Непреодолимое желание

К своим тридцати Гарольд Джеймс Поттер имел косую сажень в плечах, сорок третий размер обуви и накаченное тело. Рост, правда, так и не достиг желаемых ста девяноста сантиметров, но где-то после двадцати пяти это и вовсе перестало беспокоить. Жизнь Поттер вел бурную, вертелся, как нюхлер в золотом колесе и был весьма собой доволен. Два неудавшихся брака вовсе не сделали из него депрессующую развалюху с проблемами психологического характера, а скорее дали пищу для размышлений и дальнейшего поиска достойного партнёра для жизни. Хотелось встретить старость на Кубе с сигарой промеж зубов и бутылкой рома на столе и чтобы вокруг песок, пальмы, океан и любовник/партнер - понимающий, саркастичный, с острым языком и большим, просто гигантским чл…умом. Естественно УМОМ, что бы вы там себе не надумали! Итак, наш Поттер, работающий в магическом отделе МИ-6, таскался по всему миру, разыскивая сбежавших преступников и засаживая их в тюрьмы. Работу свою любил, если не сказать обожал, но выходным дням и отпускам радовался, словно дите малое. Своих детей не случилось, хотя попытки и бывали. С Джинни не хотелось, с Питером — было невозможно, так что завел он себе мрокадила, с которым и проводил вечера, плещась в специально сконструированном бассейне. К слову сказать тварь эта была длиной метра два и смутно напоминала маггловскую рептилию, правда шкурка была много мягче и постоянно меняла цвет. Всю эту изумительную жизнь в какой-то миг прервали странные, если не сказать, безумные сны. Нет, Поттер был нормальным мужиком и не имел проблем с сексуальной составляющей своей жизни, но чтобы таааак… Эрекция, с которой он просыпался по утрам, сводила его с ума. Дрочка спасала, но этого явно было не достаточно для уже не молодого, но все еще растущего организма (поговаривают, что гномы растут всю жизнь). Любимые форменные штаны нещадно сдавливали член, отчего наш герой даже немного прихрамывал и постоянно, постоянно поправлял дорогой орган. Зрелище он представлял собой весьма горячее: брутальный самец с крепкой шеей, рельефом мышц и отлично просматривающимся фаллосом, что имел весьма и весьма внушительные размеры. А уж стыдливое прикрытие ладонью эрегированного достоинства и вовсе выглядело, как откровенная замануха. И даже это не убивало бы Поттера так сильно, если бы не объект страсти, к которому он столь бурно воспылал. Снейп! СНЕЙП! Чертов слизеринский язвительный Снейп, который не упускал случая подъебнуть Поттера в любой, даже самой безобидной ситуации, продемонстрировать собственное превосходство над ним и указать на самые мельчайшие промахи в схеме предполагаемой операции. Поттер хотел до дрожи в яйцах нагнуть эту сволочь и вставить по самые гланды так, чтобы этот гад захлебнулся собственным сарказмом, а потом вытрахать из него не только его мозги, но и заставить его скулить, умолять и бессовестно подмахивать каждому толчку. А потом бы Поттер вытащил член и засадил его в самую глубину язвительной глотки. И долбил бы. И долбил бы так, чтоб у Снейпа-чертова-гада из глаз брызнули слезы! Слезы счастья! Вот! Именно так! Вот такие разнузданные фантазии преследовали Поттера во снах, наяву, в душевой, у писсуара и на совещаниях, когда он смотрел на это ненавистное лицо, мечтая только о том, чтобы сейчас схватить его за лохмы и утащить к себе в пещеру, где… — Что, Поттер, дошли до того, что носите в штанах резиновую дубинку? Мысли ожидаемо привели к полной эрекции внутри вышеозвученной детали одежды, пальцы сжались в тугие кулаки, а ноздри хищно раздулись, втягивая в себя горький запах лосьона, магловского формальдегида и спирта. Поттер быстро огляделся, обнаружив, что в коридоре они совершенно одни и облизав губы, утер их рукавом форменной куртки. — Я тебе сейчас покажу дубинку! — рыкнул он и метнулся к шарахнувшему в сторону Снейпу. Годы работы в аврорате сделали из Поттера первоклассного борца, владеющего приемами рукопашного боя и ему почти ничего не стоило скрутить Снейпа и вжать его лицом в стену. Совершенно ошалев от жара тела, которое он вожделел вот уже целую вечность, Поттер ткнулся губами в ворот мантии, дергая зубами ткань в попытке обнажить кожу. Держал он Снейпа крепко, хотя тот изо всех сил сопротивлялся, но с наложенным силенцио и обездвиживающим заклятием это было похоже на возню опарышей в бочке с гов… Ну, вы поняли. Итак, Поттер, совершенно обезумевший от желания засадить свою резиновую дубинку по самые