48 часов

Они прорабатывали свой план достаточно долго, каждый раз смотря на утекающие минуты. Но все должно было быть идеально, ведь второго шанса не будет. 22:37 на часах. До казни Ким Сокджина тринадцать часов, двадцать три минуты. - Все запомнили? - спрашивает серьезно Хосок. Ему предстоит все внимательно слушать и следить за тем, чтобы ничего не вышло из-под контроля. У них есть только одна возможность, и они должны были ей воспользоваться. Сейчас от их действий зависят чужие жизни. - Чонгук, ты как? Уверен, что справишься? - беспокоится Юнги, хотя и не показывает этого. Младший кивает. Ему все равно не нужно высовываться на глаза этого парня. Просто немного попугать, а это кажется эксперту проще простого. Для него вообще здесь все немного похоже на квест, хотя и жертвы здесь реальные и на кон поставлено все. - Будьте осторожны, - выдыхает Чон, еще раз проверяя все. У Юнги в часах встроен жучок для прослушивания, чтобы Хосок был в курсе всего происходящего, а в кармане диктофон. Чонгук выходит из машины первым - он весь в черном, а капюшон не позволяет увидеть лица. Парень даже не осматривается, играя роль простого прохожего, мало ли, кто может проходить мимо. Юнги и Хосок видят, как Чонгук легко взбирается по огромному раскидистому клену, зацепляется за небольшой проход, соединяющий дома и залезает в открытое окно. Будто специально для него оставлено было. - Я на месте, - раздается его тихий голос. - Он, судя по звукам, внизу. В доме свет горит только в гостиной, да кухне. Юнги выдыхает и открывает дверь, когда Хосок хватает его за запястье. Мин поворачивается, вопросительно смотря на напарника. - Не доводи его до бешенства. Если, как сказал Чонгук, у него прослеживается психическая патология, будь как можно осторожнее. Юнги кивает и выходит, аккуратно захлопывая дверь. Он идет к входной двери не спеша, почти прогуливаясь, и по нему даже не видно, насколько сильно у него внутри все клокочет. Хосок обеспокоенно выдыхает, начиная закусывать кончик карандаша. Пара коротких стуков в дверь, и остается только ожидание. За те три часа, что они проследили за ним, никто к Джейку не приходил. Значит, парень был там один. - Он идет открывать, - шепчет Чонгук. Дверь распахивается перед Юнги спустя несколько секунд. Джейк, увидев довольно позднего гостя, искренне удивился. Он был в обычной домашней майке и шортах и по виду спать пока не собирался. - Поздновато для визита, не находите, агент Мин? - нервно улыбается Джейк, но отходит в сторону, давая Юнги пройти. Дверь за ними закрывается, отрезая Хосоку видимость, и он начинает волноваться за этих двоих. Оставалось только слушать. - Завтра казнь Ким Сокджина, - говорит Юнги, будто это обыденная вещь. - Кого? - недоумевает парень. - Того, кто умрет вместо вас завтра. - Что, простите? В его голосе скользнуло волнение, и они все его слышали. Чонгук что-то еле слышно пробормотал, а Хосок начал еще больше переживать. - Я сказал, что это тот, кого посадили за убийство Анны. А вы что-то не так услышали? Джейк отрицательно замахал головой и повернулся спиной, чтобы пройти в гостиную. Юнги довольно хмыкнул, понимая, что что-то задел внутри этого парня. В гостиной царил беспорядок. Вещи были раскиданы по всем поверхностям, книги стопками стояли на полу, телевизор работал без звука, и там шел очередной ситком. На небольшом журнальном столике валялась пара номеров газет и стояла шахматная игра с партией, что зашла уже довольно далеко. - Играете в шахматы? - спросил Юнги, подходя к доске и подхватывая валяющуюся не у дел пешку. - Иногда отвлекаюсь