"D" — Воля наших встреч

      Минуло чуть более двух лет с возвращения Лайс на Рассвет.       Всё это время брат с сестрой старались совершенствоваться, как только это было возможно. И не расставались. Ни на один миг, ни на одну секунду. Так, словно птички-неразлучники. Это поведение себя оправдывало. Так Лайс могла не беспокоиться о вредоносном тигре, которого побаивалась ещё со времён детства, а Монки беспечно гулять у самого края моря, не боясь быть поглощенным волнами. Они росли, но оставались невинными детьми в душе, любя друг друга без меры, до обожания, но как брат любит младшую сестру и как сестра обожает старшего брата.       Пообедав в Высшем городе, как и всегда не заплатив, прикупив парочку вещиц в дорогу в Нижнем городе, пробежав по неровным грудам мусора Серого Терминала и вернувшись в шумный дикий и родной лес горы Корба, дети, пока ещё дети, провели остатки дня у глубокого озера на пересечении двух пресных рек. Это место по-особенному важно и обладает определённой, пусть и сентиментальной, значимостью для «Квартета Серого терминала».       Здесь когда-то давно плакал ещё совсем одинокий Эйс. Неподалёку отсюда поймали Луффи и где-то здесь Сабо перепрятал сокровища, от которых теперь остался только пустой тайник. Тут истязала себя фехтованием ещё отчуждённая от остальных Лайс. И здесь же проходили тренировки и беседы Сабо, Эйса, Луффи, Лайс… Но это прошло. Прошло и больше не вернётся. Время вовсе не лечит, хоть и затирает болезненные воспоминания. Может, хоть и ненадолго, но в этом месте будет возможно забыть всё плохое, что уже было и что будет? Но, не застывая на одном месте надолго, младшие по договорённости почти срываются с места. — Я буду первой у Макино! — нагло улыбаясь брату в лицо, заявляет Харрмишь, немного оборачиваясь назад. — Ага! Как же! — скалятся в ответ Монки, пытаясь разогнаться ещё быстрее.       Девушка, что прыгает выше неба, сбегая вниз по склону, — Лайс, по прошествии двух лет почти и не узнать: детское её тельце подтянулось, выровнялось и где надо в объёмах прибавило, пряди немного вьющихся чёрных волос до того касающиеся лопаток девушка привела в порядок, подровняв их и укоротив причёску, так Харрмишь ещё сильнее напоминала окрепшего за ещё два года упорств и тренировок старшего брата. И всё же в привычках голубоглазая сестра себе не изменяла, Харрмишь всё так же предпочитала в меру сковывающую одежду и спутником ей теперь были светло-синие джинсы на кожаных подтяжках, одной штаниной которых служила оборванная ткань, выданная за подобие шорт, (с заботливо подшитыми Дадан краями и подшитым Макино не то мехом, не то чем ещё) и лёгкая рубашка-безрукавка, небрежно застёгнутая на несколько средних пуговиц и наскоро заправленная в джинсы. За себя и сохранность своей невинности девушка с голубой косой похоже и позабыла беспокоиться, фиг кто к ней в таком состоянии подойдёт чтобы поприставать. Невысокий каблук чёрно-коричневых сапог быстренько прибьёт к земле, впрочем припрятанные в рюкзаке лодочки так же хорошо справятся с этой задачей.       Парень, что летит к берегу быстрее самой пули — Луффи, в отличие от младшей сестры, вовсе не изменился: только преуспев в тренировках Монки вышел вперёд и сестра теперь еле могла сражаться с ним на равных, к своему сожалению почти всегда уступая первенство, а вовсе не истрепавшаяся за ещё два года соломенная шляпа всё также украшала или спину, или голову парня. Самыми удобными вещами парнишка с шрамом под глазом считал шорты до колен и безрукавки, так и гуляя в них круглыми днями. — Лу, твоя очередь! — усмехнулась черноволосая девушка, показывая парню где нужно зацепиться на повороте у самого обрыва. В секунду длинная резиновая рука, почти как верёвка удержала брата и сестру над самой пропастью, переместив этих двоих на нужную тропу, делающую резкий неудобный поворот. — Чёрт! Ла-а, ты снова первая! — рычал и поднимал пинками пыль парень с шрамом под глазом. Сражения сражениями, а вот в беге Монки победить Харрмишь никак не мог. — Ши-хи-хи! Я снова победитель! — радостно перескакивая с ноги на ногу, ликовала девушка с голубыми глазами.       Что-что, а ноги у неё крепкие, а тело гибкое, как ивовый прут, недаром тренированное столькие годы. В скорости Лайс превзойти тяжело. А приплюсовать к этому разученные сражениями приёмы с клинками… Определённо это превращало голубоглазую девушку в грозного соперника.       Под смех и наигранное разочарование брат с сестрой прошлись по одной из немногочисленных улочек Фуусы, дойдя до знакомого дома, точнее бара, стоящего почти у самой воды и всегда приветливо распахивающий перед Монки и Харрмишь свои дверцы. — Макино! Это мы! — поздоровалась сегодняшняя победительница, врываясь в заведение, сразу же направляясь на почти законное третье от входа место у барной стойки.       