Война роз

С той прогулки я не видела Клауса несколько дней. Сначала я уверяла себя, что мне было все равно, но последние несколько дней я так и ищу его глазами, бродя среди разнаряженных гостей. Только Елена замечала мое напряжение, но говорить ей что-то я пока не решалась. Совсем скоро я уеду в родное поместье, и возможно больше никогда не увижу графа. Быть может, так будет правильно. Возможно, предостережения Бонни не такие уж беспочвенные. Слишком большая пропасть разделяет нас с графом. Слишком большая тайна… Но все же я не могу найти себе места, и все брожу на вечернем балу, кидая взгляд с одной фигуры на другую. Бокал красного вина, позволил мне расслабиться, хотя в сердце так и осталась необъяснимая тревога. - Елена, я пожалуй, поднимусь к себе. – предупреждаю я подругу. – Мне немного нездоровится, а здесь слишком шумно… - Ты в последнее время какая-то взвинченная, подруга… - Елена буквально пронизывает меня своим взглядом насквозь. - Я как-нибудь потом все объясню, сейчас и правда не могу стоять на ногах. – не дожидаясь ответа, спешу в свою комнату на второй этаж. Странно, но в длинном коридоре второго этажа до сих пор не зажгли свет. Путь до комнаты предстоит преодолеть в полумраке, но меня это мало интересовало сейчас. Иду медленно, потому что в этой тьме едва что-либо различаю. Нахожу ручку от своей двери, как неожиданно меня кто-то хватает сзади, едва не затаскивая в открывшуюся дверь, при этом закрывая мне рот рукой. Страх сковал все мое тело, и единственным моим желанием было закричать вовсе горло. - Тише, это я! – шепчет мне на ухо знакомый голос. Как только дверь за нами закрывается, Клаус разворачивает меня к себе, прижимаясь губами к моим губам. В моей комнате так же темно, как и в коридоре. Единственным источником света оказывается луна, свет которой проникает через открытое окно. - Извини, что напугал… - произносит он, отрываясь от моих губ. - Вы с ума сошли! Вы не должны присутствовать в моей комнате, тем более в такой час! – восклицаю я, но не могу удержать в себе радостной улыбки. - Что ж, так выгони меня! – Клаус садится в кресло, стоящее возле письменного стола, и когда ответ от меня не последовал, он с улыбкой притянул меня к себе на колени. - Это безумие… - шепчу я, когда его губы снова находят мои. - Это ты мое безумие, по-моему. – ухмыляется он, на мгновение прерывая поцелуй. Ночь неумолимо бежала вперед, а я едва уже не теряла сознание от бесконечных поцелуев и ласки. Мне казалось, что я напрочь потеряла рассудок в руках этого мужчины, и если бы он захотел мною воспользоваться прямо сейчас, сопротивляться у меня бы просто не было сил. Но надо отдать ему должное, он ограничивался только поцелуями сегодня. - Где… где вы были, граф? – я попыталась восстановить дыхание, прижимаясь к его груди, сидя у него на коленях. – Я заметила, вы отсутствовали какое-то время… - Возникло несколько неотложных дел… Это связано с тем, что вскоре мне предстоит отъехать на некоторое время к востоку отсюда. - Я тоже скоро уеду на восток… - вздыхаю я, не желая даже думать об этом сейчас. - На восток? – переспрашивает Клаус, немного ощутимо сжимая мое плечо, отчего я поднимаю голову, посмотрев в его лицо. Даже в полутьме я заметила, каким взглядом он посмотрел мне в глаза. Будто хотел увидеть что-то подозрительное. Он смотрел на меня так серьезно, так внимательно, пытаясь уловить хотя бы частицу того, чего не видел ранее. До этого момента я уже подумывала признаться ему, что знаю его тайну. Хотела рассказать, кто