от трудового дня, - пожимает плечами Джейк. - Чонгук, пробирайся потихоньку и начинай, - говорит тихо Хосок. - Понял, - тут же отвечает парень. Юнги думает, что нужно держать Джейка в гостиной, чтобы он не засек Чонгука, иначе их план полетит коту под хвост. Он садится в кресло, даже не дождавшись разрешения или предложения хозяина дома. - Может, сыграем партию? - С удовольствием. Они расставляют фигурки по клеткам, и Джейк делает первый ход, выставляя пешку вперед. - Так что вас привело так поздно ко мне? - спросил парень, внимательно смотря на агента, но у Юнги не дрогнул ни один мускул. - Хотел поинтересоваться насколько вы близки с Анной, - пожал плечами Мин. Хосок вслушивался в стук шахматной доски, надеясь не пропустить ничего важного. Скоро в игру вступит Чонгук, и тогда этот парень должен расколоться. Он просто обязан сделать это. - Мы дружили с самого детства. Наши мамы хорошо общались, а потом отцы построили этот переход, чтобы мы могли ходить друг к другу в гости не надевая кучу одежды и в любое время. - Ты же лжешь ему, Джейк. Она нравилась тебе. Точнее, ты любил ее, - словно эхо, раздался голос Чонгука. - Что? - дернулся парень, задевая стол ногой. Юнги поднял на него непонимающий взгляд. Конечно же, он слышал этот голос, который доносился словно из-под толщи воды, но был очень отчетлив. Все-таки, в бюро делают отличные изобретения. - Вам плохо? Что-то не так? - наигранно беспокоился Мин, совершенно не выдавая себя. - Вы не слышали ничего? - спросил парень, недоверчиво оглядываясь. Хосок, кажется, замер, надеясь, что Джейку не придет в голову выйти в коридор и посмотреть, нет ли там кого-нибудь. Чонгук же, кажется, наоборот совершенно не волновался. Он напевал какой-то глупый мотивчик колыбельной - Хосок его слышал отчетливо, а вот до Джейка и Юнги доносились только отголоски. - Нет, а что-то было? Простите, я задумался над ходом. Шахматы, все же, интеллектуальная игра, - он сделал ход конем и посмотрел на взволнованного парня. - С вами точно все в порядке? - Д-да, - закивал без остановки Джейк. - Просто показалось. Он нервно посмотрел на доску, где велась игра, с неудовольствием подмечая, что сделал пару бессмысленных ходов. Это его несколько разозлило. - Так вы были лучшими друзьями? - снова спросил Мин, наблюдая за руками парня. - У нее было много парней? - Нет. Парочка или, может, трое. Я не следил за этим, - нахмурился Джейк. Воцарилось молчание, а потом мотив напеваемой песни стал чуть громче. - Какой же ты лже-е-ец, - протянул нараспев Чонгук. - Может не двое или трое, а двадцать, тридцать, м? - Заткнись, - прошипел Джейк. Юнги приподнял бровь, скрывая усмешку на лице. - Вы это мне? Джейк удивленно захлопал глазами, извиняясь. Он не понимал, что происходит, постоянно дергался, да еще эта мелодия, напеваемая, казалось бы, в его голове, раздражала парня. Ему хотелось вытурить агента из дома и, наконец-таки, остаться в одиночестве, позвонить своему врачу и получить парочку дельных советов. - Многие говорили, что она испортилась, - задумчиво протянул Юнги, делая следующий ход. - Другие свидетели рассказывали, что Анна брала за секс с собой деньги. - Она не была шлюхой! - восклицает зло Джейк. - А я этого не говорил, - улыбается мягко Мин. Он видит, как у парня начинается нервоз - Джейк постоянно кусает и облизывает губы, заламывает пальцы, а его голос начинает хрипеть. А еще Юнги готов поставить крупную сумму на то, что он хочет вцепиться в его шею. - Ты всегда можешь избавиться от него, Джейк, - хмыкает Чонгук. - Давай, вцепись в его горло. Признайся уже, что