гланды этой слизеринской сволочи, расслабился настолько, что приотпустил захват, а разум, что еще кое-как сдерживал телодвижения объекта, резко стек промеж ног, плотно обосновываясь в яйцах и принимаясь их неистово «ломать». (Ну вы поняли, о чем это мы!) Снейп же, чуя, что он вернул себе возможность движения, резко развернулся и что было силы укусил Потера сперва за щеку, потом за губу, и закончил злобным, сильным, страстный укусом в шею. Поттер заорал. Теперь болел не только член, но и рожа! Кровь стекала по лицу и шее, глаза метали огненные клинки, а руки абсолютно без участия мозга расстегивали штаны, доставая пресловутую дубинку. — Ох! — выдохнул Снейп и вжался в стену, не в силах отвести взгляда от большого (на самом деле гигантского!) члена Поттера. — Сссука! — смахивая кровь и пот с лица, процедил Поттер и уронил штаны до щиколоток. — Это… — раздирая на горле мантию, очумело произнес Снейп, не чувствуя, как с уголка губ закапала слюна, не иначе как, вожделения. — Даааа, это ОН! Поттер сгреб шевелюру Снейпа в кулак и дернул на себя, впечатываясь губами в его рот. Жестко прикусывал, получая в ответ не менее болезненные укусы, чувствовал, как чужие, коротко остриженные ногти больно царапают тело, но ему было плевать. Он сдохнет, он кровью истечет, но трахнет этого желанного, язвительного змея! Поттер развернул Снейпа к себе спиной, резко наклонил, заставив того едва не впечататься головой в стену, и задрал мантию. — Ну ты и извращенец! — восхитился Поттер, когда обнаружил, что под мантией на том ничего больше не было. — На себя посмотри, идиот! Я тебя засажу! — А я засажу тебе! Он вставлял медленно, хотя мечтал о том, чтобы засадить сразу и по самые яйца, но жесткое, жилистое тело под ним прогибалось в ответном желании, подаваясь навстречу, а губы что-то шипели, требуя сделать, наконец, обещанное. В своих фантазиях Поттер долбил задницу Снейпа так долго, пока тот не начинал скулить, умоляя дать ему кончить, выпрашивая его член в свою глотку и получая его глубоко внутри себя. В реальности же, почувствовав, как вожделенная задница сжимает его фаллос, Поттер совершенно неприлично застонал, выматерился и мощно кончил, наполняя растраханный анус живительной влагой собственного производства. Мозги все еще болтались где-то в опустошенных «кожаных мешочках», а на губах героя играла идиотская улыбка. Когда он, наконец, пришел в себя и посмотрел на дело ху…рук своих, то резко отшатнулся и вдавился всем своим накаченным аврорским телом в стену. — Ой бляяядь… — протянул он, глядя как его бывший профессор, кряхтя, распрямляется, как по длинным кривым и волосатым ногам стекает его сперма и понял, что попал. — Приятно осознавать, что вы наконец-то способны мыслить, Поттер, — поворачиваясь лицом к охреневшему герою, произнес Снейп. Выглядел он неприлично довольным, даже можно сказать сверх удовлетворенным, хотя его тонкий, но длинный член с алой головкой как раз указывал на то, что не все еще завершено в этом раунде. — Ты точно меня теперь засадишь… За изнасилование… — О, да… — Снейп сделал шаг вперед, облизывая губы и самодовольно ухмыляясь. — Извини? — Поттер попытался прикинуться ветошью и свалить по-тихому, но разве со Снейпом мог пройти такой пердюмонокль?! — Сюда иди! — поманил пальцем тот и указал на свой орган, что чуть покачивался из стороны в сторону. — З-зачем? — вдруг начал заикаться Поттер. — Извиняться будешь! И Поттер попытался. Его уши оказались достаточно хороши для того, чтобы использовать их в качестве поручней, за которые схватился Снейп и насаживал его ртом на свой член. — Я-за-леб-нсь… — выдохнул Поттер. — Соси! — рычал Снейп и продолжал вбиваться в покорный рот. — Я же извинился! — в секундную передышку прохрипел Поттер. — Извиняйся глубже, Поттер, и я быстрее кончу! Спермой он чуть не захлебнулся, думая о том, что это гад слизеринский не кончал, кажется, целую вечность. Копил, сволочь этакая! А после запахнулся в мантию по самый нос и летящей походкой направился прочь. — Эй! А я? — возмутился Поттер, который вновь неистово желал воспользоваться своей дубинкой. — Опыту поднаберись, да терпения. Скорострелы нынче не в моде, герой! — Ах ты!!! Снейп обернулся, хмыкнул и подмигнул обалдевшему Поттеру. — Тантрический секс, говорят, чудеса творит. Учитесь, Поттер, учитесь… И был таков… А Гаррик, поправив вновь готовый к употреблению член, облизнулся, потер ладонью орган и хмыкнул: — Вот ведь ебучая зараза! Каков, а?