есть я. Объяснить, что не хочу никакой вражды между нами. Но этот взгляд остановил меня. Майклсон хотел заметить в моих глазах янтарный блеск, свойственный оборотням. Но он не учел того, что никаких изменений во мне не будет, пока я не принесу человеческую жертву. Удостоверившись, что в моем взгляде нет ничего от его врагов, Клаус снова отпустил мое предплечье, легонько коснувшись губами моего, не спрятанного платьем, плеча. - Ты живешь там? – уточняет он, но взгляд его снова смягчается. - Да, там живет мой отец. – лучше уйти от этой темы. Еще не время. Когда-нибудь я все объясню ему, и он обязательно поймет. А сейчас… А что было бы, скажи я ему правду сейчас?... Он… он убил бы меня?... Не верю! Просто не верю… Но все же не хочу углубляться в то, чего еще не совсем понимаю. - Я уеду недели на две… - Клаус задумчиво исследует взглядом потолок моей комнаты. – А потом вернусь и увезу тебя! - Куда? – смеюсь я, заглушаемая его поцелуем. - Туда, где твоя горе-нянька тебя не найдет! – смеясь отвечает он. - Бонни очень хорошая… - пытаюсь защитить свою няню. - Она меня ненавидит! – притворно возмущается Клаус. - Она ненавидит всех мужчин, которые ко мне когда-либо приближались! - А были такие мужчины?... От последнего его вопроса у меня вмиг закипает кровь, отчего я вскакиваю с его колен, отворачиваясь к окну. - Вам прекрасно должно быть известно, милорд, что истинная леди не может иметь связей до законного брака! – от обиды мой голос дрожит, а сама я готова расплакаться прямо при нем. - Принцесса, извини, если я тебя обидел! – Клаус поднимается вслед за мной, обнимая меня сзади за талию и немного прижимая к себе. – Я просто не так выразился! Граф прокладывает дорожку нежных поцелуев по моей шее, прижимая к себе сильнее. - Я знаю, что ты мой непорочный ангел… Только мой… - шепчет он, отчего у меня начинает немного кружиться голова. Так мы стоим несколько минут, наслаждаясь свежим воздухом, идущим из окна, и друг другом. - Ты была в Италии? – тихо спрашивает он, когда я полностью успокоившись кладу свои ладони поверх его рук на своей талии. - Нет… Я вообще нигде не была. - Тогда начнем с Италии. Тебя ждет совсем иная жизнь, чем сейчас! Меня не пугают его слова. Возможно, они несут смысл того, что я буду обращена, но отчего-то сейчас я об этом не думала. Отчасти, мне стало вдруг настолько все равно, что будет со мной. Лишь бы он был рядом. Лишь бы это желанное спокойствие длилось вечность… - Генрих слишком занят своим бракоразводным процессом, чтобы обратить внимание на двух сбежавших с его земель… - улыбнулся Клаус, повернув меня к себе и проникновенно поцеловав. Ночь пролетела стремительно быстро. Как-только забрезжил рассвет, Клаус покинул мою комнату. Я же, погруженная в свои собственные мечты, забралась под одеяло, даже не стараясь уснуть. Мои мысли были далеко от королевских стен. Мои мечты зашли еще дальше. Я представляла то, как Клаус Майклсон просит моей руки у отца, впоследствии чего война между нашими кланами навсегда закончится. Два клана объединятся, забывая о былых распрях. Если бы я могла знать тогда, насколько ошибалась… - Не крутись, девочка! – командует Бонни, подкалывая булавки к подолу моего нового платья, когда я стою на табурете напротив зеркала. - Я волнуюсь перед отъездом, Бонни! – нервозно произношу я, оценивая свое отражение в зеркале. – Все ли необходимое мы взяли? Подарки отцу? - Я все уже сложила в карету! – ворчит Бонни, пытаясь не исколоть себе все пальцы, когда я кручусь на