истосковался по ощущению власти над жертвой. - Я не убивал ее, - прошептал парень. Юнги, на самом деле услышавший, что сказал Джейк, незаметно бросил на него взгляд. Дождавшись, пока парень сделает ход, Мин снова начал говорить. - Я видел снимки с места преступления и читал отчет, - скучающе начал он. - Честно говоря, убийца действовал глупо. Зачем душить жертву полотенцем, когда он мог просто ударить пару раз по голове и все. Там же была открытая рана. Юнги посмотрел на доску и, взяв в руки второго коня, сделал очередной ход. Джейк, кажется, почти не был заинтересован в партии. - Так что там с ее парнями? - снова вернулся к больной теме он. - Она не брала деньги, - пробормотал парень, стараясь убедить больше себя, чем агента. - Вы с ней спали? - спросил Юнги. - Вы пользовались ей? Платили деньги также, как и все остальные? Сколько вы отваливали за то, чтобы она позволила просто прикоснуться к себе? Анна хотела не вас. - Замолчите! Вы ничего не знаете о наших отношениях! Я любил ее! - Ох, Отелло, - раздался скучающий голос Чонгука, - задушил бедняжку Дездемону. А вы ведь даже в отношениях не были. Она отказала тебе, и ты взбесился. Ударило по гордости, да? Или у тебя не встал, а Анна посмеялась, м? Хосок, слушающий все это, только удивлялся, откуда Чонгук знает такие рычаги давления. Хотя, он не раз уже доказал свой статус лучшего выпускника Куантико. Чего только стоила его детальная экспертиза. Только вот стоило ли быть таким резким? Не повернется ли это против них? - Она хоть была хороша? Стоила своих денег? - подначивал Юнги. - Ты бы хоть проверился после него, мало ли, какие у нее были болезни. Джейк, кажется, зарычал. - Анна была моей. Всегда. Даже если другие мужики или парни трахали ее, она все равно возвращалась ко мне. - И не противно было брать попорченный товар? - хмыкнул Юнги. - Ваш ход. Парень, сверкнув глазами, почти не взглянув на положение игры, передвинул какую-то из пешек. - Мать Анны очень хорошо отзывалась о вас. Она, скорее всего, хотела бы, чтобы вы были парнем ее дочери, - решил немного остудить Джейка Юнги. Тот молчал, только смотрел на Мина, иногда вертел головой, будто бы ища третьего человека в своей гостиной. Внезапно на губах у него появилась едкая ухмылка, которая немного заинтриговала агента. Ему даже стало интересно, что станет следующим действием парня. - А что насчет вас, агент Мин? - он облизнул пересохшие губы. - Вы ложитесь под своего напарника? Уж простите, не предполагаю, что вы сверху, как-то уж не располагает ваша внешность на актива. Хосок хрипло заржал, представив выражение лица Юнги в этот момент. Чонгук что-то зашикал, стараясь не выдать себя. - Какое интересное предположение. А вам завидно? Ваша подружка мертва. - Твоими стараниями, - нараспев произнес успокоившийся Чонгук. Джейк дернулся, скалясь. Юнги понимал, что с этим парнем не так. По одному только его поведению можно было диагностировать шизофрению. Возможно, это было так легко определить ему, как специалисту. Надо было проверить, посещает ли он психотерапевта. Ну или хотя бы психолога. Но у них не оставалось времени на это. Часы сзади Джейка показали полночь. - Так что насчет матери Анны? - поинтересовался Юнги. - Ахх, Нэнси. Хосок напрягся. Было странным то, что он называл ее по имени. Она была старше его на добрых двадцати три года, так что такое обращение заставило их всех напрячься. Да еще и придыхание, с которым он это все произнес... Чонгук, сидящий около входа в гостиную, дверь которая была плотно закрыта, тоже нахмурился. Ему был знаком такой тип поведения. Он видел