Мойо, что всё время сопровождает свою хозяйку, восседая на её левом плече или же прыгая где-то рядом, устрашал, но если знать об этой птичке хоть немного, то очевидно, что его, как и девушку, можно подкупить сладеньким. Эйоро — птица, ему сподручнее сопровождать Лайс в подаренном природой облике, хоть голубоглазая Харрмишь и научила своего догадливого питомца менять обличия. — Здравствуйте, Луффи, Лайс! — приветливо улыбнулась женщина с зелёными волосами, автоматически протягивая руки девушке.       Харрмишь нельзя назвать уж очень странной, тем более, когда тебе известна вся, почти вся, история голубоглазого ребёнка, странности уже считаются совершенно нормальным явлением. Всякий раз, как младшая побеждала в беге и приходила обрадовать этим хозяйку приморского заведения, она целовала ладони Макино, объясняя свой нескромный поступок благодарностью за всё, созданное нежными руками: за угощения, за все разы, когда женщина подыгрывала детям в их развлечениях, за все шитые и перешитые подарки, и просто за то, что Макино была Лайс другом. — Ты меня смущаешь! — щёки хозяйки порозовели и она отдёрнула руки. — Ну, рассказывайте, что новенького в Гоа, а что на Корба? — доставая две кружки и наполняя их сочным фруктовым соком, спрашивала женщина. — Ничего нового!.. — буркнул Луффи, всё ещё недовольный своим очередным поражением. — И правда. Макино-сан, вам не надоело из раза в раз нас спрашивать о том, о чём вы и так знаете? На Рассвете в самом деле ничего не меняется… — подпирая щёку сжатой в кулачок рукой, заметила голубоглазая сестра.       Она конечно думала об этом, но так разочаровать её интерес было сложно. За все два года Лайс только и увидела, что смену правительства в городе. На погрязшем в деспотии и консерватизме острове и правда ничего не светило. Отсюда хотелось убежать, как от… впрочем, то была другая история. — Ну, вдруг~! — отстранёно от своего дела пропела женщина. Девочка дёрнула за ушко для ремня и вздохнула. — Макино-сан, вы же придёте нас проводить? — тоскливо выдавила девушка. — Конечно-конечно! Как же иначе?! — заметалась взад-вперёд женщина, вызвав несдержанный смех у голубоглазой девушки. — Не говорите только, что вы забыли… — пробурчал парень, расправляясь с соком. — Нет-нет… Просто думаю, что время уж больно быстро бежит… — с нескрываемой печалью ответила Макино. — Три года назад отплыл Эйс, а теперь и вы, правда, Лайс уже даже вернуться успела! — поправила себя зеленоволосая женщина. — Ну вот, Макино-сан, мне теперь даже уплывать не хочется! — усмехнулась девушка. — Так оставайся, — «поддержал» Монки. — Дурак ты, брат! — стукнула Луффи Харрмишь. — Если я тут останусь, я помру раньше, чем часы над дверью в бар Макино пробьют завтра полночь! — разозлилась Лайс, что вскриком поддержал мойо. Уповая на ребяческую никчёмность и прямолинейность, коей и сама страдала довольно часто, девушка усмехнулась, забыв о словах брата. — Обзываться было необязательно… — буркнул парень с соломенной шляпе. — Итак, Макино-сан, ждём вас завтра на причале! — повторил слова самого старшего, сказанные три года назад Монки. — Обязательно приду, — обещалась женщина.       Брат с сестрой, распрощавшись с хозяйкой бара, предприняли решение вернуться на гору Корба. Лайс направила братца в сторону дома Дадан, сама же пошла в другое место, поручив Эйоро следить за Луффи, чтобы тот не заблудился, что было почти невозможно. Девушке, перед отъездом, нужно было побыть в абсолютном одиночестве. — И всё же… Это место, кажется, никогда не измениться… — подумала Лайс.       Харрмишь остановилась напротив высокого раскидистого дерева. Здесь всегда поразительно тихо и уже давно сюда никто не приходил, да и знают об этом месте только брат с сестрой. Но парень в соломенной шляпе никогда сюда не придёт. Не потому что он не может, не потому что он забыл или не найдёт сюда дорогу, а лишь из отсутствия желания, прихоти, что пока позволяет идти вперёд. Лайс единственный посетитель домика на дереве. Штаб Квартета Серого Терминала покрылся мхом и прогнил на все свои составляющие. Сейчас, даже если очень хочется, Лайс бы не забралась в дом, ведь это равносильно попытке вернуться к старым воспоминаниям, вернуться ко всему, что нужно не забывать, но переступить, идти дальше, оставив такую опору и никогда более не возвращаться в мираж прошлого, которое не вернуть. — И сколько раз я буду ещё давать себе слабину? — помотав головой из стороны в сторону, вздохнула девушка. — Сабо, Эйс, Луффи — дорогие мои братья, кажется, у нас ещё много времени… Давайте проведём его как положено! — лукавые искры в голубых глазах отражали внутреннюю радость и задор, что переполняли открытое сердце.       Поцеловав два пальца и подняв руку вверх, Лайс помахала поцелуем домику и пружинисто побежала туда, где голубоглазую Харрмишь ждут не связанные никакими нитями логики расспросы старшего и её такие же абсурдные ответы.

