Наперекосяк по-Стилински

Временами Стайлзу казалось, что он навязчив. Он пропускал мимо ушей чужую язвительную критику по этому поводу; в шутливой форме отвечал — в зависимости от того, кому — на усталые шлепки по затылку; не воспринимал всерьёз раздражённые рычания, вздохи-выдохи — всегда так было, сколько себя помнил. Стоило сказать Стайлзу, что он немножечко, лишь самую малость надоел: «ты уже задолбал, Стилински, отвали, наконец», Стайлз возводил к небесам очи, огрызался и шутил. Ну, серьёзно, что ещё за глупость. «Я же знаю, что нужен вам, лишённые сантиментов дурни». Но когда мысль о назойливости неспешным шагом пробиралась в его голову сквозь устроенный там хаос, и Стайлзу неожиданно начинало казаться, что он — навязчив, вот тогда-то он с абсолютным максимализмом делал всё — и делал это так некстати, чтобы избавиться от въедливой идеи. Прекратил визиты к матери в больницу — но, если признаться, это одна из немногих попыток, когда решительности и силы воли хватило всего на несколько дней: — Я не хочу тебя видеть здесь больше, убирайся! Ноа, скажи ему! Скажи! «Мама, пожалуйста, не смотри на меня так…» — Мам?.. Стайлз не знал, что мама, приходя в себя, вспоминает брошенные, неподвластные контролю слова и горько плачет — она не хотела уходить от своей семьи вот так. Не предпринимал больше попыток заставить отца посмотреть с ним «Звёздные войны» по вечерам субботы: — Стайлз, может быть… не сегодня? «Боже, Стайлз, ну ты и дурак, да кто угодно устанет от них за столько лет. Нужно предложить отцу посмотреть «Людей икс». Он же не откажет?» — Пап, у меня есть идея… Стайлз не понимал, что папа просто устал: от тяжёлой, выматывающей все душевные силы работы, от людей, от жизни — но не от него. Не пытался вновь наладить контакт с угрюмым и одиноким — «эм, а кто это в твоей каморке, волче?» — Дереком: — Как мне рыкнуть, чтобы ты понял, наконец, что мне не нужна поддержка придурковатых детей? Стайлз, ты всерьёз думаешь, что я совершенно один? Отлипни уже. «Вот мудак». — Вот мудак. Стайлз не догадывался, что Скотт и прилагающиеся к нему подростки — и Стайлз в их числе — буквально всё, что у Дерека есть, а едва знакомой девушке не под силам заменить Хейлу семью. Не лез больше к Лидии с ненужной ей влюблённостью: — Сейчас не самое подходящее время что-либо начинать, Стайлз, столько всего навалилось. Прости… «Возьми себя в руки, Стайлз, ты не её уровень, давно пора смириться. Может быть, когда-нибудь. Потом…» — Окей. Но я всегда рядом, запомни, да… Стайлз даже предположить не мог, что Лидия стала думать о нём чуточку больше, но шум в голове всё ещё пугал и ей нужно было время, чтобы разобраться. Уменьшил количество звонков Скотту, который, в свою очередь, ему звонить стал куда чаще: — Стайлз, как у тебя дела? Ты куда-то пропал, как ты, друг? Я скучаю… «Это просто вежливость, Стайлз, не загружай его, скажи, что всё в порядке. У Скотта теперь новые интересные друзья…» — Всё нормально, бро. Стайлзу не удалось расслышать в словах лучшего друга вину и отчаяние — Скотт не знал, как наладить их прежние отношения и вернуть былое доверие, и ломал над этим голову. Не предлагал больше помощь засранцу-Рейкену, бросившему короткое и злое: — Отвали, Стилински! «Не могу, я люблю тебя и не знаю, что мне с этим делать. Твой Стайлз в полной жопе, помоги же мне, придурок». — Сам отвали, отпрыск сатаны! У Стайлза не получилось прочесть в серых глазах Тео мольбу о надежде и мысли, аналогичные его собственным. Временами, когда близким была жизненно необходима навязчивость Стайлза — Стайлз всё делал наоборот.

*******

Под давлением искажённой уверенности в себе и долгих самоанализов по ночам Стайлз в очередной раз трактует всё неверно и поступает наперекор истинным чувствам. По ошибке решив, что он опять переступает черту, Стайлз принялся за полное истребление лишних, назойливых мыслей в своей голове и попытался действовать разумно по своим больным меркам, чтобы: «хоть бы этот недооборотень или кем он там стал после воскрешения, не подумал, что я доставучий кретин». А в голове так и пульсирует упрямое: «но Господи, как я могу быть назойливым, если даже задержать на нём взгляд не решаюсь?» И всё-таки что-то в его планах идёт не так. Он будто бы с кем-то (именно с ним, да), поменялся местами. Стайлз избегает встреч, он холоден и демонстративно груб — делает вид, словно Рейкена нет и никогда не было в его жизни, но Тео мелькает то там, то тут, и оттого исполнить задуманное достаточно сложно: — Я тебя не знаю, Рейкен, брысь из моей зоны комфорта. «Что изменилось между нами, Стайлз?» — Зато я тебя знаю, Стилински, нужно поговорить. Стайлз воздерживается от разговоров с ним, но Тео не спрашивает разрешения и зажимает его по углам и стенкам, чтобы объясниться: — Полегче, Рейкен, хватит прикладывать меня затылком к твёрдым поверхностям, у меня нет суперспособностей к регенерации. «Неужели он так меня презирает…» — Но ты же не остановился, хотя я несколько раз попросил тебя сбавить ход и подождать меня. Стайлз не может находиться с ним наедине, а Тео, словно только к тому и стремится: — Меня напрягает отсутствие рядом людей, чего тебе надо? «Ты решил, что я преследую тебя, чтобы убить?» — Ты ведёшь себя странно... Стайлз не хочет (очень хочет) чувствовать его руки на себе, а Тео настырно лезет и обжигает своими прикосновениями; Стайлз не получает правдивых ответов - тех, что накипели, а Тео не слышит его истинных вопросов - тех, что держать в себе уже не остаётся сил; Стайлз боится своих чувств — или того, что неправильно расценивает чувства Тео на свой счёт и, пожалуй, страх этот взаимен; Стайлз не хочет быть навязчивым (опять), чтобы не испортить всё (опять), но Тео только возводит очи к небесам, огрызается и шутит. Стоп. Что? Рейкен стоит напротив и он совершенно на него не похож - ни лицом, ни телом, ни прической. Но сейчас Стайлз видит себя в нём и кое-что становится ясным. — О чем ты хочешь поговорить, Тео? «Пожалуйста, скажи мне правду, скажи то, что думаешь». — Как… как у тебя дела, Стайлз? «О Господи, я никогда не смогу произнести этого вслух, помоги мне, обсыпанный родинками придурок». — Может… может поговорим начистоту? Временами Стайлзу кажется, что он навязчив. Временами Стайлзу нужен такой же навязчивый человек. (Ну, или кем ты там стал, м?)