его однажды, проходя практику психиатрическом отделении. Парню после такого еще неделю снились кошмары, в которых к нему тянули руки и старались удержать и не дать сбежать. - Она прекрасна, несмотря на свой возраст, - протянул парень. - Я говорил этому сосунку, что женщины постарше всегда более опытнее в этом деле, но он хотел только свою милую Анну. - Нам нужно вернуть его к той личности, которая любит Анну, - прошептал Чонгук, закрыв динамик, что существовал для Джейка. - И как нам это сделать? - раздался голос Хосока, который не мог никуда себя деть от волнения. - Юнги, ты должен психологически задавить его. Создай ситуацию, в которой ему будет неприятно, чтобы он отступил. Мин, слышавший это, пытался начать соображать, что ему такого сказать, чтобы вывести его из себя. Джейк же, молчавший до сих пор, кажется, упивался собственным превосходством. - И не страшно было спать с женщиной, что более опытнее, чем ты? - оскалился Юнги. - Она, наверное, столько раз обсуждала тебя со своими подругами постарше. Смеялась над тем, какой беспомощный любовник ей достался. Как такая женщина вообще позволила называть тебе себя по имени? Или подожди, - Мин издевательски улыбнулся, - ты ей тоже платил за секс? Джейк, кажется, оставался таким же спокойным, только Юнги заметил, как он сжал ладонью подлокотник кресла. - Тебя не хватало на двоих, и ты решил оставить только одну? И как выбрал? Считалочкой? - подключился к издевке Чонгук. Внезапно взгляд Джейка изменился - стал будто бы более мягким, чем до этого. Юнги посмотрел на него и чуть наклонил голову. Тот перестал сжимать руки в кулаки, а только в каком-то страхе оглядывался вокруг и подозрительно смотрел на него. - Ваш ход. - Ах, да, - очнувшись, пробормотал Джейк. - Так, значит, вы убили Анну, - утвердительно сказал Юнги. - Что? Джейк, кажется, выглядел потрясенным. - Вы сами только что это сказали мне. Почему вы не пошли и не признались? - Давай, расскажи ему все. Ты все равно спалился, - подтолкнул его Чонгук. Незаметно засунув руку в карман, Юнги нажал на кнопку записи. - Мать Анны раздражалась из-за слухов о своей дочери. Она часто била ее, орала и вообще старалась опустить. Анна после такого прибегала ко мне. Иногда мы с ней спали, но на все мои предложения переехать - мои родители тогда уже съехали - отнекивалась. Я ненавидел ее за привязанность и глупую влюбленность в этого Джина. Они так не вовремя переехали. Юнги внимательно слушал и смотрел, как лицо Джейка постепенно становится непроницаемым. - Я попытался вразумить ее, но у меня ничего не получилось. Когда она отказала мне в очередной раз, я будто с цепи сорвался. Налетел на нее, но Анна не слабачка. Никогда не была ей. Я оттолкнул ее от себя, она ударилась головой о стол и закричала. Джейк протер руками по лицу. - Анна назвала меня психом и ненормальным. Сказала, что никогда бы в жизни не полюбила меня и трахалась со мной только потому, что я делал ей дорогие подарки. Она воспринимала меня, как клиента. Я знал, что она предпочитает жесткость и любит мужчин, которые доминировали над ней. Юнги, кажется, начал понимать, что происходит. - Я схватил полотенце и начал душить ее. Она вырывалась, но слабо. Во мне было столько сил и ненависти к ней. Ее шея хрустнула, и Анна больше не трепыхалась. Я понял, что произошло, начал пытаться заметать следы, случайно схватился за рамку, у меня была паника. А потом зашла ее мать и завизжала. Вытянула меня на второй этаж, мы пробежали по проходу в мой дом. Она уговорила меня не признаваться. Да я и не хотел гробить свою жизнь из-за шлюхи. Мин выключил запись и поднялся. В этот момент в гостиную зашел Чонгук. Его проводил удивленный взгляд Джейка. Парень протянул наручники Юнги. - Джейк Рэйвен, вы обвиняетесь в убийстве Анны Дэкс. