Выход есть всегда!...

Просыпаться было, мягко говоря, неприятно. В горле нещадно першило, затылок разрывала тупая боль от удара головой об стену, в левом плече так же ощущалось чувство, что руку ему, как минимум, оторвали. Параллельно с этим, колени больно упирались в каменный пол. От неудобной позы, в которой он и находился всё это время, благодаря тому «добряку-в-маске», ныла каждая мышца тела, причиняя ещё больше дискомфорта своему хозяину. Звон в ушах мешал сосредоточиться. Однако, спустя пару минут юноше всё же удалось совладать со своими ощущениями, притупляя боль.       Открыв свои молочно-шоколадные глаза, Ичиго огляделся в поисках недавнего «друга». Но того, к удивлению, по близости не наблюдалось. А вот бутылку воды, что стояла всего в нескольких метрах от пленника, он заметил почти сразу. Судорожно сглотнув, Куросаки быстро отвёл взгляд, чтобы не искушать себя.       Следующее действие — попытаться изменить своё положение — безрезультатно. Как бы сильно он не старался, не мог ни встать на ноги, ни вывернуть руки в более безболезненную позу. К счастью, Ичиго удалось сесть так, чтоб ноги были вытянуты вперёд, а руки находились не вывернутыми за головой, а над ней, всё также продолжая причинять боль в районе плеча.       Чуть потянувшись, при этом немного поморщившись от резкой боли, Куросаки попытался достать бутылку ногой. Гордость гордостью, но пить хочется неимоверно. Тем более, поблизости никого не было видно, что существенно уменьшало количество потерянного достоинства.       Вот он уже почти достал до вожделённой воды, чтобы подвинуть ту поближе, как одним случайным движением, вызванным внезапным потемнением в глазах, Ичиго ногой оттолкнул бутыль от себя. С характерным звуком, она откатилась в противоположную от той, куда старался передвинуть её Куросаки, сторону, под тихое «Ксо!», скованного в цепи, рыжего парня.       Откинув голову назад, он устало закрыл слезящиеся от пыли глаза. Похоже, он был первым посетителем в этой комнате за, как минимум, сотню лет. Ну, если не считать того шинигами, конечно. В связи с этим, вокруг было огромное количество пыли, которое лезло и в глаза и в нос, от чего очень хотелось чихать.       Куросаки облизнул сухие обветренные губы, сглатывая. Пить хотелось всё больше, несмотря на то, что он находился в духовном теле. Конечно, от обезвоживания он не умрёт (это была бы слишком идиотская смерть для героя пяти миров!), сколько бы не сидел без воды, однако, жажду и ощущения, испытываемые в этот момент, далеки от приятных. Вдобавок, в затылке ныла тупая боль, а на виске застывшая кровь неприятно тянула кожу. Свои окоченевшие ноги — в помещении было ужасно холодно — Ичиго не чувствовал, к слову, совсем. Лишь небольшое покалывание в районе пальцев, напоминало об их наличие. Почти тоже было и с руками.       Интересно, а что я тут делаю? Нет, то, что я тут не случайно — очевидно. Мне просто интересно, за какие мои заслуги меня сюда засунули, и главное — как?! Не, серьёзно, как им удалось запихнуть сюда мою многострадальную тушку так, что ни одна, ксо, душа не заметила. А может, заметила, и это я такой тупой? Вполне возможно, как ни прискорбно. Будем надеяться, что я тут ненадолго застрял. Так, вернёмся к причине. Есть всего несколько вариантов моего пребывания в этом замечательном месте. Первое — есть неизвестная личность, которой я встал поперёк горла, пока был ещё временным шинигами, и захватили меня только сейчас, когда я стал только сильнее, потому что.… Хм… ну, наверное, только потому, что раньше либо за мной бдительно следило Общество Душ, либо я был не такой уж большой занозой в зад… в том самом месте, куда мне всегда хотелось засунуть веер Киске. Правда, как мне кажется, сейчас я стал ещё большей занозой. А может они прознали про ограничитель? Хотя, на их месте разумнее было совсем избавиться от меня, а то ведь у меня могущественные покровители, Хоугиоку им всем в печень.       