Какой смысл быть знаменитым?

      В последнее время Виктор Крам ненавидит быть знаменитым. Он слышит, как стайка девушек, которые буквально преследовали его, сидя за книжными стеллажами на два ряда дальше, глупо хихикали и перешёптывались между собой. Крам вздохнул, перекладывая фолианты в стопку, чтобы хоть как-то скрыться за ней, прекрасно при этом понимая, что это едва ли ему поможет. Поэтому он, насупившись, слушал, как группа девиц хихикает уже где-то рядом. Виктор отстранённо взглянул на книгу перед ним, едва взяв в толк, как готовить Напиток живой смерти. Он был в смятении. Каркаров заявил несколько дней назад, что ему, Виктору, нужна спутница для Святочного бала, и, конечно же, кровь у неё должна быть столь же чистая, как у самого Каркарова. Виктору очень хотелось посмеяться над этим, но, как бы то ни было, последние несколько дней он провёл, скрываясь от директора в библиотеке как можно дольше. К его сожалению, девушек здесь было очень мало, и Виктор подошёл бы только к той, к которой действительно хотел. Каркаров бы уничтожил его, узнай он об этом, но сейчас Виктору было почти всё равно. Он поднял голову, подумав о ней, и его хмурый взгляд смягчился, когда Крам увидел её из-за стопки книг. Перед девушкой также лежали увесистые тома, развёрнутый пергамент и перо. Волосы её были немного растрёпаны, но так нравились ему. Ни одна девушка в Болгарии не была похожа на Гермиону Грейнджер. Виктору довелось присутствовать на нескольких уроках в Хогвартсе, и Гермиона была одной из самых талантливых ведьм, которых он когда-либо видел. Она отвлеклась, почесав макушку, и перелистнула несколько страниц, прежде чем найти то, что, очевидно, искала, и вернулась к своим записям. Крам снова вздохнул, пролистывая книгу, перед тем как приступить к "Правам оборотней в современном мире магии". Он подумал, как отреагирует Гермиона, если он пригласит её на бал. Его внутренности неприятно сковало, как обычно бывало, когда он играл в квиддич. Виктор провёл рукой по затылку, откладывая книгу и поднимаясь. Краем глаза он заметил, что Гермиона взглянула на него, после чего снова уткнулась в книгу. Он легонько покачал головой, злясь на себя, и стал собирать книги, чтобы возвратить их на место. Назойливая стайка поклонниц тут же двинулась за ним, не переставая хихикать и шептаться. Он вернул книги мадам Пинс и направился к столу, намереваясь забрать свою сумку. Проходя мимо стола Гермионы, он остановился и присел рядом. Девушка перестала что-то записывать, не закончив предложение, и подняла на него взгляд. – Да? – приподняла она бровь, глядя на него. Виктор вздохнул который раз и нахмурился, уловив раздражающие шепотки девушек позади. – Хотеть ли вы идти прогуляться со мной? – он мысленно проклял свой кошмарный английский и отсутствие правил произношения. Внезапно он вспомнил, что мать предлагала ему посещать занятия по английскому языку, и тут же пожалел, что отказался. Гермиона озадаченно смотрела на него, и Виктор не был уверен, что так её озаботило: его акцент или то, что он сказал. – Если вы подождёте, когда я закончу сочинение, конечно, – улыбнулась она и, не дожидаясь ответа, продолжила писать. Не сдержавшись, Виктор тоже улыбнулся и, скрестив лодыжки, стал ждать. Он вдруг подумал, что ему нравится наблюдать за ней. Она была так сосредоточена, так поглощена своей работой, что Виктор невольно задался вопросом: а помнит ли она, что он всё ещё здесь? Ему нравилось смотреть, как она полностью погружена в своё эссе; как почти утыкалась носом в пергамент, когда что-то яростно писала, время от времени ссылаясь на содержание раскрытой книги, лежащей перед ней. Казалось, что всё было в её памяти, будто информация из книги была в её голове, и она просто сверялась с источником, перед тем как что-то написать. Виктор наблюдал за ней и спокойно ждал, потеряв счёт минутам. – Извините, я не хотела отнимать у вас столько времени, – сказала Гермиона, сворачивая и аккуратно убирая пергамент в сумку. – Всё в порядке, – ответил ей