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Чонгук, стоящий со стороны доски Юнги, сделал несколько ходов. - Шах и мат. За десять часов до казни, Джина должны были перевезти в место ее проведения. Тэхен, который до сих пор был с ним и не хотел оставлять ни на секунду, вцепился в его руку. Охрана не стала разделять их или выгонять парня, получив такой приказ от начальника. Тэхен сжимал ладонь Джина в своей и выглядел бледным, словно призрак. Парень часто моргал, стараясь то ли сдержать очередные слезы, то ли это успокаивало его. Они сидели в камере вместе, а Тэхен, отвлекаясь, рассматривал здесь все. - Теперь ты видишь все с моей стороны, - попытался пошутить Джин. Тэхен тут же ударил его по плечу. Джин тихо засмеялся, потирая его, хоть ему даже и не было больно. Он уже пожалел о том, что сказал, потому что видел, насколько плохо себя чувствует парень. - Все в порядке, Тэхенни, - улыбнулся Ким, прижимая парня к себе. - Ты не должен переживать. И тут он ломается. До этого Тэхен думал, что уже выплакал все слезы на всю оставшуюся жизнь, но каждый раз ошибался, как никогда. Глаза уже щипало и жгло, но парень не мог успокоиться. - Я не могу поверить, что у меня забирают тебя, - говорит Тэхен и сам не понимает, что срывается на крик. - Почему это так больно, Джин? И даже у охранников, стоящих около решетки, сжимается сердце. - Мы не сможем освободить его без постановления судьи, - сказал Хосок, упаковывая все улики в папку. Они только недавно сдали Джейка в участок, приказав следить за ним и ни в коем случае не выпускать под залог никому. Благо, значок специального агента делал свое дело. А Юнги еще и умеет угрожать. - Терпеть не могу ждать, - говорит Мин, делая несколько глотков чая и морщась от горечи. - Чонгук, ты отвратительно завариваешь чай. - Ну простите, этому в академии не учат, - пожал плечами парень, сидя на кровати и собирая кубик Рубика уже в третий раз. Хосок хмыкнул, тоже присаживаясь. Юнги же, сделав еще один глоток, прекратил пить и вылил остатки в цветочный горшок, ловя укоряющий взгляд напарника. - Ну что? Чай правда отвратителен. - Дай сюда, - хмыкает Хосок. - Сделаю тебе новый. За окном уже давно начало светать. Часы показывали начало шестого утра. До казни оставалось чуть больше шести часов, но теперь у них были доказательства невиновности Джина. Как узнал Чонгук, судья приходила в восемь утра. Но у них уже не было сил ждать в номере отеля. Юнги и Хосок, собравшись и взяв все улики, перепроверили все в пятый раз. - Ты сможешь вести машину? - спросил Мин, пристегиваясь. - Обижаешь, - подмигнув ему, улыбнулся Хосок. После того, как дело было сделано, дышать стало как-то легче. Юнги уже представлял, как будет отсыпаться дня три, если не больше. Все-таки, они были на ногах больше двух суток, почти не смыкая глаз. И если адреналин давал им бодрость, то выглядели они оба так, будто их продержали под землей как минимум неделю. У здания суда их встретили только охранники. Предъявив документы, которые были тщательно проверены по всем параметрам, им разрешили проехать на территорию и подождать судью. Хотя, по лицу доблестной охраны так и читался вопрос, зачем они приехали сюда за полтора часа начала рабочего дня. Юнги сидел на лестнице, играясь с зажигалкой. Хосок же стоял, смотря куда-то вдаль. Постепенно начали приходить работники - зевающий и все еще не проснувшиеся люди