Усталость металла

- Альморра Соулкипер, мэм, миледи, - человек путался, не зная, как обратиться к чарру; Альморра взглянула на него холодно и хмуро. - Докладывай, рядовой. - Срочные новости из Вердант Бринк! - Слушаю, - ещё недавно она бы обрадовалась новостям, но из Вердант Бринк не было слышно ничего хорошего. Обрушение флота, пропажа командования, потеря значительной части военного состава, неизменное наступление растительных чудовищ... в один день она оказалась ответственной за всё: маршал сгинул в джунглях, и теперь его обязанности легли на нее. Повышения такой ценой Альморра не хотела. - Ритлок Бримстоун вернулся! - Что? - Альморра выпрямилась, окинула человека взглядом, - кто это передал? - Коммандер, мэм! По его словам, Трибун в полном порядке и готов присоединиться к войскам незамедлительно. Альморра чувствовала, как у нее едва ощутимо подрагивает кончик хвоста. Трибун Кровавого легиона пропал тогда так стремительно и внезапно, исчез в Туманах, а все знают, что выбраться из Туманов обратно практически невозможно. Но если у кого это и должно было получиться, так у него. Только у него. Солдат смотрел на нее с выжиданием. Альморра коротко вздохнула и взяла себя в лапы. - Прекрасная новость, рядовой. - Я должен отправить что-то в ответ? - Да. Передай, что прежде чем он отправится вглубь Джунглей, мне необходимо с ним встретиться. Обсудить сложившуюся ситуацию. - Так точно. Человек кивнул и вышел. Альморра догадывалась, о чём он думает. Что-нибудь вроде "эти заносчивые чарры никогда не доверяют другим расам и готовы говорить только друг с другом". Какая глупость: смогла бы она тогда разве основать орден Бдящих и столько лет возглавлять его? Но ей необходимо было увидеться с Ритлоком. Узнать, что он думает обо всём этом. Убедиться, что он в порядке. Воздух здесь был удушливо-влажный и пах гарью. Обломки дирижабля, рухнувшего прямо на границе новых земель, тускло поблескивали на солнце. С возвышенности, на которой стояла Альморра, хорошо было видно расстилающуюся перед ней неприветливую бурую землю, выпирающие из нее хищные живые лозы, и то тут, то там, остовы других кораблей рухнувшего флота. Кое-где она различала даже тлеющее мерцание: пламя утихло, но жар продолжал обгладывать обломки. Непросто было вырваться: Маршал и все члены Острия Судьбы - кроме Ритлока - всё ещё числились пропавшими, и, конечно, никто не хотел отпускать сюда ещё и ее. Альморру доставили на геликоптере, и она дала обещание не покидать пределов опорного пункта, но всё равно, глядя на недружелюбные и неизвестные земли, помимо смутной тревоги она ощущала ещё и спокойную уверенность. Она была чарром, а чарры живут войной. Удаленная работа была не для нее. - Альморра. Она повернулась на низкий голос, и немедленно привычно отсалютовала. - Трибун! Я рада видеть вас. - Оставь церемонии, Альморра, - Ритлок подошел ближе, - если уж на то пошло, сейчас скорее я должен тебе салютовать. Каково в новой должности? - Я бы предпочла остаться на старой, - вздохнула Альморра, одновременно обшаривая его взглядом: от огромных лап до увенчанной изогнутыми рогами головы, до незнакомой повязки на глазах. Всё, что всколыхнулось в ней, уместилось всего в секунду - и было отброшено в пользу привычного спокойствия. Но эта повязка... мог ли Ритлок ослепнуть в Туманах? - Твои глаза... - начала она, но Ритлок перебил ее коротким раздражённым рыком. - Оставь! Со мной все в порядке. Я не хочу снова это обсуждать. Мои глаза на месте, но после Туманов я предпочитаю использовать другие чувства. Альморра уже слышала об этом кое-что, когда только прибыла в опорный пункт. "Трибун делает что-то невероятное", говорили ей. "Никто раньше не видел такой странной магии". Но говорить об этом с Ритлоком не имеет смысла: он никогда не скажет того, чего сказать не