Крам, одновременно с девушкой поднимаясь и помогая собрать книги, несмотря на то, что Гермиона отказывалась от помощи. Наконец, они покинули библиотеку и медленно двинулись по коридору замка. –Вы хотели о чём-то поговорить со мной? Виктор посмотрел на неё и слегка улыбнулся: – Я желать немного уединения, я думать. Она кивнула, видимо, заметив группу девиц, которые всё ещё следовали за Крамом. – Тогда я знаю место, куда мы можем пойти, –усмехнулась девушка, неожиданно взяв его за руку, и побежала вперёд по коридору. Он рассмеялся от неожиданности, но послушно припустил за за Гермионой. Через минуту они проскользнули в один проход, а затем в другой, миновав коридор, и, в конечном счёте, оторвались от девушек, преследовавших Виктора Крама. Они остановились у стены. – Пару секунд. Виктор кивнул, наблюдая за тем, как Гермиона ходит вдоль стены взад-вперёд. Неожиданно в стене появилась дверь, которую девушка медленно открыла, заявив: – Здесь безопасно. Она улыбнулась, скользнула внутрь, и Виктор последовал за ней. Он был впечатлён тем, что этой комнате позволила существовать какая-то неведомая магия. Здесь было замечательно, уютно, как в том маггловском книжном магазине, в котором ему довелось побывать однажды. В комнате были диван, два кресла и небольшой круглый столик, на котором стоял чайник с дымящимся чаем и две чашки. – Я подумала, вам понравится другая обстановка, – сказала Гермиона. Виктор смотрел, как на её щеках расцветает нежный румянец, когда она пытается разлить по чашкам чай; как чуть трясутся её руки, когда она держит чайник с горячим напитком. – Она, действительно, другая, – легко качнул головой Виктор, принимая чашку из её рук и улыбаясь. Её щёки заалели ещё больше, и она уткнулась взглядом в коленки. – Надеюсь, вы не думаете, что я тоже преследую вас? – тихо спросила девушка, поднося чашку к губам и кидая на него взгляд. Он покачал головой, почему-то удивляясь. – Вовсе нет. – И всё же, вы хотели о чём-то поговорить со мной? – Я думать, хотеть ли вы пойти со мной на бал? Надо же, он в самом деле сказал это! Виктор чуть усмехнулся своим мыслям, а она растерянно уставилась на него. – С... вами? Вы бы хотели, чтобы я отправилась с вами на бал? Она отставила чашку с остывшим чаем на столик, вновь покраснев, и попыталась скрыть глупую улыбку. – Да. Я думать, что вы хороший человек, Герм-ивона. Мерлинова борода, какое же красивое у неё имя! А он портит его своим дурацким акцентом. Виктор мысленно вздохнул. – Крам... Я не знаю, – выдохнула она, заставив его еле заметно улыбнуться. – Виктор. Лучше Виктор, - сказал он, чуть поддавшись вперёд. Девушка в который раз покраснела. – Виктор, я бы с удовольствием, но Рон... – она неопределённо повела рукой и слегка мотнула головой. – С тем рыжим парнем вы встречаться? – М-м-м, да. Он... ну, он очень ревнует меня, и я боюсь, если пойду с вами, мы очень сильно с ним поссоримся, – проговорила она, небрежно поведя плечами. – Но я думать, он понять, что я просто быть вашим танцевальным партнёром, и ничего более, - пробормотал Виктор и добавил: – Не так ли? – Это так, но Рон в таких случаях не всегда следует здравому смыслу. – А Поттер может понять? Гермиона вскинула на Виктора взгляд и тихонько рассмеялась: – Ох, нет-нет. Я знаю, что они ещё не нашли себе пару, потому что откладывали это на последний момент, хоть Гарри и действительно нуждается в паре, поскольку чемпионы ведь открывают бал. – И вас до сих пор не пригласили? – Виктор выразительно изогнул густую бровь. Она качнула головой. – Это ужасно, – ответил Крам, облизнув губы. Он внимательно изучал её лицо. Ему нестерпимо хотелось поцеловать её, притянув к себе, и шептать на ухо всякие глупости. Он кинул взгляд на диван, и в голове пронеслась безумная мысль. Она ведь сама создала эту комнату, так? – Идём. Нервничая почти так же, как перед Чемпионатом мира по квиддичу, он встал и протянул ей ладонь. Что-то радостно трепыхнулось в нём, когда Гермиона приняла его руку и поднялась, позволив увести себя к дивану. Они