смотрели на них, как на восьмое чудо света. - Когда она уже приползет, - сквозь зубы пробормотал Юнги. - Его перевезли уже восемь часов назад. А нам ехать туда два часа. Считай, если она придет прямо сейчас, то мы доедем туда только в одиннадцатом часу. - Не волнуйся, мы успеем, - положив ладонь на плечо парня, улыбнулся он. - А вот и судья. Женщина шла, постукивая каблуками, в явно хорошем расположении духа. Увидев двух парней, сидящих на крыльце, она удивленно посмотрела на них и остановилась, когда они преградили ей дорогу. - Судья Джонс, верно? - спросил Хосок. - Мы специальные агенты Чон и Мин. У нас к вам дело экстренно срочной важности. - Я принимаю только после трех дня, - поджав накрашенные губы, сказала женщина. - Так что вам придется подождать. Юнги больше всего на свете бесят такие женщины. Он смотрит на нее со всей злостью, что она даже отшатывается, кое-как удерживаясь на своих огромных каблуках. Если бы Хосок не схватил ее за локоть, то судья явно бы полетела вниз. Мин бы посмотрел на это, но, вместо знатного развлечения, парень трясет папкой перед ее носом. - Если вы не примете нас сейчас и не выслушаете, на вашей совести будет жизнь невиновного человека. И даже не одна. Хотите жить с таким грузом? Юнги умеет давить на людей - его учили этому. - Пройдемте в мой кабинет. Они предъявляют ей все доказательства и улики, что смогли нарыть. Она просматривает результаты экспертизы, даже не спрашивая, откуда у них оригинал отпечаток пальцев, потому что Хосок искусно запудривает ей мозги на этот счет. А потом Юнги включает ей запись с признанием Джейка. Женщина внимательно слушает и хмурится с каждым словом. - Эта запись требует проверки, вы же знаете? - Да, - говорит Юнги. - Но нам нужно постановление от вас. Ким Сокджина казнят через несколько часов, если вы не напишите его. Женщина заполняет какие-то бумаги, ставит несколько своих размашистых подписей, заверяя все печатями. Она подает их Хосоку, а затем вызывает секретаря, давая распоряжения по поводу записей. Агенты же вылетают из ее кабинета, потому что им нужно успеть доехать до туда как можно быстрее. Тэхена всего трясет, потому что до казни остается полтора часа. Джин держится, будто ничего не происходит, старается успокоить парня, но то, кажется, начал осознавать все. - Я должен поддерживать тебя, но не могу, - шепчет Тэхен. - Я боюсь даже думать о том, что теряю тебя. Я обещал вытащить, а в итоге провалился. Джин вытирает слезы с его лица, говорит, что все будет в порядке. Ему больно смотреть на разбитого Тэхена. - Я ведь выкупил наш дом, - шепчет парень. - Он такой большой для меня одного. Даже эта камера кажется мне роднее, потому что ты здесь. - Тэхен, послушай меня внимательно, хорошо? - спрашивает Джин, держа свои ладони на лице парня. - Ты - лучшее, что случалось со мной в жизни. Я полюбил тебя с первого взгляда, как бы смешно это не звучало. Мне стоило столько смелости - пригласить тебя на свидание. И еще большей, увезти тебя с собой в Штаты. Ты сделал меня самым счастливым человеком на земле, когда согласился пожениться. Тэхен всхлипывает, начиная мотать головой из стороны в сторону. - Нет, не говори ничего! - кричит он. - Ты говоришь, словно прощаешься со мной! - Тэхенни, послушай, - Джин целует его руку, на которой блестит кольцо, - я счастлив, что мы поженились. Да, я не дал тебе всего, что ты заслуживаешь, но я надеюсь тебе встретится лучший человек. - Нет! Замолчи! - Тэхен вырывает свои руки и бьет Джина в грудь. - Ты не имеешь права так говорить! Ты не можешь оставлять меня так... Он соскальзывает