пиццу привезут и вообще будет. Охуенно будет. Юра дергает ногами под столом, а кит внутри не унимается и поёт серенады. Отабек время от времени поговаривает: «Ща уже привезут. И поедим» Юра думает поскорей бы. На голодный желудок всякие мысли непонятные лезут. Что Отабек вот заботится о нём и переживает Он тоже жрать хочет. Ну понятно же. - А Витя, кароче, был типа интеллигентом. Никогда пиццу руками не ел. Всегда брал вилку и ножичек. А меня дикарем звал. - Неудобно же вилкой. Пицца специально удобно так порезана. - Ну а я о чём! Юра вгрызается в кусок пиццы и наслаждается приятным вкусом, расплывающимся во рту. - Че по времени уже? - Почти двенадцать. Поздний ужин. Или ночной перекус. Неважно. Дождь снова расходится не на шутку и теперь громкими каплями барабанит по окну. Совсем рядом сверкает молния, а вслед за ней раздаётся оглушительный гром. - Как гремит, - Отабек поворачивается к окну. Там на долю секунды воздух рассекает молния, освещая всё вокруг и тут же исчезает, как будто её никогда и не было. Юра поводит плечами. - Боишься грозы? - Нет. А вот Борька боится. Под кроватью наверно ща прячется. Трусишка. - Может его забрать? – обеспокоенно говорит Отабек. - Не. Он не дастся сейчас. Лицо скорее раздерет, будет вырываться. Дверной замок щелкает и Юра с Отабеком слышат матерящуюся соседку. - Пиздец, вы это видели? На улице какой-то Армагеддон. Вся взъерошенная, растрепанная и мокрая. - Не повезло тебе – тянет Юра и откусывает еще пиццы. Пища богов, не иначе. После дедушкиных пирожков конечно. Пирожки это пища сверх богов. Вот так вот. - А что у вас тут за романтика? - У нас тут света нет. Соседка бьет рукой по выключателю и ничего не происходит. - Ну бляяя, - тянет она устало. – Че вы тут жрете? - Пиццу, - отвечает Отабек. – Тут и для тебя. - О, круто! – сразу оживает она. – Ща переоденусь и приду. Она скрывается в своей комнате. - Как думаешь, когда свет дадут? – Юра тянется. - Не раньше чем дождь закончится, точно. Они еще час втроем сидят на кухне, едят пиццу и болтают о всякой чепухе. Где-то после часа ночи Отабек начинает зевать, и все решают пойти спать. Свет дают на следующий день, и Юре даже несколько жалко, потому что ему безумно понравился этот вечер – ночь. Он чувствовал себя так хорошо и гармонично, что, пожалуй, не отказался от такого отключения раз в неделю. Но на следующий день Отабек подходит к нему и предлагает устроить вечер дурацких фильмов. Они заказывают суши и пьют газировку. И Юра никак не может поверить в реальность происходящего.