хочет. Поэтому Альморра спросила другое: - Что ты думаешь о том, что здесь творится? Ритлок хмуро качнул головой. - Весь флот рухнул прямо в пасть дракону. Маршал пропал. Остриё Судьбы пропало. Если так взглянуть, то искать выход из Туманов было не так уж и сложно. Но мой меч при мне. Думаю, он сможет пробить шкуру Мордремота. Пока ни одна из его тварей не ушла от меня живой. Он говорил, как закаленный воин, но Альморра слышала в первую очередь чарра, привыкшего к оружию в лапах - чарра, которым была и она сама. Она первой шла в битвы, когда возглавляла Бдящих, но сейчас на ней висела слишком большая ответственность. Иногда ей казалось, что закручивающийся вокруг водоворот чужих бед захлестнет ее с головой, но не было никого, кому она могла бы это передать. Отдать кому-нибудь ответственность за войска, за пропавших и за погибших, за панику, недовольства, требования ответов и немедленных решений, и рвануть в гущу боя, где всё понятно и привычно. Даже Эмбер была там, отправилась с первой же группой подмоги. Почему она думала о ней? Дочь ее дочери - невозможно далекое родство для чарров, отдающих своих детенышей на воспитание в фарар, как только им минёт год. Знание о родстве никогда не сказывалось на их отношениях; Эмбер была в ее ордене, под ее командованием, и соблюдала иерархию безупречно, как и любой другой. Альморра знала, чего стоит Эмбер в бою, и никогда не тревожилась о ней, но сейчас мысли кружились и кружились вокруг нее. Где она, как далеко в джунглях? Жива ли ещё?.. "Уймись, комок меха", - мысленно приказала себе Альморра, - "что ты развесила сопли?" Она всегда сохраняла выдержку. Даже тогда, когда ее команда попала в Клеймо Кралкатторика, и ей пришлось убить их, всех до единого. И даже тогда, когда ее сын оказался ренегатом, и она отправила к нему отряд, зная, чем это закончится. Никогда и ничто не могло выбить ее из колеи, но сейчас самообладание таяло, как металл в плавильне. - В чём дело? - глаза Ритлока были закрыты повязкой, но Альморра всё равно как будто чувствовала его взгляд: мрачный, проницательный. - Я не слишком хороша для организационной работы, - невесело усмехнулась она. - И поэтому ты основала Бдящих? - Нет, это... это другое. Она замолчала. Альморра никогда не говорила "я не справлюсь", и эти слова встали в горле. Ритлок сделал два шага вперёд. Его тяжелая лапа легла на ее плечо. Альморра могла рассмотреть каждую зазубринку на его доспехе: старом, побитом, повидавшем множество битв, сидевшем на нём, как вторая кожа. Она провела пальцами по наплечнику, коснулась его кончиками когтей. Знакомое, почти забытое прикосновение. - Ты справишься, Альморра. Только ты и можешь с этим справиться. Она закрыла глаза. Прикосновение теплого шершавого языка - по щеке вверх, почти до уха - было таким неуловимым, что его можно было принять за обман подсознания. - Я знаю, - тихо сказала она. - Мы выдвигаемся вглубь джунглей через два дня. Просто... хочу, чтобы ты была в курсе. В голосе Ритлока была сдерживаемая досада, как и всегда, когда он говорил больше, чем ему хотелось бы. Альморра почувствовала, как он выпрямился. - Можешь сделать мне одно одолжение? - вдруг сказала она, неожиданно даже для себя. - Возможно. В чём дело? - Сейчас объясню. - Трибун, сэр! - голос у чарры был удивительно громкий, и слегка подрагивал от полноты чувств, - Эмбер Думфордж, к вашим услугам! Мне передали, что вы хотели меня видеть. Видеть он ее сейчас не мог, но смутно помнил по ордену Бдящих: не слишком высокая, палево-рыжая чарра, с рыжей же гривой, и рогами, напоминающими его собственные. Когда-нибудь он совсем разучится давать обещания, движимый чувствами. Может быть, однажды. Эмбер ждала, и он ощущал ее вопросительное молчание каждой шерстинкой. - Собирайся, солдат, - хмуро сказал он, - ты переходишь в мой отряд.