*****

      На всей памяти разбойников Дадан плакала всего несколько раз: первый, когда её настигла неразделённая любовь, второй, когда Гарп повесил на неё опекунство, третий, когда в плаванье отправили Эйса и он поблагодарил Кёрли за всё, что ему было сделано. И вот сейчас наступил четвёртый раз — прощание с Луффи и Лайс. В этот раз ветряная девчушка уже точно не вернётся на остров. Больше никто не останется на Рассвете. Не за кем будет теперь следить и приглядывать. Некого станет отчитывать и упрекать. Даже ссориться оппонентов не будет. Прощение — это всегда грустно. — Тётушка Дадан, может всё-таки пойдёте нас проводить? — голубоглазая воспитанница явно была недовольна решением разбойников не прощаться. — Знаешь ли, то, что к нам хорошо относятся Макино и мэр ещё не даёт нам разрешения спокойно и беспрепятственно входить в Фуусу, даже если мы того хотим. Идите уже! — Кёрли отвернулась к стенке и курила уже десятую сигарету. Харрмишь уже знала, что ещё чуть-чуть и рыжеволосая женщина разревётся, как малое дитё. — Спасибо вам, Тётушка Дадан, спасибо за всё! — одарив дом широкой улыбкой, Лайс схватила брата за руку и они направились к деревушке. — Лайс, что же ты творишь? — спросил себя Магра, провожая взглядом Харрмишь с её птицей и Монки, которые уже говорили о своём. — Это ведь был контрольный в голову… — вздохнул Догра, подавая рыдающей женщине платок. — Счастливого вам пути, Лайс, Луффи! Сохрани вас бог… — про себя проговорила Кёрли.       Конечно, ни пиратам, ни разбойникам верить во всевышнего не пристало, но это было единственное, что могла пожелать младшим из своих воспитанников рыжеволосая женщина.       Не теряя время понапрасну, брат и сестра спустились к причалу. Это последний раз, когда они сразились в скорости спуска с заворотом у крутого обрыва. И последние часы, когда они ещё могут вдохнуть знакомые запахи и увидеть старые ландшафты, что не перепутать ни с каким другим островом. — Луффи, а ты уверен, что этой лодки вам будет достаточно? Я могу одолжить свою старую, — заметил рыбак из Фуусы, скептическим взглядом осматривая лодчонку, что в качестве судна выбрали подростки. — Незачем! — отмахнулся паренёк. — Начнём с этого! А дальше раздобудем и настоящий корабль! — посмеялся Луффи, запрыгивая в лодку, тем самым расшатывая её на воде и поднимая воду в небольшие волны. — Не беспокойтесь так! Лу всё равно нельзя ничего более ответственного доверить! — посмеялась девушка, удерживая равновесие в готовой перевернуться посудине. — До свиданья, Луффи, Лайс! — зеленоволосая женщина улыбалась и махала рукой, но в уголках глаз виднелись едва сдерживаемые слёзы.       Лодка отчалила и прежде, чем судёнышко смогло проплыть и пятьдесят метров море всколыхнулось, забурлило и покрылось сначала небольшими волночками, становившимися всё больше и больше. — А вот и он… — зло засмеялся Монки, раскручивая руки. — Он? А… Страж деревни Фууса? — усмехнулась черноволосая девушка, выжидающе глядя на море, готовясь аплодировать.       В секунду из океанских глубин поднялся огромный угреподобный монстр с четыре метра. Только вот жуткое создание с налитыми кровью красными глазами не смогло победить Монки. Парень одним взмахом одолел препятствие. — Браво! Поздравляю, Лу, ты одолел своего давнего неприятеля! — хлопала в ладоши Харрмишь, слегка жмурясь из-за слепящего солнечного света. — Та-ак, а теперь нужно собрать команду, человека так с десять! — плюхаясь обратно на место, гордо произнёс Луффи. — Десять? Всего? У Эйса было двадцать, ты уверен, что с нашей никчёмностью нам хватит и десяти? — склонив голову на бок, спросила голубоглазая сестра. — Уверен! Главное, чтобы они были стоящими! И да, — старший брат смерил сестру сердитым придавливающим к деревянному дну взглядом, — ты не входишь в эту десятку моей команды, — Лайс не была шокирована или удивлена, у неё просто выбили из-под