вниз на пол и притягивает к себе ноги, утыкаясь в них лицом. Джин не может держаться вдалеке от него. Не тогда, когда видит, сколько боли причиняет ему. Он корит себя за все слова, но Тэхен должен научиться жить без него. Джин спускается к нему, прижимая к себе. Тэхен не отбивается от чужих рук, понимая, что это сейчас не то, что нужно. - Почему ты отталкиваешь меня каждый раз? Я не смогу жить без тебя, так что, пожалуйста, прекрати говорить, что я должен буду найти кого-то после... У Тэхена язык не поворачивается произнести слово "казнь". - Это от судьи, так что дайте нам сделать свою работу, - шипит знакомый голос. Дверь в камеру открывается, и Джин видит залетающих внутрь Юнги и Хосока. - Поднимайтесь и уходим отсюда, - говорит Чон. - Что? - спрашивает Джин. - О чем вы говорите? Хосок кое-как поднимает их и тащит Джина в сторону выхода. Тэхен, все еще не владеющий собой, тоже ничего не понимает, но Юнги подхватывает его, помогая идти. Они с Джином все еще держатся за руки, не отпуская друг друга ни на секунду. - Все кончилось. Тебя освободят, - говорит Хосок, когда заталкивает недоумевающего Джина в машину. - О боже, - шепчет Тэхен. - Спасибо вам! Спасибо вам огромное! Он обнимает Юнги так крепко, что тому становится трудно дышать. А еще парень совершенно не знает, что делать в таких ситуациях. Но, все-таки, прижимает Тэхена к себе в ответ, чувствуя, как намокает рубашка в районе плеча. Хосок улыбается, глядя на эту картину, и Юнги не может не ответить ему тем же. - Принимая во внимание достоверность всех улик, суд постановил: освободить Ким Сокджина из-под стражи и снять с него все обвинения. Тэхен еле держится на ногах, наблюдая, как судья протягивает приказ об освобождении. Его поддерживает Чонгук и Юнги, потому что он действительно выглядит так, будто сейчас рухнет на пол. У него снова слезы текут по щекам, но на этот раз от счастья. Судья объявляет заседание закрытым, люди начинают поздравлять Джина с освобождением, хлопая его по плечу. Тэхен идет вперед, лавируя среди потока людей и не видя ничего, кроме лица любимого человека. Он утыкается ему лицом в грудь, обнимая. Джин целует его в макушку, прикрывая глаза, и все, что парень чувствует сейчас - безмятежное спокойствие. - Я так сильно люблю тебя, - шепчет Джин. - Давай уедем отсюда, - подняв голову и смотря ему прямо в глаза, говорит Тэхен. - Я больше не могу здесь находиться. - А как же наш дом? - Продадим. Пожалуйста, давай уедем. Джин кивает, целуя Тэхена так, как не мог поцеловать долгие пять лет. - Все, что угодно для тебя. Они подходят к Юнги, Хосоку и Чонгуку, стоящим недалеко от них. Тэхен обнимает каждого, а Джин пожимает руки. - Спасибо, что спасли его, - говорит парень. - Нет, Тэхен, - качает головой Хосок. - Его спас именно ты. Джин прижимает парня к себе, а тот жмется в ответ, будто бы боясь, что он сейчас исчезнет. - Вы возвращаетесь домой? - спрашивает Джин. - Да, - кивает Юнги. - У нас рейс в девять вечера, а нам еще нужно собраться. Удачи вам. И звоните, если что. Он протягивает лист бумаги, на котором написаны номера. Джин благодарно кивает им. Они все вместе выходят на улицу, где снуют репортеры и журналисты, жаждущие подробностей. Парни помогают им дойти до машины и уехать, а сами направляются в отель. - Я боюсь отпустить тебя. Боюсь моргнуть и понять, что это все - слишком жестокий и хороший сон, - говорит Тэхен. - Не бойся, - отвечает ему Джин. - Я больше не отпущу тебя от себя. И я намерен не нарушать это обещание. Джин берет руку Тэхена в свою и аккуратно сжимает. - Я больше тебя не оставлю.