опустились на мягкое сидение, слегка повернувшись друг к другу. – Что? – улыбаясь, спросила девушка. Виктор не сводил с неё взгляда. – Вы... Ты прекрасна, – прошептал он, медленно наклонившись, чтобы убрать прядь непослушных волос за ухо. Гермиона вмиг покраснела и смущённо покачала головой, и это удивило его. Но уже в следующий миг он улыбнулся, решив, что она нравится ему такой, смущённой. – Вовсе нет, – пробормотала Гермиона, прервав затянувшееся молчание. – Это так, – возразил Виктор, поддавшись к ней. Он ощущал, как бешено заходился в рваном ритме пульс, когда она внимательно наблюдала за его действиями. Он приблизил лицо к ней совсем близко, чувствуя тонкий аромат волос. Девушка прикрыла глаза, когда Виктор нежно обхватил её лицо ладонью. Большой палец очертил контур губ, и Гермиона, не отдавая себе отчёта, поцеловала его, глядя на Виктора из-под опущенных ресниц и изо всех сил стараясь не краснеть снова. "Прекрасна", – подумал Крам. Он склонился вплотную к лицу, почувствовав лёгкий аромат кожи, и нежно прикоснулся к её губам в поцелуе. Девушка что-то слабо возразила ему в губы, практически сразу, однако, замолчав. Виктор целовал её так, как если бы она была самым важным человеком в его жизни, самым необходимым; так, словно целует её в последний раз. – Виктор, – пробормотала она, отстранившись от него, и откинулась на спинку дивана. – М-м-м? – он протянул руку, чтобы очертить изгиб её шеи. – Я пойду с тобой на бал, – улыбаясь, сказала Гермиона. – Я так и думать, – он вновь стал нежно целовать её. На этот раз девушка ответила ему, и Виктор принял это за хороший знак, углубляя поцелуй и слегка оттягивая нижнюю губу. Она резко выдохнула, и он воспользовался моментом, протолкнув язык в её рот, тем самым заставляя дрожать Гермиону. Он мягко, не отрываясь от губ, надавил рукой на её плечо, и девушка поддалась назад, устраиваясь на диване. Виктор продолжил ласку, поцеловав пульсирующую жилку на шее, вынудив Гермиону тихонько застонать. Он чуть ухмыльнулся и стал медленно покрывать поцелуями тонкую кожу. Девушка обвила рукой его шею, лениво поглаживая затылок. Виктор, отведя воротник рубашки в сторону, целовал чувствительную место за ухом. Гермиона задыхалась от удовольствия, когда он касался губами особых точек. Она вздрагивала и слегка впивалась ногтями в его шею, а он ухмылялся незаметно, прикусывая нежную девичью кожу. – Виктор, – девушка тяжело дышала, выгибаясь и прижимаясь к нему самым бесстыдным образом. Он крепко держал её одной рукой за талию, скользя другой вверх от коленки к бедру, попутно задирая ткань юбки. Гермиона, похоже, не могла решить, готова ли она сдаться на милость его рукам, почувствовать вновь его губы на своих, или же отстраниться от него. Виктор всё решил сам. Он убрал руку и опустил девушку на диван. – Извини, – пробормотал он, мягко чмокнув её. – Это... – она перевела дыхание, потянувшись и коротко поцеловав его, словно нехотя отвечая: – Всё в порядке. Ничего... Он не удержался и снова поцеловал её. – Не беспокойся об этом. Гермиона кивнула, позволив Виктору усадить себя к нему на колени и поцеловать ключицу. Он улыбнулся, заметив восхитительный румянец, окрасивший её щёки. Удерживая девушку за талию, он наслаждался тем, что она придвинулась ближе и стала поглаживать его затылок. – Я должна идти, – вздохнула она. – Конечно, – ответил Виктор, чуть отстранившись. Гермиона тихо рассмеялась. – Увидимся позже? И не станем никому говорить, с кем идём на бал? Пусть это будет неожиданностью, – она соскользнула с его коленей, оглаживая рубашку и оправляя юбку. – Если ты этого хотеть, – поднявшись, сказал Виктор и сомкнул пальцы на её запястье, притягивая к себе для последнего поцелуя. Гермиона кивнула, медленно отстраняясь: – Очень. Он склонил голову, позволяя ей высвободить свою руку из его и наблюдая, как она берёт сумку и покидает комнату. Виктор задумчиво поскрёб подбородок рукой и тоже последовал к выходу. Какой смысл быть знаменитым, если хорошим девушкам это совсем не важно?