ног землю, быть точнее, лодку. — Э… Это почему? — возвращаясь к реальности спросила голубоглазая Харрмишь. — Я, что же, совсем не гожусь к тебе в команду? Я настолько плоха? У меня совсем нет на это способности? — испытывающие глядя на брата, заглядывая в яркие тёмные глаза, спрашивала девушка. — Нет, дело не в этом! — отрезал Луффи, скрестив руки на груди. Монки старался не прерывать зрительного контакта, но это было трудно, тяжело разочаровывать младшую сестрёнку. — Просто, я буду очень плохо себя чувствовать, если ты будешь старпомом и у меня… Я ничего тебе не доверю! У меня на корабле ты вольна! Просто сопровождай нас, как… — он на секунду замолчал, пытаясь вспомнить что-то, — как Фортуна! — что-то свой речью всё же задел Монки в душе у Лайс, из-за чего та без раздумий, покрывшись румянцем и блеснув светящимся взглядом, закивала не размышляя о последствиях. — Хорошо-хорошо! Как скажешь! Но… — голубые глаза остановились на линии между морем и небом. — Выходит же, что я могу тебя и не слушать? Я же вольна, как ветер, так же, верно? — зрачки у Харрмишь увеличились и выжидающе глядели на несколько озадаченное лицо старшего брата. — Словно бы я мог тебе приказывать! Ты же никого не слушаешь, Ла-а, всегда совершая необдуманные поступки! — скорчил строгую, подобающую старшему брату, гримасу, отвернувшись в сторону, изрёк Луффи. — Из твоих уст это звучит нелепо, Лу! — рассмеялась младшая сестра, расплывшись в благодарной улыбке. — У такого капитана, как ты, команде придётся возмещать действительно все твои недостатки! — голубоглазая рассмеялась, совсем не замечая довольного и немного расстроенного лица брата. — Могла бы быть и не настолько прямолинейна, мелкая сладкоежка! — буркнул Монки, уткнувшись взглядом в облака.

*****

      Немного времени прошло. С три дня плавания. Хоть Лайс и предпочитала лететь на Эйоро рядом с лодкой, над самой водной гладью, часто себе позволять этого она не могла. Мойо, видимо из-за плода зоан кошачьего типа, боялся воды и долго находиться возле моря. От того и приходилось сидеть девушке в лодке, закинув ноги на борт лодки. — Из нас троих плавать могу же только я, да? — поинтересовалась Харрмишь, слегка скатившись по дну судна, из-за чего её ноги теперь касались солёной воды моря. — Так-то оно так… Правда, это всё же круто, что ты смогла создать из птицы мойо настоящего грифона! Да и тебе не особо нужен фрукт, ты и так сильная! Единственная, кто владеет тремя клинками! — смеялся черноволосый будущий пират, не отвлекаясь от созерцания морской глади. — Ты безумно прав, брат. Это очень здорово — быть единственной в своём роде, но, что мы будем с этим делать? — поинтересовалась Лайс, ненавязчиво указывая на водоворот к которому подплыла лодка. — Ох, вот это водоворот… Проглотит и имени не спросит!.. — за безрассудность сестра Монки только и могла, что съездить по башке, хотя обычно была всецело на его стороне. — И что делать будем? — отстранёно поинтересовалась голубоглазая пиратка. — Я могла бы конечно могла посадить Луффи на Эйоро, а сама использовать Мэра-Мэра, но Ми, но… — Промелькнула в черноволосой головушке одна из редчайших, продуманных донельзя мысль. — Блииииин, и почему хоть один из вас не мог спокойно доплыть хоть до соседнего острова? Или это проклятье такое? — парень схватил Лайс за шкирку и стащил в опустевший бочонок, не дав ей даже осознать происходящее. — Э?! Че… ЧЕГО ТЫ ТВОРИШЬ?! — выкрикнула Харрмишь прежде, чем брат заткнул ей рот. — Предлагаю экономить силы и воздух, ибо другого варианта избежать попадания в водоворот у меня нет, — Монки решил сбежать от смерти в бочке. Идея не из лучших, но на большее идей действительно не было. — Дэбил! — только и рыкнула в темноту Лайс, понимая, что вариантов у неё не так много. Это и можно было считать началом приключения. Началом морских испытаний. Не самым красивым, но началом начал.