Непреодолимое желание

Отволочив сисястого Гарьку в свою квартиру, Снейп вытащил нюхательную соль и поднес к носу пострадавшего. Или…вшей? Он смотрел на эту женскую фигуру, крутые бедра, большие, если не сказать огромные, сиськи и думал о том, что он, наверное, совсем ебанулся на старости лет. Сиськи не возбуждали, пухлые губы не привлекали, а промежность совершенно не манила чарующей пустотой. Хотелось… — Северус… — простонала барышня и кинулась на шею Снейпу. Тот, что было сил отпихнул от себя назойливую девицу и строго так заявил: — Значит так, Поттер, или как тебя там теперь. Я иду искать тебе способ вернуть чл… внешний вид, а ты пока… — Снейп осмотрелся, думая, что уборка в его берлоге точно не помешает, и хмыкнул, — уберись тут и поесть сваргань. — Ч-чего? — Баба ты, или где? И свалил по-быстрому в лабораторию, которая была как раз в соседней комнате. Жил Снейп скромно, грязно, но весело и ничего менять не собирался. Уж точно не планировал расширять свои квадратные метры путем переезда в старую развалюху в Паучьем тупике. Спустя часа полтора в дверь ввалился…лась барышня с подносом в руке и совсем не по-женски, утерла рукой нос. — Дорогой, романтический ужин. Над ним (ней) парила свеча в виде сердечка, на подносе дымилось что-то смутно напоминающее еду для свиней, и лежали два ломтя крупно наструганного хлеба. Снейп нервно сглотнул, прикидывая в уме, что будет, если он приложит свою «бабу» чем-нибудь долгоиграющим, чтобы не доставала со своей романтикой. — Как это мило с твоей стороны, дорогая… — О, дорогой, ты еще не пробовал насколько это вкусно! Мне Молли посоветовала. — Чудно, но я не голоден… — Ешь, я сказал, — вдруг рыкнула Гарриет и тут же стала милой кокеткой, потупив взор и потираясь пышным бедром о костлявый торс Снейпа. Он сглотнул нечто неудобоваримое, засунул следом почти весь толстенный кусок хлеба и, стараясь не жевать, отправил «пищу» в желудок. — И? Снейп внимательно прислушивался к себе и смотрел на этого идиота (тку), которая потирала совсем не по-женски крупные ручонки и в предвкушении облизывалась. «Как Люпин на свою разноцветную…» — мелькнуло в голове Снейпа и он сглотнул. Нервно. Ибо Гарриет, хищно раздув ноздри, придвинулась к нему вплотную настолько, что он оторопело замер. — Ну как ты? — томно прозвучало в ухе и наглый мокрый скользкий язык обслюнявил ухо. К горлу подкатило все то, что лишь по откровенному недоразумению именовалось пиСЧей и Снейп резко рванул вбок. — Тошнит! Рвануть Снейпу, конечно, удалось, а вот вырваться из хватки женщины-почти-гоблина, не получилось. — Стоять! Ждем дальше! У Поттер, которая Гарриет, задергался правый глаз и усилилась хватка на бедрах Снейпа, а сам несчастный проф понял — будут ебать. Ох, будут… Ладони оказались мягкие, пальцы проворные, но его член совершенно не реагировал на всю эту прелюдию. — Уиии… — взвизгнул Снейп, когда эта садистка-Поттер ущипнула его за левое яйцо. — Где, блядь, он? Снейп никогда так не боялся, как сейчас. Ни тогда, когда перед его рожей мелькала эта безносая психопатная сволочь, именующая себя Лордом; ни тогда, когда на него навалилась мерзкая, скользкая змеюка, которой он в итоге открутил голову, но было столько кровищи — фу; ни даже тогда, когда на него раз за разом накладывали непростительные и он банально не сдерживался в физиологическом плане. Сейчас же, когда перед самым его органом маячило это нечто, именуемое Гарри Поттером, Снейпу стало, ой, как страшно! До опупения! — Хто он? — изменив собственному баритону, проблеял тот. — Ка-ран-даш, блядь! — прорычала знакомыми нотами Гарриет. — Спит? — Спит????? Гномы в гневе страшны, женщины в гневе — это пиздец. Снейп сильно зажмурился, вцепился пальцами в столешницу позади своего зада и мысленно зарыдал, обливаясь горючими слезами. Его сморщенный, измученный «карандашик» был атакован наглый ртом, обслюнявлен и обсосан, перекачен от одной щеки к другой и выплюнут. — Это что такое, Снейп? Он не стоит! — констатировала очевидное Гарриет Поттер. — Да? — сделав экстраудивленное лицо, спросил Снейп. — Да! Тебе прилетело обраткой? — все еще сидя в развратной позе у ног Снейпа, задал вопрос Поттер. — Ниче не летало… — задумчиво отозвался Снейп, думая, какие еще аргументы найти, чтобы его больше не трогали. — Тогда что? Молли сказала, что Артур после этого рагу просто звереет. А ты? О, черты лица Гарриет скривились так, будто она сожрала килограмма три лимонов, причем, не нарезая. — Я бы тоже зверел! — вдруг осенило Снейпа, — эту бурду есть невозможно! Это даже свиньи не станут точить! Ты… Ты… Бочком, бочком, Снейп отходил к стене под гневным, раздраженным взором Поттера. — И вообще, у меня любовь и я не могу просто так, понимаешь? — С надеждой. — Любовь значит… — Обреченно, — Я ведь не верил до последнего. Думал — блеф и враки, а тут… Любовь… Внешний вид Поттера медленно видоизменялся и вот спустя несколько минут перед Снейпом предстал сам Гарька с его косой саженью в плечах, невеликим росточком и волевым подбородком. Еще шея была классная. — Как ты?.. — оторопело выдал Снейп, потеряв дар речи от того, что его «мальчик» вернулся. — Я надеялся, Снейп. Я так хотел тебя только для себя, что готов был на все. Ты понимаешь, что ты первый и единственный, кто подарил мне всё в этом мире. Твои немытые патлы, волосатые ноги, твой карандашик — это непередаваемо! Но у тебя любовь… — горько закончил Поттер и стянул с себя батник, украшенный розовыми рюшками. — Я… — не в силах вымолвить ни звука, начал Снейп. — Не надо, переживу. Будь счастлив с ним, я так хочу этого… — Да с кем? — отойдя от шока, проорал Снейп в спину почти исчезнувшему в вихре аппарации герою. — …алфоем…оем…оем…