Второе — есть всё та же неизвестная личность, которой я мешаюсь не только как временный шинигами, но это маловероятно, ведь когда я не шинигами, я просто ученик старшей школы, и перейти дорогу кому-то, помимо дворовой шпаны, не мог.       Третье — есть какой-то придурок, ну или группа придурков, которым я помешал в Академии, но там я только полтора дня, и мне ужасно интересно, когда же я успел? Ну я и метеор…       Значит так, исходя из всего перечисленного, мы поняли, что… ничего не поняли. Нет, ну вот кому я смог помешать? Мотивы есть, подозреваемых нет, мы в тупике, класс, ничего не скажешь.       Во время своих дум, Куросаки не заметил, как дверь его камеры медленно отворилась, пропуская внутрь старого знакомого. Тот, замерев на пороге на несколько минут от понимания того, что на его великую персону обратили внимания, так скажем, ноль, сделал несколько шагов вперёд, пытаясь унять свою неожиданно вспыхнувшую ярость.       Ичиго же продолжал полностью игнорировать своего внезапного посетителя, однако острая боль в плече, заставила его вынырнуть из своих мыслей. Резко открыв глаза, он уставился на руку, что сдавливала его плечо, уже сломанное, судя по всему.       — Эй! Малыш, не игнорируй меня, а то будет больно! — странная улыбка озарила лицо шинигами. Теперь есть шанс рассмотреть, кто же этот самоубийца. Ничего необычного: аристократическое лицо, тонкий нос, из-за чего мужчина становится похож на хищника, чёрные глаза и оскал. Впрочем, каких только личностей не видел Ичиго в своей бренной жизни.       — А? Неужели ваше превосходительство соизволило показать мне, жалкому существу, своё великолепное лицо? — сарказм в голосе и презрение во взгляде ясно давало понять, что на самом деле думает всё-ещё-временный-шинигами. Удар рукоятью меча в живот, он никак не ожидал.       — Не волнуйся. Ты даже не представляешь, как я буду наслаждаться, когда мы будем вытаскивать из тебя силы, капля за каплей, очень медленно. А это так больно, что любые пытки тебе покажутся всего лишь щекоткой, по сравнению с этим. — с ликующим выражением на лице, он воткнул в Ичиго какие-то провода, которые тянулись от самой двери. — я не знаю, откуда у первогодки из Академии уже появился зампакто, но мы забрали его, и поверь, твоя сила, сила клана Шибы, позволит мне занять более высокое положение в обществе. Ты всего лишь пешка в моих руках.       Хах, так вот оно в чём дело, его схватили, не из-за того, что он является Куросаки Ичиго, временным шинигами и так далее, тому подобное. Его схватили, только из-за того, что кто-то доложил, что он Шиба, вероятнее всего этим кем-то был человек из Академии, и они просто хотят забрать его силу? Даа, чего только не придумают люди.       — Мечтай! Мой клан не допустит того, чтобы хоть один его член страдал, они следят за каждым. — блеф. Блеф чистой воды, но припугнуть немного собеседника стоит.       — Клан? Я разве не говорил тебе? — с притворным удивлением воскликнул тот, — мой зампакто обладает потрясающей силой, он способен замедлять время предмета или существа, до которого докоснётся. Минус в том, что его действия ограничены, но в твоём случае мы сделали исключение. Теперь, нажав на одну кнопочку, я могу замедлить здесь время. И если снаружи проходит час, то здесь это целых шесть дней.       От этих слов по спине Куросаки прошёлся табун мурашек. Ох, что-то нехорошее предчувствие у него, да и Зангецу молчат, точнее, они почти не ощущаются.       — В общем, наслаждайся!       Ещё раз ударив Ичиго ногой в живот, шинигами вышел за дверь, и пошёл в то помещение, где находился куб. Добравшись до туда, он с довольной улыбкой нажал на кнопку, и сразу услышал душераздирающий крик с соседней комнаты.       Да, это будет очень весело — возникли мысли в его голове.