табурете, намереваясь слезть с него. - Вот что значит женская дружба! – вижу отражение Елены в зеркале, отчего резко поворачиваюсь, едва не отбросив подолом платья Бонни в сторону. – Хотела уехать и даже не попрощаться! - О нет, что ты, дорогая! – под протяжный вздох Бонни, я спрыгиваю с табурета, направляясь к подруге. – Более того, мне есть, что рассказать! Мы закрываемся в моей комнате. Я усаживаюсь на кровать, подобрав под себя юбки своего платья. - Что случилось? Ты прямо светишься, как начищенный казан! – удивляется Елена, присаживаясь напротив меня. - Я не хочу спешить, но мне кажется у меня завязался нешуточный роман… - улыбаюсь, плохо скрывая румянец. - И тебе это удалось скрыть от меня? – обидчиво дует губки подруга. – Кто он? - Никлаус Майклсон! – выдыхаю я, ставшее любимым, имя. - Что?! – Елена выразительно округляет глаза. – Да как это возможно?! - Не знаю! – выпаливаю я. – Не спрашивай больше ни о чем! Я сама ничего не понимаю, но… - Ты влюблена? - Думаю да… Хотя сейчас рано делать выводы, но после моего возвращения, я предполагаю, он попросит моей руки. - Да, подружка, умеешь ты удивить… Но ты же знаешь, что он далеко не так прозрачен, как кажется на первый взгляд. - Я ничего не знаю! – поднимаюсь с кровати, подходя к туалетному столику, поправить прическу. – И не хочу ничего знать! Пусть все сложится так, как должно сложиться. Не хочу думать больше ни о чем! Елена подходит ко мне сзади, обнимая за плечи. - Я рада за тебя, подружка! Ты так счастлива сейчас! – лучших слов я и не ждала. Елена просто читает мои мысли. И все же что-то внутри очерняло мое настроение. Одна большая тайна не давала мне покоя. Я не рассказала ему… Я просто боялась признаться… Прибыв в стены родного поместья, я день за днем старалась прислушаться к разговорам отца с его друзьями, нашими близкими. С теми, кто иначе видел мир в течение полнолуний. Во время войн и междоусобиц, оборотням не так сложно было принять свою участь, убив человека. Так произошло, наверное, со всеми мужчинами моего рода. Лишь только некоторые женщины избежали страшной, как мне кажется, кары быть зверем. Я молилась каждый день, чтобы господь не покарал меня, послав невинную жертву для того, чтобы я перестала быть обычным человеком. Обстановка в усадьбе была более чем напряженной сейчас. Мужчины собирались в доме практически каждый день. И мне казалось, они больше не разговаривали, а ждали… Чего? Та адская ночь отчеканилась в моей памяти на всю жизнь. Женские крики я услышала в полночь, а потом наше поместье вмиг было охвачено огнем. Я выбежала в коридор, наспех натянув тонкое лазурно-голубое платье, сшитое Бонни. Дым распространялся с огромной скоростью, отчего я закашлялась уже на пороге своей комнаты. На ощупь я пробиралась к лестнице, идущей в холл. - О слава Богам, я нашла тебя! – через облако дыма, Бонни протягивает ко мне ладони, намереваясь схватить за руку. – На нас напали! Нужно сейчас же спешить к заднему входу! Бонни откашливалась, и судя по голосу плакала, механически стараясь схватить мою руку. - Где отец?! – кричу я, стараясь перекричать шум рушащегося здания, плачь и истерические крики. - Я не знаю! Многие погибли! Те, кто спасся, убежали через черный вход! Но мистера Форбс там не было! - Я должна найти его! - Нет! Умоляю, уходим отсюда! Иначе… - Отпусти меня, Бонни! Я выйду сразу за тобой, как только найду отца! – отмахиваюсь я от рук няни, начиная спускаться по лестнице вниз. - Но я не оставлю вас! - Беги, Бонни, ты мне понадобишься позже! Обязательно