Новый учитель

После занятия у Варбосса у студентов была следующая пара в 14-м корпусе. Этот корпус находился далеко от других, и путь к нему лежал через стройку, кладбище, старую военную базу, заброшенные дома и многое другое. Людей в этом районе было мало, а студентов, у которых были занятия в этом корпусе – еще меньше. – Чё этот корпус так далеко? – возмущался Макс, когда они шли мимо старой стройки. Слева от них была стройка, а справа – военная база. Чуть впереди было кладбище. – Давайте создадим группу в вк: «Группа для тех, кто не любит занятия в 14-м корпусе, потому что он находится в самой жопе и до него идти полчаса от остановки», – предложил Макс. – Создай, – согласился Джон. – А еще там очень странные студенты с 6-го фака учатся, – сказал Зик, пацан с длинными пышными волосами. – Они как будто не от мира сего. – А еще говорят, что там очень злобный препод ведет, – сказал Леонард. – Просто зверюга, каких мало. Даже Варбосс по сравнению с ним – мальчик. Этого препода зовут Ыжы Уроф, и если он вам попадется, то это все – капец. – Надеюсь, что он нам не попадется, – сказал Макс. Они почти дошли до 14-го корпуса, но у соседнего здания увидели пожилого мужичка. Он был лысый, но по бокам немного волос, а на щеке у него было темное пятно. Препод был одет в старый пиджак и брюки, а в руке держал старый потрепанный чемодан. – Здарова, ребят. Вы из первой группы? – спросил он. – Да, – ответил Макс. – Я ваш преподаватель, меня зовут Окиндий Филафонтович, – представился старик. – У нас должно быть занятие в 14-м корпусе, но он мне что-то не нравится. Пойдемте в 7-й. Старик и студенты пошли в соседний корпус. Они поднялись на второй этаж, при этом Эдгар и Джош покатались немножко на вертушке турникета – она была не такой, как в других корпусах, а старого образца – большая и железная. Студенты зашли в аудиторию на втором этаже, и препод начал вести у них лекцию по металлургии и металловедению. Он оказался прикольным стариком, и студенты прозвали его Металлург. Металлург много шутил, но не злобно. Например, когда он увидел, что студент в желтой майке не пишет, он позвал его: – Эй, желтый! (т. к. еще не знал их по именам) – Чё? – ответил студент. – Ты чё не пишешь лекцию мою? – спросил его Металлург. – Я потом перепишу, – сказал Ник. – Так это не то, – сказал Металлург. – Надо же меня слушать, смотреть, как я кривляюсь у доски. В будущем Металлург так и называл студентов: «Эй, желтый», «Эй, красный», «Эй, коричневый», «Эй, в зеленой майке», «Эй, желтые плечи», «Эй, полосатый», «Эй, два черных и серо-буро-козявчатый». А еще он любил старославянские выражения и девушек называл барышнями... А также любил немного троллить студентов – напишет что-нибудь внизу доски, там, где совсем не видно, и спрашивает: «Вам видно?» Потом еще мельче напишет и спрашивает: «А теперь видно?» Ну и вообще в труднодоступных местах для глаза специально раскидывал свои малоразличимые иероглифы. Один раз Металлург нарисовал сложный чертеж и использовал много букв для обозначения. – Чё-та у меня закончились буквы, – сказал Металлург, отойдя в сторону. – Назову-ка я эту точку Ъ (твердый знак). И он нарисовал большой твердый знак на доске. – Во дает, – сказал Тони. – Да, старик отжигает, – согласился Джон. – Классный препод, – сказал Макс. После занятий они вышли из аудитории – в 7-м корпусе оказалось немного приятнее заниматься, чем в 14-м, хотя там тоже все было старым, а сам корпус был полутемным и почти пустым. Но главный минус его оказался в том, что там не было столовки. – Бля, теперь обратно в 3-й или 5-й тащиться! – сказал Макс. – Пойдемте скорей, а то у меня уже живот сводит. В 14-й корпус, который был рядом, они не решились заходить, т. к. о нем ходили дурные слухи. Когда они проходили мимо этого корпуса, на крыльце перед входом стоял пухлый препод в блестящем сером костюме. Он посмотрел на студентов и внимательно проводил их взглядом. А из окна того же корпуса за ними наблюдал другой, очень худой препод, у него был открыт рот, а с клыков капала слюна прямо на одежду.