покинь дом! Я уже не слышу плачь и крики Бонни. Спустившись вниз, замечаю, что здесь дыма значительно меньше. Медленно иду вдоль небольшого коридора, упирающегося в наш холл. В горле свербит от дыма и того, что я едва не сорвала голос, перекрикиваясь с Бонни. Слезы накатываются на глаза, а комок в горле застревает, как мне кажется, навечно. Подбираясь ближе, я слышу неразборчивые голоса. Один из них звучит увереннее и громче. И мне он кажется знакомым, хотя я отчаянно боюсь в это верить. Выглянув из-за последней колонны, отделяющей меня от холла, я вижу отца. Его осунувшаяся фигура выделяется на фоне почерневших от копоти стен. А перед ним… Нет… Это все неправда! Я не верю своим глазам! - Ну так какое последнее твое слово, Билл? – Клаус размеренным шагом обходит отца, задевая плечом, на что тот никак не реагирует. С окровавленного меча Клауса капает кровь, стук которой об каменный пол еще долго будет преследовать меня ночами. - Признай поражение, и я, возможно, отпущу тебя. – Клаус резким ударом сбивает отца с ног, отчего тот вынужден упасть на колени. – Немощный ублюдок! - Ты выиграл битву, но не войну! – шипит отец, откашливаясь кровью. – Покончив с одной стаей, против тебя пойдет другая! Ты не победил! - Что ж, твое право верить в это… - ухмыляется Клаус, остановившись напротив отца, четко олицетворяя все свое величество над побежденным. – Но победа над тобой запомнится мне, как более сладкая! Мой взгляд стекленеет в тот момент, как Клаус всаживает руку в грудь отца, тут же выхватывая из нее его трепещущее сердце. Дальнейшие мои действия походили больше на импульс, идущий из недр страдающей души, которую, подобно сердцу отца, сейчас разодрали в клочья. - Папа! – глотая слезы, я выбегаю из своего укрытия, бросаясь на колени перед отцом, перехватывая его бренное тело до падения на пол. Мое платье в момент пропитывается его кровью, а я отчаянно прижимаю к груди его голову, гладя лицо и виски, будто это способно вернуть ему жизнь. - Отец… Прости меня… - шепчу я, смешивая свои слезы с кровью дорогого человека. Я не вижу Клауса, не знаю каким взглядом он смотрит на меня сейчас. В один миг мне стало все равно, даже если он отсечет мне голову той саблей, что убил моих близких. - Прости… Прости… - продолжаю шептать я в тот момент, когда Клаус бесцеремонно откидывает от меня труп отца пинком ноги. Я первый раз поднимаю взгляд на убийцу моей семьи. И не узнаю его… Передо мной монстр. Не знающий пощады, убийца, чьи руки по локоть в крови моих близких. Я остаюсь сидеть на месте, оплакивая отца, и всех тех, кого сегодня потеряла. Я не верю, что все это правда. Мне кажется, что все это сон, и я сейчас проснусь, а все закончится. - Так вот, какой ты, мой непорочный ангел… - сколько же яда, сколько ненависти в его голосе. Какая же я глупая! Почему не увидела этого всего в нем сразу! Почему не смогла защитить свой дом! Ненавижу себя! Ненавижу его! Мои пальцы буквально впиваются в каменную поверхность пола, ломая ногти, стирая кожу в кровь. - Ненавижу… - хриплю я, поднимая голову и встречаясь с взглядом, наполненным такой же ненавистью, как и мой. – Ненавижу! Кричу я так громко, как только могу сейчас, собрав все оставшиеся силы. Мой голос замолкает только тогда, когда я ощущаю сильный удар по лицу. Я падаю на спину, ударяясь головой об пол, отчего чувствую, как по виску начинает скатываться теплая влажная струйка крови. В этот же миг сознание стремительно покидает меня, оставляя вокруг щемящую пустоту скорби и ненависти.